ЕС признал правоту Азербайджана и готов к перезагрузке Аналитика Сергея Богдана

По итогам первого полугодия объём азербайджанского экспорта в страны ЕС вырос на 24,2% — почти на четверть. Это политико-экономическая составляющая процесса восстановления отношений, о котором заговорили ещё весной на фоне апрельского визита высших евросоюзовских дипломатов в Азербайджан. Евросоюз фактически признал правоту Баку в его действиях по восстановлению территориальной целостности. Постепенно европейские политики осознают и другой очевидный факт: сотрудничество с Азербайджаном — не просто лучшее решение ряда их критических проблем, а порой и единственно реалистичный путь. Тем не менее, Азербайджану не следует терять бдительности. Чем выше поднимается страна, тем больше интриг и давления ей приходится преодолевать.

Прорыв в отношениях с ЕС — заслуга азербайджанского правительства

В этом году Евросоюз действительно сделал шаг в сторону прагматизма в отношениях с Баку, что дало быстрые и конструктивные результаты. Это было непросто после многолетних высокомерных попыток евролиберальных кругов поучать Азербайджан в вопросах внутренней политики и ликвидации последствий территориальных захватов армянских националистов позднесоветского периода. В октябре прошлого года Европарламент вновь принял резолюцию с критикой неких правовых «нарушений» со стороны Азербайджана. О лицемерии таких документов говорить излишне — достаточно вспомнить, как тот же Европарламент многократно отказывался расследовать многомиллиардные коррупционные схемы своих же политиков.

Брюсселю было трудно отказаться от прежнего курса и перейти к конструктивному взаимодействию, в том числе из-за усилий отдельных политиков внутри ЕС — например, нынешнего президента Франции или бывшего президента Польши, продолжавших поддерживать армянский реваншизм.

Тем весомее выглядят перемены в политике ЕС последних месяцев. Их масштаб стал заметен ещё в конце апреля, когда в Баку прибыла делегация во главе с руководителем внешнеполитической службы ЕС Каей Каллас. Она назвала Азербайджан «важным партнёром ЕС на Южном Кавказе». На первый взгляд — обычная дипломатическая вежливость. Но стоит вспомнить, сколько лет Азербайджану читали нотации о «правильном государственном управлении, правах человека и демократических нормах», фактически отказывая народу страны в способности самостоятельно решать эти задачи. В этом контексте визит Каи Каллас можно рассматривать как надлом в прежнем догматичном и идеологизированном подходе Брюсселя. 

Недаром президент Алиев прокомментировал: Брюссель демонстрирует готовность «оставить былые стереотипы и признать Азербайджан одним из ключевых партнёров».

В мае глава государства принял участие в очередном саммите Европейского политического сообщества (ЕПС) в Тиране. Вслед за этим председатель Евросовета Антониу Кошта объявил, что саммит ЕПС в 2028 году пройдёт в Азербайджане (и Латвии). Примечательно не только то, что Брюссель таким образом решил сбалансировать проведение аналогичного саммита в Армении в будущем году.

Значимо и то, что речь идёт именно о ЕПС — инициативе, выстроенной президентом Франции Макроном в 2022 году как форум для стран ЕС и их ближайших партнёров. И теперь Макрон, который годами вел антиазербайджанскую политику, соглашается на проведение саммита в Баку!

Таким образом, признавая нынешний прорыв в отношениях с ЕС, важно понимать масштаб и природу этих изменений. Это достижение стало возможным не благодаря уступкам Баку внешним требованиям и не по «доброй воле» европейских политиков. Прорыв стал результатом стойкости азербайджанского народа, не поддавшегося попыткам дестабилизации, и последовательной политики азербайджанского руководства, подкреплённой успехами в развитии страны и победами на поле боя.

Экономика и геополитика не оставляют Брюсселю выбора

Сегодня у Азербайджана действительно сильные позиции, и они продолжают укрепляться. Ключевую роль в этом играет энергетическое сотрудничество. В июне прошло уже третье ежегодное заседание диалога высокого уровня между Азербайджаном и ЕС по вопросам энергетики.

В прошлом году поставки газа из Азербайджана в ЕС выросли на 9,5%, достигнув 13 миллиардов кубометров. В этом году половина всего газового экспорта страны будет направлена в Евросоюз. Запланировано увеличение поставок до 20 миллиардов кубометров к 2027 году.

