Политическая невесомость

Внешнее вмешательство в дела Грузии оказывает крайне негативное влияние на ее развитие и суверенитет

Грузия вновь в центре внимания мировой политики. Стараясь сдерживать натиск геополитических игроков, стремящихся использовать ее стратегическое положение и природные ресурсы, власти пытаются пресечь попытки внутренней оппозиции дестабилизировать обстановку в стране.

Акции протеста оппозиции против итогов прошедших 26 октября парламентских выборов направлены на то, чтобы максимально обострить ситуацию и дать повод западным партнерам для негативных заявлений и оценок, считают в правящей партии «Грузинская мечта - демократическая Грузия».

Накануне участники акции протеста, требующие проведения новых парламентских выборов в Грузии, покинули проспект Меликишвили в центре Тбилиси после призывов лидеров оппозиции, которые заявили, что протесты продолжатся и обещали в ближайшее время сообщить о своих планах.

Между тем, в предстоящий понедельник 25 ноября предложение по обновленному составу правительства Грузии поступит в парламент для утверждения. Согласно грузинскому законодательству, после того как новые депутаты вступают в свои права и полномочия, все правительство, включая премьера, автоматически уходит в отставку. Министры остаются исполняющими обязанности до утверждения нового кабинета.

Что ждет Грузию в ближайшей перспективе? Сможет ли она выгодно использовать свое географическое положение? Удасться ли преодолеть внутренние и внешние вызовы, сохранить стабильность и укрепить позиции на международной арене?

Об этом и многом другом в беседе с нашим корреспондентом рассказал академик Инженерной академии Грузии, директор Научного центра природных катастроф Грузинского политехнического университета, доктор делового администрирования, профессор Университета Восточной Европы и Университета им. Григола Робакидзе, член парламента Грузии 8-го созыва Темур Майсурадзе.

- Как вы оцениваете нынешнее состояние отношений между Грузией и Россией в условиях региональных вызовов и влияния внешних игроков? Каковы перспективы урегулирования вопросов, касающихся Абхазии и Южной Осетии, и какие шаги могли бы способствовать улучшению диалога между Тбилиси и Москвой?

- Грузия, прежде всего должна переориентироваться в сторону формата «3+3» и сотрудничества с БРИКС. Развитие и продвижение проектов в акватории Черного моря необходимо рассматривать как стратегический приоритет, создавая единое морское и воздушное пространство, способствующее реализации общих интересов стран региона и формированию новых конкурентных преимуществ в экономике и политике. Ключевым шагом для укрепления позиций Грузии станет установление максимально дружественных отношений и системы безопасности, начиная с ближайших соседей - стран, непосредственно граничащих с Грузией, и их соседями и только после этого с более отдаленными государствами. В этом контексте становятся очевидными роль России и необходимость переосмысления текущей ситуации.

Что касается Абхазии и Цхинвальского региона, мы должны начать процесс перезагрузки отношений с искренними извинениями друг перед другом. Грузия может сделать первый шаг на этом пути. Без примирения народов невозможно говорить о прочных взаимоотношениях, территориальных вопросах и других вопросах. Гордость и высокомерие в таком деле становятся главными препятствиями.

- Каково влияние на Грузию Евросоюза и США? Насколько чревата чрезмерная зависимость грузинского общества от Запада?

- Разумеется, внешнее вмешательство в дела Грузии оказывает крайне негативное влияние на ее развитие и суверенитет. Политика санкций, давно ставшая инструментом внешнего давления, сопровождает страну уже с 1995 года. Однако ранее такие меры осуществлялись скрытно, в рамках закрытых переговоров в правительственных кабинетах. Сегодня, на фоне событий, связанных с началом спецоперации в Украине, подобные действия приобрели открытый и демонстративный характер. Это вызывает все большее недовольство населения Грузии по отношению к западным странам.

При этом исключение составляют те граждане, которые непосредственно извлекают выгоду из сотрудничества с Западом, а также отдельные группы, преимущественно среди молодежи, которые продолжают поддерживать западный курс. Тем не менее, растущее осознание масштабов внешнего влияния побуждает грузинские власти предпринимать последовательные шаги для его пресечения. Эти меры направлены на укрепление внутреннего суверенитета, развитие национальной экономики и минимизацию воздействия внешних факторов на политические и социальные процессы в стране.

 - Законопроект об иностранных агентах вызвал широкий резонанс как внутри Грузии, так и за ее пределами. Как вы оцениваете его соответствие национальным интересам страны? Почему общественное мнение оказалось столь разделенным?

