Как пластическая мафия пустила корни в Минздраве Азербайджана? РАССЛЕДОВАНИЕ

В Азербайджане пластическая хирургия и ее трагические последствия все чаще становятся темой острых общественных дискуссий. Достаточно оглянуться на череду случаев, когда молодые женщины погибали после неудачных операций — особенно ринопластики, — чтобы осознать масштаб и остроту проблемы.

Удивительно, но вместо того, чтобы системно реагировать на происходящее, Министерство здравоохранения ограничилось формальным надзором. В итоге реальными действиями занялись органы прокуратуры. И, как показало расследование, источник бед оказался не где-то вовне — он скрывался внутри самой системы здравоохранения.

Согласно официальным данным, Главное управление по борьбе с коррупцией при Генеральной прокуратуре выявило обоснованные подозрения в коррупционных схемах внутри Министерства здравоохранения. В центре расследования — начальник отдела по кадрам, науке и образованию Саида Нураддин гызы Рустамова. По версии следствия, она действовала в сговоре с бывшей начальницей отдела аккредитации Центра общественного здравоохранения и реформ Минздрава Лятафят Керим гызы Джаббаровой и рядом других лиц. За взятки эта группа допускала непрофессионалов к сертификационным экзаменам по медицине и фармацевтике, включая пластическую хирургию, а также незаконно выдавала сертификаты на основе сфальсифицированных результатов.

Выяснилось, что многие так называемые «пластические хирурги» в Азербайджане вообще не являются врачами и практикуют по поддельным дипломам.

Проще говоря, Министерство здравоохранения стало заниматься проблемой только после того, как ситуация приняла скандальный оборот и вызвала общественный резонанс. По приказу министра, была создана Специальная ревизионная комиссия с участием уполномоченных представителей Минздрава, Генпрокуратуры, МВД и Минобразования. Началась масштабная проверка всех пластических и эстетических хирургов в стране. Функции контроля были возложены на структуру под названием Центр аналитической экспертизы (ЦАЭ).

Возникает вопрос: неужели до этого пластические хирурги не проходили проверку в соответствии с требованиями законодательства? На этот вопрос представитель Центра аналитической экспертизы ответил еще в ноябре прошлого года в интервью порталу одного из местных СМИ.

В официальном комментарии говорилось: «Центр аналитической экспертизы Минздрава в рамках плановых и внеплановых мониторингов проверяет документы всех врачей и медицинского персонала, работающих в клиниках. В случае выявления негативных случаев в ходе плановой проверки принимаются соответствующие административные меры. Кроме того, каждый пациент имеет право потребовать у врача предъявить сертификат».

Но как же тогда оказалось возможным, что в стране работало столько врачей с поддельными документами? Этот факт вызывает серьезные сомнения в прозрачности проверок, ранее проводимых Центром аналитической экспертизы. И эти сомнения только усиливаются, если учесть публикации в прессе.

Так, еще в 2022 году газета «Мусават» сообщала, что составленные ЦАЭ протоколы об административных нарушениях в отношении клиник «AMT» и «Dəniz diş» были впоследствии признаны недействительными, а вместо них были оформлены новые акты, в которых нарушений не обнаружилось. Более того, в Реестр Министерства юстиции была передана ложная информация о том, что в отношении клиники «AMT» никакой протокол не составлялся, и, соответственно, эти данные не были внесены в реестр.

Отметим также, что лицензии на деятельность частных клиник выдаются на основании заключений именно этого Центра.

Проведенное журналистское расследование также показало, что ЦАЭ — это госорган, который проверяет качество импортируемых в страну лекарств, дает разрешение на их продажу, а также осуществляет контроль за аптеками и фармскладами. В этой сфере также неоднократно высказывались претензии к непрозрачности деятельности Центра и его руководителя Мурада Сулейманова. Благо качество медикаментов, которые есть на рынке говорит само за себя. Но об этом мы расскажем подробнее в следующем материале.

Таким образом, расследование показывает, что орган, проверяющий деятельность пластических хирургов, сам нуждается в тщательной проверке. Не теряем надежды, что и до него когда-нибудь дойдет очередь.

Максуд Зейналов