Переговоры на грани войны: Иран, США и призрак ядерной сделки Расклад Шерешевского

Переговоры между Ираном и США по новой ядерной сделке должны состояться в субботу в условиях беспрецедентного американо-израильского давления на Иран. Ужесточение экономических санкций против этой страны сочетается с растущими военными угрозами в ее адрес.

Америка направила на Ближний Восток две авианосные группы, а также собирает группировку тяжелых бомбардировщиков, способных нести противобункерные бомбы весом 13,6 тонн, и самолетов-заправщиков на базе Диего-Гарсия в Индийском океане. Израиль с его ВВС также готовится принять участие в будущей воздушной войне.

Во время визита в США премьер-министр Израиля Беньямин Нетаньяху обсуждал с Трампом «ливийский вариант», который будет предложен Ирану. «Нетаньяху долго говорил о ливийской модели во время встречи с Трампом», — сообщил израильский высокопоставленный источник в интервью изданию The Jerusalem Post. 

В соответствии с этим соглашением, Ливия ликвидировала свою программу ядерного оружия в начале 2000-х годов, в ходе чего были также демонтированы объекты и сооружения, связанные с этой программой. Израильские источники сообщили изданию, что «шансы на то, что иранцы согласятся на ядерную сделку по ливийской модели, невелики». Далее источники отметили: «Складывается впечатление, что Трамп серьезно относится к своим угрозам, то есть если соглашение не будет достигнуто, он будет действовать против ядерной программы военными средствами».  

Эллиотт Абрамс, который был в прошлом специальным посланником Трампа в Иране, сказал в интервью The Jerusalem Post: «Если Трамп серьезно относится к возможности бомбардировки Ирана, тогда полезно провести переговоры, пройти через них, посмотреть, как они провалились, и вот вам объяснение, почему пришлось применить военную силу».

Речь, однако, пойдет не только об уничтожении иранской ядерной программы. С высокой вероятностью американо-израильская коалиция намерена атаковать заводы по производству ракетных систем и беспилотников. Кроме того, нельзя исключать удары по высшему иранскому руководству — такие атаки в стиле Израиля, что он продемонстрировал во время столкновений с Ираном и его прокси в прошлом году, убив руководителя ХАМАС Исмаила Ханию в Тегеране и все руководство проиранского ополчения «Хезболла» в Ливане. Эти атаки продемонстрировали израильскую тактику, направленную на ликвидацию высшего руководства противников, и глубокое проникновение израильских спецслужб в иранские системы безопасности. Прошлогодние столкновения показали также слабость иранских систем ПВО, существенная часть которых была уничтожена ударом 150 израильских самолетов, даже не заходивших в воздушное пространство этой страны.

Некоторые эксперты и СМИ, включая, например, авторитетное издание «Аль-Монитор», трактуют согласие Тегерана на переговоры как результат эффективного давления, которое якобы заставило Иран согласиться на них. Позволю себе не согласиться с подобной трактовкой.

Иран не отрицал официально готовность к непрямым переговорам. Он делал противоречивые заявления. Так, правитель Ирана, обладающий абсолютной властью, аятолла Али Хаменеи, то сообщал о том, что переговоры возможны, то рассуждал об их бессмысленности. Некоторые другие иранские политики и дипломаты тоже делали противоречащие друг другу утверждения. Таким образом, согласие Ирана вовсе не означает, что он пошел на переговоры с Америкой только благодаря внешнему давлению. 

Не менее важно то, что сам факт переговоров — небольшая тактическая победа Ирана. Целью Ирана является максимальное затягивание переговорного процесса. Именно так иранцы поступали с предыдущей администрацией Джо Байдена. Они вели с ней переговоры несколько лет. Это помогло избежать ударов американских ВВС по иранской ядерной программе. Кроме того, чтобы подсластить пилюлю, США тогда позволили Ирану увеличить экспорт нефти с почти нуля до 2 млн баррелей в день и заработать десятки миллиардов долларов. Тем не менее ядерная сделка не была заключена. Иран остался цел и невредим, сумел вывести из-под американских санкций часть своих компаний, а договоренности по новой ядерной сделке (отказ от программы ядерных вооружений в обмен на снятие санкций) не было и нет. Иранская программа создания ЯО при этом быстро развивалась, Тегеран строил новые ракеты — потенциальные носители ядерных устройств, и накопил обогащенный уран на 5-6 бомб. Кто сказал, что с Трампом номер не пройдет? По крайней мере, Иран попытается.

С другой стороны, требования Трампа носят максималистский характер, поэтому Иран не может их выполнить. Президент США еще во время своего прошлого срока потребовал не только отмены программы обогащения урана до оружейного уровня, но и прекращения ракетного производства и свертывания иранской программы помощи союзникам — «Хезболле», хуситам и т. д. Трамп неоднократно говорил, что прежняя сделка, заключенная президентом Бараком Обамой с Ираном в 2015 г. (прекращение иранской программы обогащения урана до оружейного уровня в обмен на снятие с Ирана экономических санкций США), ужасна. Это были не только слова. В 2018 г. Трамп вывел США из ядерной сделки Обамы и ввел против Ирана самые тяжелые санкции за всю историю — санкции, направленные против всех секторов иранской экономики. Иран неоднократно говорил, что он готов обсуждать только сделку того же типа, что была заключена при Обаме и которую Трамп давно отменил. Таким образом, требования сторон несовместимы, причем в обоих случаях речь идет о принципиальных позициях, которые они защищают многие годы.

Ирану особенно нечего терять, он ждет бомбежек. Правящий класс страны надеется их пережить. Но одновременно он рассчитывает на странности Трампа, которые могут позволить потянуть время или даже заключить ядерную сделку типа той, что была у Обамы. Получится ли это у Тегерана? Сможет ли он избежать ударов США и Израиля и затянуть переговоры до бесконечности? 

Сомнительно. Трамп — странный, хаотичный правитель, но все же он предпочитает сделки, основанные на демонстрации силы, как это происходит с тарифами. Недавно он ввел высокие тарифы против множества стран, а теперь хочет экономических сделок с ними, выгодных США, в обмен на их смягчение. Скорее всего, он и с Ираном будет себя вести подобным образом — переговоры, срыв переговоров, мощные удары, требование новых переговоров и уступок и т. д.

Абрамс считает, что Трамп должен установить для иранцев срок в 1-2 месяца для достижения соглашения, а затем использовать силу. «Я беспокоюсь, что администрация примет сделку, подобную JCPOA (ядерная сделка, заключённая с Ираном президентом Бараком Обамой в 2015 году — прим. автора), объявит о своей победе и скажет: «Нет, нет, нет, теперь все совсем по-другому, и эта сделка гораздо лучше. Мы решили все проблемы», — говорит он. И продолжает: «Нам нужно, чтобы они согласились прекратить поддержку прокси-боевиков. И нам нужен контроль над ракетной программой Ирана. Если такова позиция США, то, я думаю, Иран не согласиться с ней, и переговоры провалятся».

Но, повторим, Ирану нечего терять, и он попытается, начав переговоры, тянуть время до бесконечности. Вдруг получится?