- Так называемый «Закон о прозрачности иностранного влияния» должен был быть принят еще в 2012 году. Однако из-за значительной степени влияния внешних сил внутри страны его принятие неоднократно откладывалось до более благоприятного момента. Общественное мнение по поводу этого закона разделилось. Около 25 тыс. человек непосредственно проплачиваются иностранными кругами за выполнение конкретных задач. Эти структуры изнутри систематически подрывают стабильность государства, особенно в тех случаях, когда правительство принимает решения или законы, противоречащие интересам внешних сил. У них есть определенная поддержка в обществе. Часто такие люди питают идеализированные представления о Западе, воспринимая его как безусловного благоустроителя, не способного на действия, которые могли бы навредить Грузии. Эти иллюзии подогреваются риторикой, представляющей западные государства в образе «святых», что мешает объективному восприятию реальных мотивов и интересов внешних игроков.

- Грузия, как страна с сильными традиционными ценностями, часто сталкивается с вызовами в контексте продвижения либеральной повестки, включая ЛГБТ-пропаганду. Может ли страна сохранить баланс между защитой традиционных ценностей и соблюдением демократических принципов, включая права человека, как это принято с учетом европейских ценностей?

- Тут не может быть баланса. Вопросы, связанные с определенной частью общества, существовали во всех странах мира, включая Грузию, и не вызывали значительных проблем. Однако агрессивная пропаганда, публичные демонстрации, предоставление особых привилегий, легализация однополых браков, усыновление детей такими парами, медицинские процедуры по смене пола в детском возрасте и другие подобные явления вызывают неоднозначное отношение в обществе. Все это часто подается под видом «европейских ценностей». Мы считаем, что такие практики и подходы должны оставаться выбором тех стран, где они приняты, и не навязываться другим.

- Грузия расположена на пересечении интересов различных геополитических игроков. Как стране эффективно воспользоваться своим стратегическим положением, чтобы минимизировать внешние риски и укрепить статус независимого актора на международной арене?

- Грузия должна строить свои международные отношения исключительно на основе прагматизма и взаимной выгоды, избегая искусственного разделения стран на «союзников» и «противников». Будущее государства должно быть основано на общих интересах развития, устойчивого роста и коллективной безопасности, учитывая интересы всех соседствующих стран.

В условиях формирующейся новой геополитической парадигмы формат «3+3» становится ключевым инструментом для регионального взаимодействия, особенно в контексте укрепления позиций таких организаций, как БРИКС. Этот подход открывает возможности для углубления сотрудничества, защиты суверенитета и создания сбалансированной системы безопасности, которая соответствует глобальным вызовам. Именно в рамках такого всеобъемлющего подхода можно минимизировать внешние риски и вмешательство, обеспечив устойчивое развитие региона. Общие усилия по достижению этой цели позволят не только укрепить позиции Грузии и ее соседей, но и заложить основу для долгосрочного благополучия и стабильности всего региона.

- Как бы вы охарактеризовали текущее соотношение сил между президентом, правительством и оппозицией в Грузии?

- У президента Грузии в настоящее время нет ни авторитета, ни реальной силы влияния. Как инструмент Запада она фактически оказалась под одним политическим зонтом с оппозицией. Эта ветвь власти стала единственной, которая полностью ориентирована на интересы Запада, в то время как остальные ветви государственной власти находятся на стороне народа. В такой ситуации говорить о достижении стабильного политического консенсуса не приходится. Однако в феврале 2025 года, с вступлением в силу новой Конституции, будет избран новый президент, который уже не будет избираться прямым голосованием. Этот шаг, как ожидается, станет поворотным моментом в политической жизни страны, способствуя созданию более устойчивого консенсуса и стабилизации внутренней ситуации.

- Как вы считаете, что надо сделать для формирования более зрелой политической культуры, где оппозиция и правительство смогут сосредоточиться на общенациональных интересах, а не на конфронтации?

- Большая часть оппозиции и подавляющее большинство НПО в Грузии, к сожалению, действуют как агенты Запада. Ожидание от них конструктивизма и инициатив, направленных на благо страны, вряд ли можно считать реалистичным. Сегодня вопрос формирования зрелой политической культуры и новых политических сил, ориентированных на интересы грузинского народа, как никогда актуален. Я убежден, что на следующих парламентских выборах, запланированных на 2028 год, правящая партия столкнется с качественно иной оппозицией - конкурентоспособной и конструктивной. Эта новая политическая сила будет базироваться на национальных интересах Грузии, на укреплении ее суверенитета и адаптации к изменившейся геополитической ситуации. Такой подход способен превратить страну в серьезного и влиятельного регионального игрока, который будет руководствоваться интересами как собственного государства, так и региона в целом.