Гибкость или тактика Иревана?

Эльчин Мирзабейли: Азербайджан не приемлет передачи Зангезурского коридора под внешний контроль

Накануне встречи Президента Азербайджана Ильхама Алиева и премьер-министра Армении Никола Пашиняна в Абу-Даби, Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил журналистам, что Армения начала демонстрировать более гибкий подход в вопросе Зангезурского коридора.

Почти одновременно в медиа появилась информация о том, что управление данным транспортным маршрутом может быть передано коммерческой компании, находящейся под контролем США.

В ответ официальный Иреван, через пресс-секретаря премьер-министра Назели Багдасарян, опроверг эту информацию. По ее словам, Армения не обсуждала и не обсуждает возможность передачи контроля над своей суверенной территорией какой-либо третьей стороне.

Однако буквально накануне на пресс-конференции в Иреване премьер-министр Никол Пашинян подтвердил факт обсуждения соответствующего предложения, поступившего от американской стороны. «Иреван получил от Вашингтона предложение по управлению транспортным коридором между территориями Армении и Азербайджана», - заявил армянский премьер, подчеркнув, что Иреван рассматривает его как потенциально интересное.

Так чего же в итоге хочет Армения и в чем проявляется ее «более гибкий подход» к вопросу Зангезурского коридора в последнее время? На эти и другие вопросы в интервью газете «Бакинский рабочий» ответил депутат Милли Меджлиса, политолог Эльчин Мирзабейли.

- Проект Зангезурского коридора служит не только национальным интересам Азербайджана, но и отвечает геополитическим интересам всего региона. Это один из пунктов, закрепленных в трехстороннем Заявлении от 10 ноября 2020 года, и Армения приняла соответствующие обязательства.

Для Азербайджана открытие коридора - это не вопрос территориального спора или посягательства на суверенитет, а наоборот, шаг к устойчивому миру, региональной интеграции и взаимовыгодному сотрудничеству.

Что касается заявлений армянского руководства о «более гибком» или «эластичном» подходе, то они, скорее, представляют собой дипломатический маневр. С одной стороны, Иреван стремится укрепить позиции на Западе и создать образ конструктивного партнера, а с другой - старается размыть восприятие сообщений о возможной передаче управления маршрутом третьей стороне. Это попытка балансировать между ожиданиями внутренней аудитории и интересами внешнеполитических партнеров.

Позиция Азербайджана в этом вопросе предельно ясна: Зангезурский коридор - это симметричный ответ Лачинскому маршруту, альтернатива, обеспечивающая прямое сообщение между основной территорией Азербайджана, Нахчыванской автономией далее - Турцией. Речь не идет о каком-либо «экстрасуверенном» контроле или потере армянского суверенитета. Речь - о введении стандартного транзитного режима, основанного на понятных и взаимно согласованных правилах, как это принято в международной практике.

- Выгоден ли Азербайджану вариант с передачей контроля над Зангезурским коридором третьей стороне, в частности, в лице американской компании?

- Для Азербайджана передача такого стратегического транспортного коридора каким бы то ни было зарубежным коммерческим структурам нецелесообразна. Зангезурский коридор крайне важен с точки зрения интересов национальной безопасности и геоэкономики. Принципиальная позиция Баку состоит в том, что контроль за безопасностью и рабочим режимом этого коридора должен осуществляться при взаимном согласии между профильными государственными структурами, а привлечение зарубежных компаний возможно лишь для технических и логистических услуг. Вопросы суверенитета и контроля должны регулироваться на правовой основе между Баку и Иреваном. Таким образом, передача коридора под контроль третьей стороны для Азербайджана неприемлема ни в правовом, ни в политическом, ни в стратегическом отношении.

- Связан ли неожиданный вызов Пашиняна в Брюссель с конкурентной борьбой между США и ЕС за контроль над Зангезурским коридором?

- Азербайджан рассматривает эти процессы не сквозь призму внутренней политики других стран, а в контексте региональной стабильности и взаимной выгоды. Подобные заявления, скорее всего, являются частью геополитической конкуренции, усилившейся на фоне активизации США и ЕС на Южном Кавказе.

Можно предположить, что недавний вызов Пашиняна в Брюссель связан с углублением координации между Арменией и Европейским Союзом по ключевым направлениям - энергетике, транспорту и безопасности. В этом контексте возможны и консультации по Зангезурскому коридору.

Позиция Азербайджана остается неизменной: мы выступаем за стабильность региона, а не за давление в интересах внешних игроков. Любое устойчивое решение по коридору должно формироваться при участии самих стран региона, включая Турцию. Именно такой подход может стать основой для прочного мира и развития на Южном Кавказе.

- Последние события вокруг проекта Зангезурского коридора показывают, что Россия лишается возможности его контролировать, как это было записано в соглашении от 10 ноября 2020 года. Смирится ли Кремль со столь явным ослаблением своего влияния на Южном Кавказе или же предпримет конкретные действия для восстановления «трехстороннего» статус-кво?

- В соответствии с п.9 трехстороннего Заявления от 10 ноября 2020 года, Армения обеспечивает беспрепятственное передвижение через транспортный коридор по их территории, контроль же безопасности коридора возлагается на Пограничную службу ФСБ Российской Федерации. Это правовое признание контрольных полномочий РФ на временной основе, и важно, что здесь не идет речь о суверенных правах, о политическом преобладании, а скорее об обеспечении безопасности и техническом контроле, которые рассматриваются в рамках конкретных обязательств. Однако сегодня Россия теряет возможности контроля над регионом Южного Кавказа в целом, не говоря уже о Зангезурском коридоре. Армения же не только не открывает транспортные коммуникации, но по сути стремится исключить из повестки дня вопрос присутствия российских пограничников. Вследствие продолжающейся войны в Украине и международных санкций Кремль лишился значительной части рычагов воздействия на регион и теперь, скорее всего, попытается дипломатическими способами реанимировать «трехсторонний формат». Однако восстановление прежнего статуса-кво представляется маловероятным.

- Есть мнение, что в рамках процесса переформатирования существующего миропорядка, будет построена новая архитектура региональной безопасности на Южном Кавказе. Она предполагает выдавливание России из региона, усиление роли Турции и передачу контроля границы с Ираном третьей стороне. Насколько данный сценарий близок к реальности?

- Действительно, нынешние многовекторные изменения в системе международных отношений формируют новую архитектуру безопасности на Южном Кавказе, и Азербайджан является одним из основных акторов этого процесса. Выход Армении из сферы влияния России способствует утрате последней рычагов воздействия на регион. Турция же, активно участвуя в вопросах, связанных с Зангезурским коридором, вносит вклад в региональную интеграцию.

Что касается Ирана, то участие здесь третьей стороны для Азербайджана однозначно неприемлемо, обе страны решают вопросы пограничной безопасности на двусторонней основе, в рамках взаимного уважения. Баку считает, что фундамент региональной безопасности заключается в признании суверенитета и развитии взаимовыгодного сотрудничества.