Иран, Уран, Тиран главная тема

Пока морская блокада Ирана со стороны США проходит в основном по американскому сценарию. Задействовано более десяти тысяч моряков, морских пехотинцев летчиков, свыше пятнадцати военных кораблей — в том числе две авианосные группы, дюжина эсминцев и крейсеров, плюс большой десантный корабль.

За первые сутки ни одному судну не удалось прорвать это кольцо. Шесть торговых судов, получив соответствующие сигналы американских военных, вернулись обратно в иранские воды. В CENTCOM подчеркивают, что блокада применяется «беспристрастно ко всем судам всех стран». При этом свобода судоходства для всех кораблей, следующих через Ормузский пролив в неиранские порты, официально сохраняется. Однако желающих рискнуть попасть при этом под удар иранских ракет и дронов мало. Американский флот теперь также находится в зоне досягаемости иранских ракет и дронов. А Тегеран предупредил: любая попытка блокировать иранское судоходство обернется ударами по американским кораблям. Это может произойти в любую минут. А может и не произойти.

58% американцев заявляют, что либо плохо понимают цели Трампа в Иране, либо не понимают их вовсе

Военная эскалация разворачивается на фоне дипломатического клинча, выйти из которого обе стороны пока не могут. Но при этом явно не хотят окончательно хлопнуть дверью. В минувшие выходные в Исламабаде вице-президент США Джей Ди Вэнс, возглавлявший американскую делегацию, предложил Ирану полностью приостановить любую ядерную деятельность на двадцать лет. Иранская сторона предложила пять лет — этот же срок иранцы называли еще на февральских переговорах, провал которых стал поводом для Трампа начать войну. Разница между двадцатью и пятью годами — это не просто разногласие по числу. За ним стоит принципиальный вопрос о том, признает ли Иран право США диктовать условия своей ядерной программе в долгосрочной перспективе. Также иранская сторона подняла на переговорах тему репараций: Тегеран оценил ущерб от американских и израильских ударов в 270 млрд долл. Параллельно Тегеран выдвинул требования к Саудовской Аравии, ОАЭ, Катару, Бахрейну и Иордании — за их «участие в американо-израильской войне против Ирана».

На этом фоне все заметнее становятся «стилистические разногласия» между Трампом и Вэнсом. Вице-президент, изначально выступавший против войны, дал такое интервью Fox News: «Думаю, мы в ситуации, когда мы достигли своих целей. Мы можем начать сворачивать операцию. Я бы предпочел, чтобы мы свернули ее через большие и успешные переговоры». При этом он признает, что иранская делегация в Исламабаде «не смогла достичь соглашения» и вернулась в Тегеран — либо за одобрением к Хаменеи, либо к кому-то еще. Трамп же продолжает выступать в ипостаси «злого следователя». В основном «двигает» ультиматумы, угрожая возобновить военные действия. Возможно, это сознательная игра: Вэнс дает Ирану образ выхода, Трамп — образ тупика без выхода. Вопрос в том, считывает ли эту логику Тегеран так, как задумано, или воспринимает ее как свидетельство хаоса в американском лагере. Многие, кстати, воспринимают именно как второй вариант.

Похоже также на то, что Вэнс старается больше учитывать настроения избирателей. Ну так, на будущее, которого у Трампа все равно уже нет. Политическая база президента пошла трещинами. По опросам (в частности, Pew Research Center), большинство граждан США считает, что решение о начале войны против Ирана было ошибочным (59% против 38%), и примерно вдвое больше тех, кто полагает, что война идет плохо (45%), чем тех, кто оценивает её как успешную (25%). По данным совместного опроса NPR, PBS и Marist Poll, 56% американцев выступают против военных действий в Иране или решительно осуждают их. При этом 86% демократов и 61% независимых избирателей настроены против войны — однако 84% республиканцев ее все еще поддерживают (но и тут 14% уже против). Еще болезненнее для Белого дома то, что, согласно опросу IMEU Policy Project, 56% американских избирателей убеждены, что война с Ираном выгодна прежде всего Израилю, а не самим США. Лишь 29% считают, что она в интересах самой Америки. Тогда как администрация, напротив, позиционирует войну как защиту американских интересов.

Трамп и Ди Вэнс разыгрывают роли "доброго" и "злого" полицейских

Переломным моментом даже для MAGA стал эпизод 7 апреля, когда Трамп опубликовал в Truth Social пост со словами «целая цивилизация умрет сегодня ночью, никогда не возродившись», вызвав шок внутри страны: даже правые комментаторы — Такер Карлсон, Алекс Джонс, Энтони Скарамуччи — публично осудили такое заявление. Джонс, Кэндис Оуэнс, Марджори Тейлор Грин и полсотни конгрессменов-демократов призвали отстранить президента, задействовав 25-ю поправку к Конституции. Среди республиканских конгрессменов также нарастает тревога: часть из них все откровеннее выражает обеспокоенность отсутствием прозрачности в том, как ведется война и как она финансируется. Все больше республиканцев опасаются, что издержки конфликта могут ударить по партии на промежуточных выборах в ноябре. 58% американцев также заявляют, что либо плохо понимают цели Трампа в Иране, либо не понимают их вовсе.

Легкий (пока) раздрай начался и среди арабских союзников США, притом, что Европа практически вся против «блокады Трампа», даже такой исторический союзник США, как Британия в ней участвовать отказалась. А теперь еще и Эр-Рияд встревожился. Саудовская Аравия — один из бенефициаров ослабления Ирана. Тем не менее Эр-Рияд начинает поддавливать Вашингтон с требованием снять блокаду. Логика у саудитов своя: они сумели восстановить нефтяной экспорт до довоенных семи миллионов баррелей в сутки, перенаправив потоки через трубопровод к порту Янбу, в обход Ормуза. Но это решение работает только до тех пор, пока открыт Баб-эль-Мандебский пролив — второй стратегический узел, через который идет 12% всех морских перевозок нефти и 8% СПГ.

Пакистан, Египет и Турция активно работают над тем, чтобы усадить стороны за стол до 21 апреля — даты истечения нынешнего перемирия. В качестве площадок рассматриваются Исламабад и Женева

Саудиты предупредили Вашингтон: американское давление на Тегеран может спровоцировать обратный эффект — закрытие Баб-эль-Мандеба. Хуситы, контролирующие йеменский берег этого пролива, ранее уже выступавшие союзниками Тегерана, уже допускали подобный сценарий. Более того, они могут начать взимать плату за проход судов через пролив. Если это произойдет — под угрозой окажутся и саудовские поставки, и весь маршрут через Суэцкий канал.

Пакистан, Египет и Турция активно работают над тем, чтобы усадить стороны за стол до 21 апреля — даты истечения нынешнего перемирия. В качестве площадок рассматриваются Исламабад и Женева. В Вашингтоне уверены, что сделанное в Исламабаде предложение — «лучшее, что Иран может получить». С этой точки зрения блокады — это лишь продолжение переговоров другими средствами. Но у Тегерана своя логика, логика отчаяния: сначала репарации, потом разговор об уране. Это переговорная позиция, но никак не капитуляция. До 21 апреля остается неделя. Это немного — и это достаточно, чтобы все изменилось в любую сторону.