Новый фашизм стал основой российской политики Minval Politika

Защита от угроз внешней среды является суверенным правом стран и народов. Обычно опасные вызовы исходят от соседей, которые встраиваются в различные схемы блокового характера или же от враждебно настроенных государств.

Азербайджан еще до восстановления национальной независимости в 1991 году, в бытность СССР, стал объектом нападок и травли со стороны агрессивно настроенной Армении. Ей в хищнических планах помогли центральные власти во главе с Михаилом Горбачевым, а в последующем и высокие круги России, которые также объявили о независимости. «Демократическая когорта», которой руководил Борис Ельцин, не скрывала своих симпатий к армянским националистам, которые тихой сапой стали проводить в жизнь политику этнических чисток, акты геноцида и прочие чудовищные действия, полностью подпадавшие под категорию военных преступлений и преступлений против человечности.

Первая Карабахская война, которая осталась за Ереваном, стала логическим итогом неограниченной военной помощи Москвы, взявшей страну-агрессора под свою опеку со всеми вытекающими из этого последствиями. Если вспомнить прямое участие 366-го мотострелкового полка России, расквартированного в Карабахе, российских наемников, десантных соединений, вовлеченных в военные действия против азербайджанских сил, становится понятно, почему Армения одержала верх в войне.

Россия подарила победу своему союзнику, став прямой соучастницей войны на Кавказе. А после завершения военных действий Армения продолжала пребывать на попечении Москвы, получая от нее неограниченную военную помощь, технологии двойного назначения и прочие стратегические ресурсы.

Азербайджан в диалоге с российской верхушкой постоянно поднимал вопрос о недопустимости предвзятого отношения России к конфликту в Южном Кавказе. Несмотря на это, северный сосед продолжал поддерживать Армению, созданный ею сепаратистский режим в Карабахе, подрывая стабильность и мир вдоль своих южных рубежей.

Одной из причин бездействия Минской группы ОБСЕ, призванной обеспечить мирное разрешение Карабахского конфликта, стала деструктивная позиция Москвы, которая в ранге сопредседателя посреднического института не желала завершения конфликта. Российские дипломаты в МГ неизменно занимали проармянскую позицию. Имя Владимира Казимирова стало нарицательным, с негативным антиазербайджанским олицетворением.

Москва все время пыталась раздуть огонь войны в регионе ради того, чтобы не дать Азербайджану освободить из-под оккупации свои исторические территории, восстановить справедливость и выполнение четырех резолюций СБ ООН, которые требовали безотлагательного вывода армянских войск с азербайджанских территорий. Россия к тому времени полностью утратила доверие азербайджанской стороны как посредник, исчерпав моральные качества и возможности.

Армения открыто культивировала крайний радикализм в отношении азербайджанцев, национальных меньшинств, вводила в обращение нормы фашистского управления, но это не мешало ей пользоваться безграничной поддержкой России. Поощряя милитаристские устремления Еревана, Москва продолжала накачивать военные мускулы страны-агрессора, обеспечивая ее наступательными видами вооружений.

Начатый с конца двадцатого века курс на усиление военного потенциала Армении не ослабевал, а только усиливался. Это означало, что Москва целиком и полностью поощряла агрессивную политику Армении ради достижения собственных целей. Главной из них было конфликтное управление Южным Кавказом, где Еревану отводилась роль надежного инструмента давления на Баку.

Только в 1998 году Ереван получил от союзника вооружений на сумму в 1 млрд долларов. Наряду с этим военному ведомству Армении периодически выделялись выгодные кредиты для реализации новых милитаристских планов. В реальности они перечеркивали миролюбивые усилия Азербайджана, а Баку никак не мог убедить российскую сторону изменить отношение к армяно-азербайджанскому конфликту, чтобы сконцентрироваться на мирных инициативах.

В последующем кардинальных изменений не последовало, пока политическое руководство Азербайджана не приняло решение о проведении контрнаступательной операции с целью выдворения захватчика из собственных земель.

Начавшаяся осенью 2020 года силовая кампания, названная впоследствии Второй Карабахской войной, достигла поставленных азербайджанским руководством целей, невзирая на то, что Россия продолжала активно поддерживать Армению. Она поставляла своему сателлиту оружие, боеприпасы, новые ударные технологии, но это не помогло агрессору.

Перед оснащением и наступательной мощью азербайджанской армии Армения потерпела военно-политический крах, что было равносильно бессилию и российской политики, и ее оружия.

Проявив формальный нейтралитет, Москва всеми средствами подыгрывала Армении для обеспечения ей победы в информационной войне. Не только частные издания, но и государственные средства массовой информации России пропагандировали негативный образ Азербайджана, оправдывали хищнический курс Еревана. А Баку российские медиа-ресурсы отказывали в праве отстоять свою независимость и территориальную целостность.

На словах Москва всегда боролась с проявлениями фашизма и человеконенавистничества, однако на деле закрывала глаза на чудовищные изощрения армян, которые поклонялись памяти кровожадного фашиста и цехакрона Гарегина Нжде. Всем доподлинно известно, что он был в сговоре с Гитлером и планировал воевать против Красной Армии во имя «освобождения Армении». Но это до сих пор замалчивается российской пропагандой, и это о многом говорит.

В общем и целом положение свидетельствует, что российские политические круги кооперируются с армянскими радикалами. Две стороны сошлись на политике нового фашизма, которую многое роднит с курсом нацистской Германии. Российский истеблишмент все больше тяготеет к концепции неприкрытой агрессии в отношении соседей, стремится к насильственному переделу границ. И все это делается ради удовлетворения гегемонистских устремлений Москвы.

Но в Первопрестольной не должны забывать, что правом защиты собственных интересов обладают не только большие страны, но и остальные члены сообщества. Это их законное и неотъемлемое право.