Образ прорыва К пятилетию освобождения Гадрута

Сегодня — особенная дата. 9 октября 2020 года азербайджанская армия, проявив высокий героизм, одержала очередную славную победу — от врага был освобождён посёлок Гадрут Ходжавендского района. Важная роль в этой операции принадлежит Силам специального назначения (ССН) азербайджанской армии. Небольшой отряд ССН прорвался через линию обороны противника, закрепился на высотах за населённым пунктом и эффективно скорректировал артиллерийский огонь мотострелковых подразделений и частей. После подавления обороны противника бойцы ССН полностью очистили территорию от врага — как на передовой, так и в тылу.

Освобождение Гадрута сыграло стратегически важную роль в обеспечении управления и снабжения наших войск на ряде направлений, в частности, в Физулинском и Джебраильском. Более того, стремительный натиск азербайджанских войск усилил деморализацию в рядах оккупационной армянской армии, а также к ослаблению сопротивления оккупантов на других участках фронта. После Гадрута стало стремительно расти число дезертиров в армянской армии, которое к концу войны превысило 11 тысяч человек. 

Мы хорошо помним те дни. Помним, как отчаянно сопротивлялась признанию факта освобождения Гадрута армянская официальная пропаганда и сочувствующие ей иностранные медиа-ресурсы, среди которых больше всех отличился российский военкор Семён Пегов, работавший на один из ресурсов Арама Габрелянова. Пегов уверял армянскую аудиторию в том, что, мол, азербайджанцев в посёлке нет. Недалеко от него ушёл и официальный представитель Минобороны Армении Арцрун Ованнисян, который 9 октября также сделал попытку опровергнуть заявление об освобождении посёлка Гадрут, сделанное ранее в тот же день президентом Ильхамом Алиевым в своём обращении к народу, написав в Facebook, что «сейчас находится в Гадруте и видит там только армян».

После этого медиа-фиаско в Армении стали задаваться вопросом: а не лучше ли узнавать о происходящем на фронте из выступлений Ильхама Алиева? Ведь всё, о чем он сообщает в своих обращениях к азербайджанскому народу, оказывается правдой, в отличие от того, что скармливало армянскому обществу ведомство Тонояна и Ованнисяна. Впрочем, подобное внутреннее сопротивление армянских властей горькой для них правде имеет свое логическое объяснение. Оно связано с глубочайшим отчаянием, в которое ввергло их освобождение азербайджанской армией поселка Гадрут. Ведь это событие, помимо военного и исторического, имело огромное политическое значение. Гадрут был первым крупным освобожденным населенным пунктом, находившимся в пределах бывшей НКАО, а значит, его освобождение означало для Армении и ее покровителей нарушение целостности «нагорного Карабаха» как «крепости, обороняющейся от варваров», или, говоря проще, взломало существовавший в сознании армян и сочувствующего армянским идеям «передовой части мирового сообщества» статус-кво.

Недаром именно после этого успеха азербайджанской армии Ильхам Алиев в своем обращении к народу сказал: «Нет вопроса статус-кво, исчерпан. Статус-кво должен быть таким, другим. Я изменил статус-кво, изменил! Там, на поле боя».

Также неспроста именно после освобождения Гадрута засуетились и в Москве, срочно организовав переговоры министров иностранных дел Азербайджана и Армении для прекращения огня. Продолжение победного марша азербайджанской армии означало освобождение в недалеком будущем города Шуша, жемчужины Карабаха, его самой стратегически важной точки, доминирующей над всем регионом. А сохранение армянского контроля над территорией бывшей НКАО позволило бы Еревану говорить о том, что армяне, мол, «вернули» районы вокруг бывшей автономной области в качестве вынужденной меры, но при этом сохранили «очаг», что, по мнению как самих армян, так и их покровителей, позволило бы в будущем обсуждать особый статус для этой территории. Это вписывалось в концепцию «территории в обмен на статус», которую «на крайний случай» рассматривала армянская сторона – то есть гипотетически Ереван готов был вернуть территории вокруг бывшего НКАО (да и то, кроме Лачинского и Кяльбаджарского районов) в обмен на «признание независимости» бывшей НКАО со стороны Баку. Гадрутская операция стала первой хлесткой пощечиной этой высокомерной позе. 

В преддверии встречи глав МИД Азербайджана и Армении в Москве президент Алиев в своем обращении к народу отметил, что Армения должна принять базовые принципы по Карабаху. Однако, судя по последующим событиям, руководство Армении не оценило ситуацию и не приняло условий Баку. 

В свою очередь, никому не удалось сломить Баку в стремлении освободить Шушу. Только после освобождения жемчужины Карабаха президент Ильхам Алиев дал приказ войскам прекратить огонь. С возвращением в Шушу статус-кво, по хлесткому выражению Ильхама Алиева, был отправлен к чертям, и теперь никто уже не мог спекулировать темой «Нагорного Карабаха». Его уже не существовало не только на бумаге, но и де-факто. Остальное, то есть полное восстановление суверенитета Азербайджана над всей территорией Карабаха, было делом времени…

Сегодня, как и на других освобожденных территориях, в Гадруте стремительными темпами идут строительные работы, реализуются широкомасштабные проекты по благоустройству и созиданию, возвращаются вынужденные переселенцы.

Ставший символом военного и политического прорыва, Гадрут, как и другие населенные пункты освобожденного Карабаха, возрождается в новом, здоровом обличье, превращается в одну из ярких жемчужин в роскошной карабахской россыпи.