Французская моська против американского слона Аналитика Лиманского

Париж грозит президенту США Дональду Трампу «жестким ответом» в случае повышения пошлин на европейские товары. А получится ли? А ведь именно такими мерами пригрозил на днях США министр иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро, который уверен, что в этом размене «тарифными ударами» Соединенные Штаты «проиграют». Посмотрим, как все выглядит на самом деле.

Игра на повышение тарифов

20 января в своей инаугурационной речи Трамп заявил: «Мы немедленно начнем реформу нашей торговой системы для защиты американских работников и их семей. Вместо того чтобы облагать налогами наших граждан ради обогащения других стран, мы будем вводить пошлины и налоги на иностранные государства, чтобы обогащать наших граждан». Напомним, еще во время своей предвыборной кампании Трамп обещал повышение пошлин на китайские товары на 60% и на продукцию из других стран, включая ЕС, на 20%. При этом американский президент исходит из того, что США действительно имеют серьезнейший дефицит в торговле с ЕС. Так, в 2023 году Соединенные Штаты поставили в страны Европейского Союза товаров на 344 миллиарда евро, а вот европейские компании на американский рынок – на 502 миллиарда евро. И еще тогда Трамп пообещал, что заставит страны Европы «заплатить большую цену» за недостаточные закупки американской продукции.

И вот после вступления Трампа на президентский пост министр Европы и иностранных дел Франции Жан-Ноэль Барро заявил: «Если наши интересы будут затронуты, мы отреагируем железной волей. Если мы увидим неправомерные или несправедливые действия, мы примем ответные меры… Никто не заинтересован в том, чтобы вступать в конфликт с Евросоюзом». В целом этот министр отличается весьма воинственной риторикой. Так, еще 8 января он в ответ на вопросы журналистов о намерениях Трампа в отношении Гренландии сказал: «ЕС не потерпит нападения на свои границы...» И далее министр принялся рассуждать про то, что мир вступил в период, когда выживают сильнейшие. И что Евросоюз, который «бесконечно силен», обязан стать еще сильнее, не должен позволить себя запугать, что ему необходимо «проснуться, укрепиться... в военной области, в области конкуренции» и так далее. Любопытно, что 41-летний министр в прошлом был тесно связан с Америкой. С 2013 по 2017 год он преподавал в Массачусетском технологическом институте (MIT), в 2020 году Барро стал лауреатом стипендии «Молодые лидеры» Франко-американского фонда.

А чем является Франция на сегодняшний день, чтобы выступать со столь грозными заявлениями в адрес новой администрации США от Республиканской партии, символом которой, как известно, является слон.

«Ай, Франция, знать она сильна…»

При Макроне Пятая республика вступила в полосу, пожалуй, беспрецедентного кризиса. Страну разрывают внутренние противоречия: спад промышленности, сокращение рабочих мест, рост стоимости жизни, разорение фермеров и их массовые протесты, бурные выступления на заморских территориях, падение популярности действующего президента и в целом либеральных партий, потерявших большинство в парламенте, и вызванный этим хронический правительственный кризис. Соответственно, происходит сокращение внешнеполитического влияния Франции и умаление ее престижа в мире. Такого обвала Парижа на внешнем контуре тоже, похоже, не было с 1960-х годов. После прихода к власти прогрессивных военных Мали, Нигер и Буркина-Фасо вышли из постколониального западноафриканского блока ЭКОВАС, последние французские военные покинули Нигер. Также в 2024 – начале 2025 года Франции пришлось вывести войска из Сенегала, Чада и Кот-д’Ивуара.

Причины сокращения значения Франции в мире имеют как объективный, так и субъективный характер. Во-первых, Франция, как и весь Запад, сталкивается со все большим подъемом стран глобального Юга. И прежде всего — с экономической конкуренцией Китая, которому западному империализму нечего противопоставить, кроме санкций и военных угроз. На этом фоне происходит усиление стремлений к полной деколонизации как бывших частей французской империи в Африке, так и «заморских департаментов» Франции.

 Во-вторых, свою лепту во внешнеполитические провалы Парижа внес лично президент Макрон. Престиж Франции был уже ослаблен при его предшественниках Николя Саркози и Франсуа Олланде. Но Макрону удалось сделать тут намного больше. После прихода в Елисейский дворец Эммануэля Макрона советники предложили ему следующую программу внешней политики. В экономике — ограничение свободной торговли с партнерами и создание крупных интернет-компаний, способных конкурировать с компаниями GAFA (Google, Apple, Facebook, Amazon). И вот в 2019 году Франция ввела налог на цифровые американские компании, в ответ на что Трамп тут же пригрозил ввести пошлины до 100% на французские вино, сыры, сумки и т.д. После чего Париж пошел на попятную — уже в январе 2020 года повышение тарифов на американскую «цифру» было приостановлено…

Трамп – не конец света, но «начало другого мира…»

Но, как можно понять из заявления министра Европы и иностранных дел Барро, к ответным мерам против пошлин Трампа он надеется подключить весь Евросоюз. Хотя в прошлом тарифные войны между США и ЕС уже были и также закончились перемирием. И 21 января в Страсбурге на пленарном заседании Европарламента уже состоялось обсуждение влияния вступления в должность президента Трампа на отношения ЕС и США. Свою оценку возможных геополитических и экономических последствий дали комиссар ЕС Шефчович и министр по делам ЕС Польши Шлапка.

