Почему пришли за Саадом? главный вопрос

Ликвидация Раеда Саада стала рубежным событием, окончательно изменившим конфигурацию власти внутри военного крыла ХАМАС в секторе Газа.

Если предыдущие устранения Мухаммеда Дейфа, Мухаммеда Синвара, Рафа Саламеха разрушали отдельные элементы командной вертикали, то гибель Саада ударила по самому центру оперативного управления, оставив структуру ХАМАС с резко сокращенным и фрагментированным высшим командованием.

Израиль неоднократно и безуспешно пытался ликвидировать Саада. Высокая награда, объявленная за любую информацию о нем - 800 тысяч долларов, больше, чем за многих других командиров, свидетельствует о том, что для Израиля вопрос устранения Саада имел стратегическое значение

Напомним, что Саад занимал пост начальника оперативного отдела ХАМАС и был архитектором ключевого военного замысла движения - плана вторжения в Израиль под кодовым названием «Стена Иерихона». Именно Саад отвечал за фронтовую, организационную и координационную логику атаки 7 октября 2023 года, в ходе которой практически все боеспособные силы военного крыла, оцениваемые примерно в 40 тысяч человек, были приведены в действие под единым командованием. Масштаб задействованных средств - от штурмовых подразделений «Нухба» и инженерных групп до беспилотников, парапланов и морских отрядов - делал Саада не просто полевым командиром, а стратегом уровня генерального штаба.

Его устранение фактически оставило Изз ад-Дина Хаддада в одиночестве на вершине военной иерархии ХАМАС в Газе. Хаддад, представитель старой гвардии, ранее командовавший бригадой города Газы, после гибели Синвара был выдвинут на пост главы военного крыла скорее как компромиссная фигура, призванная сохранить внутренний баланс и предотвратить раскол. Теперь же на нем сосредоточена вся полнота ответственности.  И это при том, что вокруг Хаддада практически не осталось сопоставимых по опыту и авторитету фигур.

Вторым по значимости выжившим функционером считается Мухаммед Одех, многолетний глава разведывательного аппарата ХАМАС. Но Одех воспринимается, скорее, как координатор и связующее звено, нежели как самостоятельный военный лидер, способный заменить Саада по масштабу влияния.

ХАМАС, некогда гордившийся многоуровневой системой командования, все больше напоминает совокупность разрозненных батальонов, лишенных единого оперативного центра

На уровне бригад ситуация для ХАМАС выглядит еще более драматично. Из пяти бригад, с которыми движение вступило в 2023 году войну, фактически сохранилась лишь бригада Газы под командованием Хаддада. Остальные четыре бригад в составе которых было более 30 тысяч бойцов, были разгромлены и обезглавлены.

Показательно, что после ликвидации Саада не последовало немедленного назначения нового начальника оперативного отдела. Судя по всему, в распоряжении ХАМАС попросту нет фигуры сопоставимого уровня, способной взять на себя стратегическое планирование и координацию. ХАМАС, некогда гордившийся многоуровневой системой командования, все больше напоминает совокупность разрозненных батальонов, лишенных единого оперативного центра.

Следует отметить, что Израиль неоднократно и безуспешно пытался ликвидировать Саада. Высокая награда, объявленная за любую информацию о нем (800 тысяч долларов, больше, чем за многих других командиров), свидетельствует о том, что для Израиля вопрос устранения Саада имел стратегическое значение. Ошибочная информация о смерти Саада после тяжелого ранения в больнице «Шифа» весной 2024 года лишь усилила репутацию Саада, как неуловимого символа «глубинного штаба» ХАМАС.

Изз ад-Дина Хаддад остался в одиночестве на вершине военной иерархии ХАМАС в Газе

В более широком смысле гибель Раеда Саада означает завершение эпохи людей, которые были не просто полевыми командирами, а проектировали войну как систему. То, что осталось у ХАМАС сегодня — это тень структуры, в которой политическое руководство за рубежом оторвано от реальной ситуации в Газе, а военное руководство внутри сектора сведено к минимуму и вынуждено действовать в режиме перманентного выживания.

Именно в этом заключается главный итог ликвидации Саада: ХАМАС утратил способность осмысливать войну как организованный процесс и все больше скатывается к фрагментированной, реактивной модели вооруженного сопротивления, лишенной стратегического горизонта.