Моральный коллапс цивилизации Размышления Теймура Атаева

На наших глазах продолжается мощнейший геополитический беспредел, сопровождаемый культурно-моральной деградацией человечества, которое, за редким исключением, перестаёт реагировать на боль и страдания людей. В этой связи нам представляется нелишним взглянуть на причинно-следственную нить происходящего посредством социально-философской мысли.

Ещё в ХХ веке выдающийся венгерский философ Бела Хамваш, называвший переживаемый исторический период «критическим временем», прогнозировал приближение событий, которые, сотрясая всё человечество, станут предтечей Апокалипсиса. Причину этого Хамваш связывал с фактором толпы, лишённой «интеллигентности и способности выносить трезвую оценку». В данном аспекте он ссылался на тезисы французского социального психолога XIX–ХХ веков Гюстава Лебона (Ле Бона), одним из свойств толпы определявшего её «податливость внушению».

По Лебону, толпу «легко увлечь за собой и обмануть», так как внутри неё выключается разум даже у самого мыслящего человека. Растворяясь в толпе без остатка, люди перестают стремиться к объективной оценке из-за угасания личностного самосознания. Отсюда — готовность всего человечества «слиться в единую душу», которая, утратив способность думать и любить, может, главным образом, «уничтожать, ибо задача толпы — разрушение культуры».

Именуя данный этап «индустрией сознания», американский философ XX–XXI вв. Фредрик Джеймисон также считал его начальным периодом Апокалипсиса, пусть ещё «скромным и мягким». Что, по убеждению учёного, вычёркивает из жизни морально-этические нормы.

Ещё глубже в этом вопросе шёл французский философ и историк ХХ века Ги Дебор, называвший современную жизнь нагромождением спектаклей, в которых образы сливаются в некоем искусственном социуме, «насквозь пропитанном кичливой ложью». Посему, добавляет Хамваш, личность начинает душевно деградировать, утрачивая способность к логическому мышлению.

В свете этого Джеймисон именует капитализм периодом «угасания священного и духовного», поскольку одной из функций повсеместного рынка выступает не поощрение свободы, а, скорее, её подавление. Ведь рыночная идеология устраняет «человеческие решения» и возможность «мыслить исторически». Вслед за этим мыслитель использует определение «пастиш», подразумевающее «подделку», то есть «имитацию мёртвого стиля» жизни.

Здесь вспоминается интереснейшее выражение британского философа и социолога польского происхождения ХХ–ХХI вв. Зигмунта Баумана — «текучая современность», которое мы вывели в название материала. Под данным определением он понимал «импульс навязчивой» трансформации вне надежды на завершение процесса, что идентично бегу без финиша.

Не исключено, что кто-то в аспекте рассматриваемого вспомнит научное определение «тканевая инженерия», обозначающее целенаправленное создание тканей и органов с заданными свойствами. А затем проведёт параллель с нередко представляемыми ведущими интеллектуальными структурами международного масштаба Think-tanks («мозговые центры»), потчующими мир всевозможными военно-политическими, экономическими и социально-культурными алгоритмами — с предоставлением готовых «стратегических пакетов» на сей счёт.

Именно таким образом на мировую поверхность, говоря словами одного из известных американских социологов XX века Роберта Мертона, была искусно внедрена идеология, позволяющая избегать социальных ограничений при стремлении к успеху. Когда доктрина «цель оправдывает средства» стала чуть ли не ведущим принципом профессиональной деятельности, аккуратно перекочевав в область международных отношений. Результатом чего проявилась тенденция к аннулированию международного права, с чем мы сегодня повсеместно сталкиваемся. Договоры оказываются «лоскутом бумаги», а «бомбардировка гражданского населения получает рациональное обоснование» — так же, как в подобной ситуации в обществе расширяется применение незаконных средств во взаимоотношениях между отдельными лицами. По Мертону, данная ситуация неизбежно порождает «стремление к распаду», что кто-то, опять-таки, воспримет как путь к Апокалипсису.

А как может быть иначе, если, согласно авторитетному немецкому социологу и философу ХХ века Эриху Фромму, в конце концов «человек становится чужим самому себе», так как перестаёт быть хозяином собственных поступков? Германо-французский философ, лютеранский теолог XIX–XX вв. Альберт Швейцер преподносил данный ракурс как постепенное исчезновение у личности «доверия к собственному мышлению». Ведь он принимает необходимые для жизни истины и убеждения у ангажированных организаций, «которые предъявляют на него права». Таковой «дух времени не разрешает ему прийти к себе самому», и он уже не в силах сопротивляться, поскольку является «раздробленным существом», утратившим веру в возможность самостоятельной мысли. Таким образом, индивидуум «вынужден признавать истиной что-то непостижимое», не находя применения своей способности мышления. Что приводит к духовному банкротству.

Естественно, продвигающие эту повестку дня идеологически, политико-экономически, социально-культурно и на военной стезе прилагают все усилия для того, чтобы люди, «отказавшись от самостоятельно познанной истины», принимали её «пропагандистский суррогат, навязываемый им авторитарно». Складывающуюся ситуацию британский социолог и философ австрийского происхождения ХХ века Карл Манхейм резюмирует в таком ключе: если нам в ближайшее время не удастся достичь высокой ступени моральности в стремлении управлять обществом, человечество «погибнет от этой диспропорции».

Без сомнений, у каждого может быть свой взгляд на складывающуюся вокруг нас ситуацию, но не признавать, что повсеместная морально-нравственная деградация ведёт планету в пропасть, просто-напросто невозможно. Тем более что именно эта стезя как раз и способствует формированию международного фона, где сплошь и рядом происходит форменный беспредел, уносящий десятки тысяч безвинных жертв, многие из которых теряют земную жизнь из-за голода.