Уже перед этими дебатами центристка Мари-Пьер Ведренн из группы Renew заявляла: «У нас много общего с американцами, но в то же время мы не должны быть наивными. Мы не должны допускать, чтобы наши действия диктовались Дональдом Трампом или Илоном Маском». А социалистка Лаура Балларин Сереза пустилась в еще более радикальные сравнения: «Когда животные чувствуют страх, они нападают в два раза яростнее». Очевидно, что евродепутат имела ввиду именно нового президента США.

 Еще в ноябре 2024 года при обсуждении победы Трампа в Европарламенте депутаты раскололись на два крыла – его восторженных поклонников и столь же ярых противников. Тогда Боррель заявил: «Эта ситуация — не конец света, но это определенно начало другого мира». А еще он произнес загадочную фразу: «Европа должна быть готова». Правда, без уточнения к чему. Но сам ведь сказал, что Трамп – это не конец света.

Сегодня некоторые уже требуют от Еврокомиссии наложить санкции на социальную сеть Х и самого Маска за «нарушения европейского цифрового регулирования DSA». А еще за день до инаугурации Дональда Трампа десятки французских НПО и несколько политиков объявили о своем выходе из сети X. Однако обрушения бывшего «Твиттера» из-за этого не случилось – и вряд ли произойдет. При этом одним из серьезных противоречий, существующих между ЕС и США, является непринятие Трампом и Маском европейских правил игры. Как экологических, так и цифровых – Закона о цифровых услугах (DSA) и Закона о цифровых рынках (DMA). 

В ЕС по поводу нового американского президента и его политики — «в товарищах согласья нет». В Европарламенте также имеется немало поклонников Трампа, и около десятка евродепутатов выезжали в Вашингтон на его инаугурацию. Присутствовала там и премьер-министр Италии Мелони. И в целом призывы Еврокомиссии к применению «Закона о цифровых услугах» против Илона Маска были решительно отвергнуты рядом европейских политиков. На стороне трамповской администрации находится и комиссар ЕС по экономике Валдис Домбровскис: «Европейский союз и Соединенные Штаты являются стратегическими партнерами». 

Да и в целом Еврокомиссия занимает в «вопросе Трампа» очень вялую позицию. Едва оправившись от «тяжелой пневмонии», ее председатель Урсула фон дер Ляйен 21 января заявила: «Нашим главным приоритетом будет раннее взаимодействие, обсуждение общих интересов и готовность к переговорам. Мы будем прагматичны, но всегда будем придерживаться своих принципов. Защищать наши интересы и отстаивать наши ценности — это европейский путь». Она также сказала, что ни одна другая экономика в мире настолько не интегрирована с американской, как экономика ЕС. При этом в своем выступлении глава Еврокомиссии ни разу не упомянула Трампа по имени и позволила себе лишь косвенную критику инициированного новым президентом выхода США из Парижского соглашения по климату. В целом Еврокомиссия проявляет крайнюю осторожность в своих высказываниях о новой республиканской администрации. И стремится как можно скорее наладить контакты с новыми хозяевами Белого дома и организовать соответствующую встречу. Правда, также 21 января на форуме в Давосе Урсула фон дер Ляйен стала осторожно «переводить стрелки» уже в другую сторону света – на восток. Председатель Еврокомиссии заявила о заинтересованности ЕС в расширении сотрудничества с Индией и Китаем, в том числе – и в области «зеленой экономики», вызывающей столь сильный скепсис нового президента США. 

Исполнительная власть в Брюсселе очень пассивно отреагировала и на заявления Трампа по Гренландии (части ЕС). Такой же была реакция и на поддержку Илоном Маском кандидатов от партии AFD на выборах в Германии. И это вызвало критику ЕС уже со стороны французского правительства, потребовавшего более острой реакции. Но вот что характерно. Франция хоть и занимает 4-е место в списке крупнейших экспортеров ЕС в США, но ее профицит от торговли с США – минимальный. Это Германия, Италия и Ирландия имеют колоссальную выгоду от торговли с Америкой, продавая там своих товаров в два с лишним раза больше, чем покупая американских. Следовательно, и пострадают немцы, итальянцы и ирландцы от трамповских тарифов сильнее всего. Иное дело – французы. Они поставляют в США своей продукции на 43,89 миллиарда евро, а потребляют американских товаров – на 43,66 миллиарда. Так что в случае взаимного обмена пошлинными «любезностями» ущерб будет примерно равный. Но при этом не Германия и не Италия, а именно Франция возмущается больше всех. Это говорит и о том, что громкими политическими заявлениями и показным «антитрампизмом» в Париже пытаются отвлечь внимание рядовых французов от серьезных внутренних проблем, буквально накрывших Пятую республику…