Губы в цвет победы: история красной помады на войне и после

Обычно орудиями войны считают танки, винтовки и боевые самолёты. Но одним из неофициальных символов Второй мировой стала вещь совсем иного рода — красная губная помада.

Как передает Vesti.az со ссылкой на СМИ, хотя путь красной помады начался ещё пять тысяч лет назад, до XX века она воспринималась как символ греха и вульгарности. Её запрещала католическая церковь, инквизиция могла посадить за «дьявольские уста», а в обществе ее связывали с «падшими женщинами». Всё изменилось, когда красные губы стали знаком борьбы суфражисток за равноправие и из манифеста перешли в моду.

В годы Второй мировой помада неожиданно получила патриотическое звучание. В США женщинам, вступающим в армию, выдавалась красная помада — цвет был строго регламентирован. Бренд Elizabeth Arden по заказу Пентагона создал помаду Montezuma Red, оттенок которой совпадал с окантовкой униформы. Помада стала символом стойкости, боевого духа и даже равенства — пока мужчины воевали с оружием, женщины с помадой на губах занимали их рабочие места и несли службу.

В Великобритании Уинстон Черчилль лично распорядился не включать помаду в перечень товаров по карточкам: «косметика так же важна женщинам, как табак мужчинам», — писали в Vogue. Женщины красили губы даже в бомбоубежищах. А те, кто не мог позволить себе дефицитную помаду, использовали свекольный сок. Производство перевели на дешёвые материалы, потому что металл был нужен на фронте.

Нацисты, напротив, презирали красную помаду. Гитлер считал её «вызовом арийской скромности» и лично запретил своим приближённым ею пользоваться. В нацистской эстетике губы не могли быть «громкими».

После войны красная помада не исчезла, а наоборот — перекочевала с передовой на экраны. Её носили Мэрилин Монро, Элизабет Тейлор, Маргарет, королева Елизавета II. От оружия патриотизма она превратилась в символ гламура и уверенности.

Сегодня алые губы — это классика. Но в 1940-х они были не просто модным элементом — они были маркером женской стойкости, веры в победу и права оставаться женщиной даже во время войны.