Грузия: феномен импортированного президента Экспертные мнения на

Похоже, на Западе постепенно смиряются с мыслью, что итоги парламентских выборов в Грузии придется-таки признать. Такие выводы напрашиваются из того, что там уже озаботились вопросом дальнейшей карьеры ушедшего президента Зурабишвили. Дело в том, что Саломе Зурабишвили после истечения полномочий президента Грузии стала участником исследовательской программы Генри Киссинджера 2025 года в Институте Маккейна при Университете штата Аризона.

Как отмечается в пресс-релизе, «Зурабишвили будет использовать свой богатый дипломатический, лидерский и политический опыт, чтобы добиться проведения новых выборов и продвижения демократии в своей стране».

Известно, что после недавней инаугурации шестого президента Михаила Кавелашвили Зурабишвили заявила, что не сложит полномочия, так как считает парламент «нелегитимным». Она покинула президентский дворец, но продолжает называть себя грузинским президентом.

Но что же теперь? Зурабишвили едет в Аризону, где ее ждет работа исследователя в местном университете. А можно ли будет, ведя эту деятельность на расстоянии тысяч километров от Грузии, продолжать считать себя грузинским президентом? И не забудут ли про нее после этого в самой Грузии?

Своим видением этой ситуации поделились с Caliber.Az известные обозреватели.

Политолог, директор Центра исламских исследований Кавказа, эксперт Финансового Университета при правительстве РФ Шота Апхаидзе полагает, что политическая ситуация в Грузии будет выглядеть следующим образом: оппозиция продолжит настаивать на том, что не признает легитимность нового президента и парламента Грузии. 

«Кризис продолжится, поляризация общества также пока никуда не денется. Запад будет поддерживать тему проведения внеочередных выборов.

Европейцы поначалу эти выборы признали: и ОБСЕ, и Совет Европы, и другие структуры. Но потом они как-то открестились от своего решения, от своих слов. И этот кризис будет углубляться. Оппозиция пользуется сейчас такой ситуацией, когда Запад и даже администрация Трампа, по сути, тоже выступают против «Грузинской мечты». И, пользуясь этими настроениями западных чиновников, оппозиция будет пытаться давить.
Хотя вопрос – хватит ли у нее ресурсов для этого? Ресурсов не так уж и много у оппозиции. Отчасти эти силы уже маргинализированы, но они в принципе очень хорошо используют пропаганду. В чем она заключается? В том, что Грузия якобы полностью отказывается от евроинтеграции. И в этот момент они уже используют свое стратегическое, можно так сказать, оружие – это молодое поколение, new generation. И вот как раз используя этот ресурс, они создают на улицах протестные акции и углубляют политический кризис», - рассказал исследователь.

А что касается лично отдельно взятой Саломе Зурабишвили, по его мнению, она прекрасно знает, чем занимается.

«Она действует целеустремленно, хорошо запланированно. Отъезд на Запад – это не какое-то хаотичное решение, она не является независимой в своих решениях. Конечно же, у нее есть поддержка со стороны западных политиков, и они с ней встречаются. То есть это признание определенной легитимности президента, который уже в принципе не является президентом.

А что касается новоизбранного президента, то вот его в принципе Запад пока не признает, и это значит, что пока будет некое «двоевластие», будет неофициальный президент и официальный президент. То есть официальный президент – это по конституции, согласно закону, тот, кого избрал грузинский народ, второй – это Зурабишвили, которую поддерживают оппозиция и Запад. Вот такой создается, можно сказать, казус международно-правовой», - отметил Апхаидзе.

По словам же профессора Санкт-Петербургского государственного университета, руководителя магистерской программы по дипломатии, доктора экономических наук Станислава Ткаченко, феномен «импортированного» из-за границы президента хорошо известен на пространстве бывшего СССР.

«Его в полной мере пережили в 1990-2000-е годы государства Балтии. «Запасные президенты» на случай успеха цветных революций были почти у всех постсоветских государств, хотя их легитимность всегда была равна нулю и на внутриполитические процессы они влияли только в периоды президентских и парламентских выборов.

Успех гражданки Франции Саломе Зурабишвили на выборах президента Грузии в 2018 году объясняется стечением уникальных обстоятельств: попытками Грузии через сближение с Западом пересмотреть итоги войны в августе 2008 года, поддержкой влиятельных сил внутри Грузии, надеждой граждан этого государства на членство в ЕС. Как мы сейчас понимаем, эти обстоятельства были уникальными, но приход на высший государственный пост в Грузии гражданки Франции не позволил мечтам стать реальностью», - пояснил профессор.

Несомненно, уверен он, путь Зурабишвили после завершения её президентского срока лежит на Запад, туда, откуда она прилетела в Грузию. 

«Во Франции и в США десятки исследовательских институтов, которые предложат ей хорошую стипендию и трибуну для выступлений по актуальным вопросам политики в регионах Южного Кавказа и Евразии. После Института Маккейна при университете штата Аризона это могут быть мозговые центры в Вашингтоне или Калифорнии, а также неправительственные организации в Европе, сочетающие аналитическую работу с практическими усилиями по организации «цветных революций» и военных госпереворотов. 

Признавать при этом Зурабишвили в качестве президента Грузии будут только те политики и активисты в Грузии и за ее пределами, кто заинтересован в подрыве стабильности в стране, превращении Грузии в субъект международных отношений. Который можно назвать «служебное государство-камикадзе». Для таких людей поставить Грузию на службу интересов Глобального Севера – стратегическая миссия, в достижении которой средства можно не экономить. А что из этого получается – хорошо видно на примере Украины», - заметил доктор.

О Саломе Зурабишвили граждане Грузии забудут быстро, полагает он.

«Она мало что сделала для защиты национальных интересов своего государства, открыто обслуживала интересы государств Запада, стремилась сохранить свою власть любой ценой, в том числе и путем поддержки вооруженного противостояния на улицах грузинских городов. Когда-нибудь ее поддержка 59 процентами избирателей на выборах 2018 года будет названа «историческим недоразумением». И это будет справедливая оценка», - заключает Ткаченко.