Гольфист против дипломата: Уиткофф на переговорах с Арагчи ЗАРДУШТ АЛИЗАДЕ

Министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи прибыл в Оман на фоне нарастающего международного напряжения, связанного с ядерной программой Тегерана. Визит приурочен к новому раунду переговоров между Ираном и Соединенными Штатами — первым на столь высоком уровне после выхода Вашингтона из ядерной сделки в 2018 году.

Переговоры проходят в Маскате, столице Омана, при посредничестве главы МИД этой страны. С иранской стороны диалог возглавляет сам Арагчи, а американскую делегацию представляет специальный посланник президента США Стив Уиткофф.

На фоне многолетней враждебности и обострившегося противостояния нынешняя встреча воспринимается как потенциальный шанс — пусть и хрупкий — для деэскалации и возвращения к дипломатическим рамкам в решении ядерного вопроса. Но удастся ли Трампу договориться и на этот раз? Или регион ждет прямое столкновение между США и Ираном?

Иранист Зардушт Ализаде в комментарии для Vesti.az заявил, что спецпосланник Трампа Стив Уиткофф — «хороший гольфист».

«Стив Уиткофф — американец с состоянием около полумиллиарда долларов и большой любитель гольфа. После выхода на пенсию он целиком посвятил себя этой игре — и именно на поле для гольфа сблизился с Дональдом Трампом. Дружба оказалась настолько вдохновляющей, что Трамп решил: зачем ему дипломаты, если есть такой обаятельный и деловитый гольфист?» — сказал он.

По мнению эксперта, именно «игра в гольф» стала для Уиткоффа пропуском в большую политику: сначала он был назначен спецпредставителем по Ближнему Востоку, затем — по России.

«Разумеется, Уиткофф — не дипломат, не специалист по международным отношениям и даже не аналитик. Он — просто добропорядочный американский обыватель, который понравился другому обывателю — только уже президентского масштаба. И теперь этот человек занимается самыми тонкими и взрывоопасными направлениями мировой политики — американо-иранскими, американо-израильскими и в целом ближневосточными отношениями», — пояснил Ализаде.

По его словам, проблема, с которой десятилетиями безуспешно боролись целые американские администрации, теперь находится в руках человека, который является партнером президента по гольфу.

Ализаде подчеркивает, что на фоне американцев иранская сторона выглядит гораздо более профессионально: Аббас Арагчи — не просто дипломат, а один из главных архитекторов иранской ядерной стратегии, прошедший через десятки сложнейших раундов переговоров.

«Сейчас именно Арагчи ведет серьезный диалог с представителем Трампа, который больше похож на персонажа реалити-шоу, чем на государственного деятеля. Иран, конечно, понимает, что США — сверхдержава с подавляющим военным потенциалом и ядерным арсеналом. Но Иран также осознает и уязвимости Вашингтона — особенно с учетом географии», — отметил он.

По его словам, американские базы в Ираке, Сирии, Кувейте, Катаре, Бахрейне, Омане и в акватории Персидского залива находятся в зоне досягаемости иранских ракет.

«Кроме того, так называемый 51-й штат США — Израиль — также уязвим. И Тегеран не раз демонстрировал, что, при желании, может "дотянуться". Пока Иран этого не делает — не из страха, а из расчета: масштабное военное противостояние с США и Израилем не в его интересах», — сказал собеседник.

Ализаде напоминает, что вокруг Ирана давно выстроена плотная сеть военного давления: в Индийском океане сосредоточены американские корабли, действуют крупные авиабазы, на которые при необходимости могут быть переброшены тяжелые бомбардировщики.

«Иранская система наблюдения отслеживает их передвижения. Удар по Ирану — не гипотеза, а сценарий, который всерьез обсуждается в СМИ уже несколько десятилетий. Постоянно звучит: "вот-вот начнут", но этого не происходит. Потому что Иран способен нанести ответный удар — по базам, инфраструктуре, городам», — поясняет он.

Почему же переговоры продолжаются? По мнению эксперта, дело в рациональном расчете: Уиткофф, пусть и не профессионал, возможно, способен на главное — слушать. А Ирану нужен не мир любой ценой, а стратегический компромисс, который позволит избежать конфликта и выиграть время.

«Политический режим в Иране остается жестким, архаичным, авторитарным — но и прагматичным. И если будет обозначен хотя бы символический компромисс с Америкой, это уже может стать шагом к разрядке. Так что, как и прежде, на Ближнем Востоке никто в никого не стреляет — по крайней мере, не сегодня. Возможно, благодаря гольфисту, ставшему переговорщиком», — заключил Зардушт Ализаде.