Польша Германия: репарации внутри ящика Пандоры Расклад Артема Кирпиченка

После проникновения российских дронов в воздушное пространство Польши «целью» польских политиков парадоксальным образом стала Германия. Выступая на церемонии, посвященной очередной годовщине начала Второй мировой войны, президент Польши Кароль Навроцкий заявил, что ФРГ должна выплатить его стране репарации за ущерб, нанесенный польскому государству в 1939–1945 гг. 

«Чтобы иметь возможность выстраивать отношения с нашим западным соседом на фундаменте правды и добрососедства, мы должны окончательно решить вопрос о репарациях, которые я как президент Республики Польша безоговорочно требую для нашего общего блага», – подчеркнул польский лидер.

Следует отметить, что тема о возмещении нанесенного нацистами ущерба возникла в Польше далеко не вчера. Она стала обсуждаться почти сразу после 1945 года, однако в 1953 году Варшава официально отказалась от требований военных репараций от союзной на тот момент ГДР. Отказ поляков от репараций был также зафиксирован в 1990 году в соглашении об окончательном урегулировании в отношении Германии, которое было подписано министрами иностранных дел США, СССР, Великобритании, Франции, ГДР и ФРГ. В 2017 году польская партия «Право и справедливость» (PiS) вновь подняла вопрос о выплате компенсаций уже объединенной Германией. Придя к власти, PiS создала парламентскую комиссию, которая в сентябре 2022 года определила общую стоимость военных потерь Польши в 1,3 триллиона евро. 

Вполне предсказуемо, что руководство ФРГ, занятое переводом экономики на военные рельсы и не располагающее лишним триллионом евро, достаточно прохладно восприняло заявление польского лидера. Президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер во время визита Навроцкого в Берлин 16 сентября заявил ему, что требования Варшавы о выплате репараций за Вторую мировую войну не имеют под собой законных оснований. После встречи Керстин Гаммелин, пресс-секретарь Штайнмайера, сообщила в социальных сетях, что президенты обсудили международные вопросы, двусторонние отношения и требования Польши о выплате репараций за Вторую мировую войну. 

«Что касается требования президента Польши о выплате репараций, то президент Штайнмайер подчеркнул, что с точки зрения Германии этот вопрос был урегулирован юридически и окончательно», – подчеркнула она.

Следует отметить, что выплата репараций не слишком распространена в мировой практике. В XX веке они стали заменой контрибуции и накладывались на страны, потерпевшие поражения в войнах. Впервые выплачивать репарации победителям обязали потерпевшую поражение в Первой мировой войне Германию. Берлин должен был выплатить странам Антанты колоссальную сумму в 269 миллиардов золотых марок (3–4 триллиона долларов на современные деньги). Бремя репараций привело к обрушению германской финансовой системы в 1920-х годах. Придя к власти, нацисты отказались от всяких платежей по требованию других стран.   

Правда, после Второй мировой войны долги все равно пришлось возвращать. По лондонскому договору 1953 года Германия должна была возобновить выплаты после объединения ФРГ и ГДР. Когда это произошло, страна взяла кредит в 239,4 млн марок и выплатила свои долги по Первой мировой войне в 2010 году, через 92 года после Версальского мира.   

По окончании Второй мировой репарации были наложены на потерпевшие поражение страны Оси – Германию, Японию (ей пришлось отказаться от своих зарубежных активов на сумму в 23,6 млрд долларов), Италию, Венгрию, Румынию, Болгарию и Финляндию. Часть выплат, полученных СССР от Германии, Москва направила Польше, которая сегодня считает эту сумму недостаточной.  

После войны в Персидском заливе (1990–1991 гг.) Совбез ООН распорядился взыскать репарации с Ирака в пользу Кувейта, пострадавшего от иракской агрессии. Специальный комитет Организации Объединенных Наций определил сумму выплат в 52,4 миллиарда долларов, которые были выплачены только к 2021 году. На погашение репараций Ирак выделял 5% прибыли с экспорта нефти и газа.  

Как видим, реальные выплаты репараций всегда были сопряжены с поражением одной из сторон в войне и военной оккупацией. В современной мировой политике обычной практикой являются взаимные претензии стран за прошлые обиды на астрономические суммы. Так, Латвия официально сообщила о своих претензиях к России на сумму 300 миллиардов долларов за включение страны в состав СССР в 1940 году.  В 1991 году Организация африканского единства постановила о создании Комитета экспертов по репарациям, который к 1999 году подсчитал, что за годы колониального владычества европейские страны и США нанесли ущерб Черному континенту на 777 триллионов долларов. Хорватия предъявила Сербии претензии касательно ущерба, понесенного в период балканских войн 90-х годов, но Белград заявил, что в ответ готов выдвинуть Загребу встречный иск по поводу ущерба, нанесенного сербам режимом усташей в годы Второй мировой. Подобные требования являются либо инструментом давления во внешней политике и индикатором ухудшения отношений между странами или носят чисто популистский характер и предназначены для избирателей: «В обозримом будущем наша страна получит миллиарды долларов, которые позволят решить все проблемы».  

В чем же заключается смысл нынешнего демарша Кароля Навроцкого, помимо желания продемонстрировать своим избирателям готовность жестко отстаивать интересы страны? Прежде всего стоит отметить, что «польское экономическое чудо» последних лет связано с крупными инвестициями из бюджета ЕС. Сегодня экономика единой Европы переживает не лучшие времена, а Брюссель склонен «наказать» Варшаву за ряд неприемлемых, с его точки зрения, решений, таких как постановление о верховенстве польских законов над европейскими, реформы судебной системы, закон против абортов и т.д. При этом ФРГ является главным донором европейской казны, а Польша – основным получателем дотаций. Поднимая вопрос о репарациях, Варшава одновременно намекает и Брюсселю, и Берлину, что, если инвестиции в Польшу не будут получены через европейскую кассу, страна может попытаться взыскать средства иными способами. 

Другим важным фактором, обуславливающим действия польского президента, являются близкие отношения между Варшавой и Вашингтоном. Недаром многие европейские политики рассматривают Польшу как «троянского коня» Дональда Трампа в Европе. Выдвигая претензии в адрес Берлина, Навроцкий подрывает европейское единство, что объективно выгодно американским интересам.  

Наконец, после инцидента с российскими дронами в польском воздушном пространстве Варшаве крайне важно получить как можно больше из гигантского европейского оборонного бюджета, дабы укрепить свою позицию «прифронтового государства», и тема репараций тут является закамуфлированной формой просьбы о дополнительных ассигнованиях на оборону. 

Несмотря на эмоциональные высказывания политиков и обсуждение в соцсетях, вопрос репараций вряд ли будет иметь существенное влияние на дальнейшие польско-германские отношения – скорее, он будет воспринят сторонами в качестве элемента дипломатической игры.  Как отмечают эксперты, если какая-то страна согласится выплачивать репарации через десятилетия после окончания войны, то это откроет ящик Пандоры, способный ввергнуть мир в хаос.