Имран Хан убит или жив? актуальный комментарий

В Пакистане вспыхнули массовые протесты после распространения слухов о смерти бывшего премьер-министра Имран Хана в тюрьме.

Имран Хан, этот бунтарь, не дававший покоя пакистанскому истеблишменту и в годы своего премьерства, в 2018-2022-й, и после того, как по сфабрикованному обвинению был арестован и отправлен в тюрьму, продолжает оставаться огромной и болезненной занозой для властей. И теперь уже неважно, жив он или все же убит/скончался в тюрьме «Адиала». Сам факт его исчезновения с информационного поля стал детонатором массовых протестов.

Имрана Хана больше нет, но весь пакистанский социальный негатив, с которым он обещал местной молодежи бороться – нищета, коррупция, непотизм, безработица и отсутствие социальных лифтов – все это благополучно здравствует, цветет пышным цветом и одуряюще пахнет

Тысячи сторонников партии Имран Хана пришли к зданию тюрьмы, требуя от властей либо показать его живым, либо сообщить правду о его состоянии. Реакция властей в ответ была – глупее не придумаешь: полиция применила силу, для разгона собравшихся, сообщается, что была избита сестра Имран Хана. На улицах звучат требования к властям раскрыть реальное состояние бывшего руководителя страны, а в соцсетях распространяются видео столкновений.

И это стало спичкой, поднесенной к бочке бензина пакистанских социальных противоречий. Протесты охватывают все новые территории, нарастая, как снежный ком. Дело идет к тому, что эта история – не зависимости от того, жив ли экс-премьер, в чем я лично глубоко сомневаюсь, или нет – грозит стране политическим кризисом, который может стать крупнейшим для Пакистана за последнее десятилетие. И далеко не факт, что местный истеблишмент выйдет из него без потерь.

Оптимисты могут возразить, что протесты будут подавлены хотя бы потому, пакистанское общество жестко зависит от армии, которая представляет собой нечто вроде замкнутой касты, государства в государстве, прочно держит страну под контролем и с бунтовщиками обязательно справится, как в истории Пакистана бывало уже не раз.

Имран Хан, этот бунтарь, не дававший покоя пакистанскому истеблишменту и в годы своего премьерства, в 2018-2022-й, и после того, как по сфабрикованному обвинению был арестован и отправлен в тюрьму, продолжает оставаться огромной и болезненной занозой для властей

Но, во-первых, времена изменились.  В Индо-тихоокеанскому регионе, включая неотъемлемую его часть, Южную Азию, нынче дуют совсем иные ветры чем даже 5-7 лет назад – и бунтующие толпы, во главе которых стоят представители поколения зумеров играючи сносят правящие элиты, положение которых во власти еще вчера казалось незыблемым. Это случилось в Шри-Ланке, Бангладеш, Непале, затем волны протестов перекинулись на Индонезию.

Имран Хан был символом перемен и увлек за собой значительную часть молодежи – теперь наступило время, когда она сделает ответный ход. Потому что, убрав его от власти, пакистанские элиты не предложили «молодому Пакистану» ничего взамен, оставив ее наедине с проблемами, копившимися не одно поколение. Имрана Хана больше нет, но весь пакистанский социальный негатив, с которым он обещал местной молодежи бороться – нищета, коррупция, непотизм, безработица и отсутствие социальных лифтов – все это благополучно здравствует, цветет пышным цветом и одуряюще пахнет.

И здесь вступает в силу «феномен Дагресс», гласящий, что нынешнее поколение зумеров во всем мире обладает гипер-связностью и легко откликающееся на бунты в других - соседних странах. Так что волну инициированных ими протестов вполне может постучать в пакистанские двери и сообщить сакраментальное: «мы устали от вас, вам пора на выход».

Имран Хан был символом перемен и увлек за собой значительную часть молодежи – теперь наступило время, когда она сделает ответный ход

Не спорю, этому есть традиционное лекарство – пули, полицейские дубинки. Тем более, что недавно была принята 27-я поправка к конституции Пакистана, которая дала главе генштаба пожизненную неприкосновенность и новые властные полномочия. Как говорится, «патронов на протестующих теперь можно не жалеть».

Но, во-вторых, это как раз тот случай, когда лекарство хуже яда. Угли-то можно замести под ковер – но тлеть-то от этого они не перестанут, все одно - полыхнет с новой силой, не потушишь. К тому же следует постоянно держать в голове и то, что как в самом Пакистане, да и по периметру его границ, достаточно тех, кто нестабильность в этой стране и проблемы местной власти радостно воспримет как прекрасный шанс «половить рыбку в мутной воде». Список таких желающих велик – от Тахрик-е Талибан и местных сепаратистов - до индийской разведки и афганских талибов…