Обеспокоенность Анкары: неизбежны новые столкновения в Сирии наша корреспонденция; все еще актуально Haqqin

Еще в октябре Эрдоган заявил, что в ближайшее время «последуют хорошие новости», связанные с обеспечением безопасности южных границ Турции. Что было истолковано политическими аналитиками как намек на возможное продолжение начатых в 2019 году операций Анкары против террористической организации РПК/ОНС на севере Сирии.

Однако 27 ноября мир был буквально огорошен внезапным наступлением сирийской оппозиции, долгое время базировавшейся в Идлибе. После чего официальные лица в Анкаре заявили о значительном ослаблении режима Башара Асада и неизбежности революции. Однако падение сирийского режима всего за десять дней стало полной неожиданностью даже для Турции.

Турция изо всех сил поддержит сформированное переходное правительство

Напомним, что в конце ноября турецкие власти дали зеленый свет ограниченной операции вооруженных сил сирийской оппозиции против ослабленной армии Башара Асада и его иранских союзников. Главной причиной операции стали регулярные атаки сил Асада на Идлиб — последний оплот оппозиции, где проживают около пяти миллионов беженцев. Здесь уместно уточнить, что в рамках Астанинского процесса, инициированного в 2017 году Россией, Ираном и Турцией, для размещения сил противников режима Асада и беженцев было определено четыре зоны. Но в результате систематических атак российских, иранских и сирийских войск, продолжавшихся с 2017 по 2019 год, три из четырех зон были полностью утрачены, остался только Идлиб, да и то частично.

Следует понимать, что для Анкары потеря Идлиба означала бы приток еще пяти миллионов беженцев, с чем Турция вряд ли могла бы справиться. Именно поэтому была начата ограниченная операция турецких войск, преследовавшая вполне конкретные цели - сохранить под своим контролем Идлиб и захватить небольшую, но стратегически важную территорию Тел-Рифата, находившуюся под контролем боевиков РПК/ОНС.

Параллельно Анкара еще с июня пыталась привлечь Башара Асада к переговорам о будущем Сирии.

Но Башар Асад, который вернул свою страну в Лигу арабских государств и вел диалог с США, Израилем и Евросоюзом, явно недооценил последствия происходившего. А потому, несмотря на потерю Алеппо, не только уклонился от переговоров с турками, но и попытался передать часть территорий вокруг Алеппо и на востоке Сирии террористической организации РПК/ОНС, чтобы вовлечь таким образом в конфликт дислоцированные в Сирии боевые части и ВВС США.

Турция рассматривает как стратегическую задачу освобождение от боевых формирований РПК/ОНС

Между тем за несколько часов до захвата Дамаска силами оппозиции стало известно, что министры иностранных дел России и Ирана обратились к главе турецкого МИД с просьбой выступить посредником в переговорах между режимом Асада и сирийской оппозицией. По данным дипломатических источников, Хакан Фидан ответил, что этот этап уже миновал. Ибо накануне в ходе пятничной молитвы в Анкаре президент Эрдоган фактически предрек, что оппозиция возьмет Дамаск в считанные дни.

В настоящий момент основной темой обсуждения остается роль Турции в будущем Сирии, а также готовность ХТШ действовать в соответствии с линией Анкары.

В интервью Халид Ходжа, бывший глава Национальной коалиции сирийских революционных и оппозиционных сил, отметил ключевую роль Турции, сыгранную с самого начала операции.

«Существует высокая вероятность, что Анкара согласовала свои действия с Россией, - отметил Ходжа. - Хотя аль-Джулани и выглядит лидером, возглавившим эту операцию, ясно, что за кулисами есть иной организатор».

Тем не менее наблюдатели отмечают сдержанность политических кругов Анкары в отношении «Хайят Тахрир аш-Шам» и ее лидера, Абу Мухаммада аль-Джулани. Связано это прежде всего с рядом шагов, совершенных аль-Джулани в прошлом.

Беженцы возвращаются домой

Среди командиров ХТШ, которые без боя вошли в Дамаск, были лидер «Ахрар аш-Шам» Ахмад Далати, а также представители других оппозиционных группировок. В этой связи в Анкаре выражают обеспокоенность по поводу возможных будущих столкновений между оппозиционными силами.

Как утверждают некоторые эксперты, Турция долгие годы стремилась управлять деятельностью «Хайят Тахрир аш-Шам», а жесткая позиция ее лидера Абу Мухаммада аль-Джулани смягчилась только после того, как в 2017 году было подписано Астанинское соглашение, и турецкие военные вошли в Идлиб. Символом этих перемен называют недавнее публичное появление аль-Джулани, представшего перед журналистами в военной форме, напоминающую ту, которую президент Владимир Зеленский не снимает с начала войны в Украине.

На новом этапе сирийского кризиса перед Анкарой стоят сразу несколько ключевых задач. В частности, Турция изо всех сил поддержит сформированное переходное правительство.

Помимо этого, Турция рассматривает как стратегическую задачу освобождение от боевых формирований РПК/ОНС территорий к востоку от реки Евфрат и до восточных провинций Сирии. На этих территориях, заселенных более чем на 90 процентов местными арабами, сосредоточено свыше 70 процентов энергетических и водных ресурсов Сирии, что делает их жизненно важными для временного сирийского правительства.

Еще одной стратегической целью Анкары является урегулирование вопроса 4,5 миллиона сирийских беженцев, проживающих на территории Турции. Учитывая, что большинство из них родом из Алеппо, Хомса и Манбиджа, Турция разработала программу их постепенного возвращения на родину.