Как реваншисты пытаются прикрыть свой срам

Автор: Зульфугар Ибрагимов

В Армении всегда существовала огромная прослойка политиков, экспертов и ученых которые строили свой успех, капиталы, карьерный рост, местечковую и даже международную славу на "исторической памяти". Этот инструмент действовал безотказно в благодатных условиях традиционной для западных и российских кругов тюркофобии и приносил плоды.

Армян сотню лет убеждали, что "историческая память" - это единственное, что у них осталось от "былого величия", и только через нее они смогут все себе вернуть. Проходили годы, а "былое величие" отодвигалось все дальше и дальше. Сегодня мираж совсем побледнел и это страшно беспокоит тех, кого "реальная Армения" Пашиняна оставляет не у дел.

Больше всего их пугает наметившаяся тенденция, когда общество уже в полуха слушает псевдоисторическую чепуху. Людям просто надоело сравнивать и видеть, насколько их сегодня не соответствует "великому" вчера. У армян начинают возникать сомнения насчет того, а было ли оно, это "величие" и "от моря до моря"? Должно же оно было оставить хоть какие-то реальные следы. Вон сколько следов в Китае, сколько в Италии или той же Франции. А где "наследила" Армения? Сказки про якобы разрушившее все это "величие" землетрясение, которым сейчас прикрывают свой срам армянские историки и политики, не выдерживают никакой критики. А еще очень нервирует реваншистов, что идею реальной Армении приветствует Баку. Это, по их мнению, главный аргумент в пользу того, что от реальной Армении нужно немедленно отказываться. А то враг, понимаешь, не дремлет...

Просроченная биомасса требует от Пашиняна «быть мужчиной»? Кто бы говорил

Политический обозреватель Арман Абовян разразился статьей из серии "накипело". В статье он обвиняет правительство в желании "стереть национальную эмпатию и превратить людей в отупевший скот". Пашинян, утверждает он, хочет превратить армянское общество в массу, состоящую из людей, отвергающих национальные приоритеты и лишенных достоинства, чести и элементарного самоуважения.

Абовяну, как составной части реваншистской массы, конечно, виднее. Он выражает как бы коллективное мнение этой массы. Но все же интересно, из чего он сделал такие глубокомысленные выводы?

В "отупевший скот", как выясняется, армян превращает прагматичная политика властей, которые понимают, что "величие" до добра не доведет. Оно уже довело Армению почти до точки невозврата, и только прагматизм правящей команды спас ее от потери государственности.

Превращает народ в стадо, оказывается, также курс на мир с соседями. Тот мир, который установился между двумя соседями, реваншисту не нравится. Реваншисты - вообще очень забавные ребята. По их представлениям, справедливым мир был бы в том случае, если бы Карабах остался за оккупантами, они свободно шустрили туда-сюда по Лачинской дороге и указывали, где должна проходить граница. А то, что сейчас, - это, дескать, предательство, маскируемое под прагматизм.

Ну, а самое главное - это "отказ от исторической памяти". О, это действительно настоящая древнегреческая трагедия. Десятилетия армянское общество зомбировали, вбивая в сознание надуманные нарративы, а сейчас премьер-министр показывает им карту реальной Армении, сильно отличающуюся от "великой", и призывает смотреть не в прошлое, а в будущее. Сколько понаписанного придется отправить в печь. Но это ерунда по сравнению с огромной работой, которую придется проводить не один год для денацификации сознания армянской молодежи, на которой извращенная идеология сказывается особенно жестко.

Есть еще "унижение перед Турцией". Да, именно так это звучит. Сто с хвостиком лет у армян был четко прорисованный и отполированный образ врага, а тут Ереван отказывается продолжать эту игру. И если бы нормализация с Турцией наступила после слезных раскаяний за "геноцид" и многомиллиардных выплат мнимым "жертвам". Но нет - Пашинян не то что не требует от Анкары покаяния в том, чего она не делала, а еще и сам высказывает сомнения относительно "геноцида армян".

Реваншисты посредством таких вот аналитиков, СМИ и соцсетей пытаются вернуть внимание армян, но как-то тяжело идет это дело. К чему бы это?