Баку рассматривает эти отношения как стратегическое партнёрство и ожидает ответных шагов от ЕС — модернизации инфраструктуры, устранения регуляторных барьеров. Однако в Брюсселе не спешат действовать, предпочитая обсуждать, способен ли Азербайджан обеспечить такие объёмы поставок.

В ответ Азербайджан резонно указывает, что не стоит сомневаться в его возможностях. Новые месторождения открываются, а использование возобновляемых источников энергии внутри страны позволяет высвобождать дополнительные объёмы газа. Чтобы Баку мог поставлять запланированные объёмы, ЕС необходимо устранить свои барьеры — прекратить ограничивать долгосрочные контракты 2049 годом и разрешить Европейскому инвестиционному банку финансировать развитие Южного газового коридора.

Иными словами, хватит спорить, что важнее — яйцо или курица, газ или трубы. Газ пойдёт, если трубы будут готовы. А апелляции к текущей стагнации — лишь признание неадекватности инфраструктуры и договорно-правовой базы.

Именно об этом в апреле говорил президент Алиев, подчеркнув, что, если Брюссель не решится, Азербайджан может отправить газ в ином направлении.

Эти споры со стороны ЕС удивляют, особенно учитывая, что после отказа от российского газа выбор у Евросоюза ограничен. Без увеличения поставок из Азербайджана ЕС придётся туго.

К тому же, через Азербайджан возможны поставки не только азербайджанского газа, но и газа из других стран. Более того, Азербайджан — единственная в обозримом будущем сухопутная артерия, соединяющая ЕС с Китаем и Центральной Азией. Последнее, возможно, даже важнее. Саммит ЕС–Китай, прошедший в четверг, показал: отношения остаются натянутыми. ЕС отказался подписывать китайскую декларацию по климату, и Китай сократил саммит до одного дня.

Центральная Азия же важна для ЕС как источник ресурсов, рабочей силы и рынок. Но доступ к региону возможен только через Азербайджан, который вместе с Грузией занимает уникальное транзитное положение. Обойти его невозможно.

При этом доступ к Центральной Азии для ЕС сужается. Казахстан, к примеру, и раньше сталкивался с трудностями при поставках углеводородов через Россию. На днях ситуация повторилась: Россия временно запретила погрузку иностранных танкеров в портах на Чёрном море. Это ударило по казахстанским поставкам. Агентство Reuters связало это с принятием очередного санкционного пакета ЕС против России.

Азербайджан уже предпринимает шаги для решения подобных проблем. На прошлой неделе с визитом в Баку прибыл председатель Халк Маслахаты Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов. С президентом Алиевым он обсудил перспективы строительства Транскаспийского газопровода — соединения Туркменистана с Южным газовым коридором через Азербайджан. Это позволит туркменскому газу поступать в Европу в обход России и Ирана.

Бердымухамедов ранее заявлял западным журналистам: «Ашхабад готов к взаимодействию с европейскими партнёрами по вопросу экспорта газа в страны Европейского союза. Одним из наиболее перспективных путей поставок рассматривается Транскаспийский маршрут». Однако, как и в случае с Азербайджаном, ЕС не готов тратиться на необходимую инфраструктуру и избегает подписания долгосрочных контрактов.

Некоторые круги в Брюсселе предлагают повременить с усилением сотрудничества с Азербайджаном — мол, в 2026 году поступит сжиженный газ из Катара. Но это дороже и рискованнее, учитывая географическое положение Катара и транспортные риски через Суэцкий канал.

И здесь мы видим, что с точки зрения ЕС Азербайджану в нынешних условиях замены нет. В этой связи напомним, что при создании Европейского политического сообщества, в которое нынче приглашают Баку, на тот момент глава Евросовета Шарль Мишель призвал к выстраиванию «европейского геополитического сообщества». Сегодня Азербайджан естественным образом начинает играть важную роль в европейской геополитике.

Он входит в это сообщество не потому, что ему пожаловали «с барского плеча» статус партнера или признали «соответствующим» неким евролиберальным ценностям. Он начинает контролировать важнейшие для ЕС процессы и де-факто становится участником этого европейского геополитического сообщества. Входит в европейские структуры так, как входили первоначальные их члены — договариваясь о своих условиях и сохраняя суверенитет. Так, как надо. А не так, как принимали туда новых членов в последние годы — через процесс их безоговорочной капитуляции и беспрекословного подчинения указаниям новоявленных «евроинтеграторов».  

Азербайджан (наряду с той же Грузией) показывает пример того, что сближение с Евросоюзом и прочими структурами возможно и при сохранении суверенитета. Это важнейшая заслуга руководства страны.