Руслан Сулейманов: Иран еще поборется за правление Асада ИНТЕРВЬЮ

Ближний Восток вновь оказался в центре глобального внимания. Эскалация боевых действий в Сирии продолжает усиливаться, создавая напряженность не только на поле боя, но и в информационном пространстве. После неожиданно стремительного захвата Алеппо, сирийская оппозиция направила свои силы на юг, к городу Хама, забирая территории одну за другой.

Хама, находящаяся всего в 217 километрах от столицы Дамаска, становится стратегической целью. Продвижение оппозиции вызывает обоснованные опасения за устойчивость режима Башара Асада. Потеря Хамы может стать предвестником серьезного изменения баланса сил в сирийском конфликте, поставив под угрозу контроль Дамаска над ключевыми территориями.

Россия и Иран, главные союзники Асада, предпринимают активные попытки остановить продвижение оппозиционных сил. Однако текущие события демонстрируют их ограниченные возможности. В свою очередь Запад демонстрирует заметную сдержанность. Соединенные Штаты, которые традиционно активно вовлекаются в ближневосточные конфликты, на этот раз выбрали тактику наблюдателя. Это не означает отсутствие интересов. Они, конечно же, есть, но вопрос – какие?

Для анализа сложившейся ситуации Vesti.az обратился к эксперту по Ближнему Востоку Руслану Сулейманову.

- Премьер-министр Ирака заявил, что страна не останется в стороне в сирийском вопросе и готова направить свои вооруженные силы. Какие факторы могли побудить Ирак сделать такое заявление? Каковы национальные интересы Ирака в этой ситуации?

- На данный момент это заявление скорее носит риторический характер. На практике Ирак вряд ли предпримет активные действия. Страна сталкивается с достаточным количеством внутренних проблем, включая борьбу с терроризмом. Однако географическая близость к Сирии и риск возникновения новых очагов нестабильности вынуждают Ирак демонстрировать обеспокоенность.

Ирак также стремится показать солидарность с сирийским президентом Башаром Асадом, особенно учитывая значительное влияние Ирана в регионе, под влиянием которого Багдад находится уже долгое время. Таким образом, заявление премьер-министра Ирака можно рассматривать как шаг в рамках общей политической линии.

Вероятность реального отправки войск и участия в военных действиях крайне мала. Это заявление направлено скорее на поддержание риторики региональной стабильности, чем на конкретные действия.

- После захвата Алеппо оппозиция начала наступление на город Хама, который находится в 217 км от Дамаска. Российские войска не могут эффективно противостоять повстанцам. Какие дальнейшие события могут развиваться в этом регионе?

- Пока что не очень понятно, как развивается ситуация. Сообщения противоречивы. Действительно, есть указания что повстанцы продвигаются на Юг и могут взять город Хама, учитывая то, что они с такой легкостью взяли город Алеппо. Но все равно российские и иранские военнослужащие, те, кто сопровождают армию Асада, намерены приложить все усилия, чтобы остановить это наступление. Либо наступление на Юг продолжится, и повстанцы смогудойти до Дамаска, хотя даже в самые критические моменты трон Асада не шатался настолько, чтобы вооруженная оппозиция реально угрожала президентскому дворцу. Хотя и нынешняя ситуация также далека от этого. Предполагаю, что в скором времени состоится встреча в астанинском формате между Россией, Ираном и Турцией и будет достигнута новая договоренность, которая зафиксирует сложившуюся реальность. Будет ли Хама под контролем повстанцев или нет, я думаю, что в ближайшее время состоятся переговоры.

- Какие факторы указывают на слабость сирийской армии, если крупные города переходят под контроль оппозиции в течение считаных дней?

- Во-первых, сирийская армия правда была сильно деморализована за все последние годы. Коррупция, политические и экономические проблемы внесли свой вклад в это ослабление. Ожидать от нее серьезного сопротивления не следовало. Во-вторых, те союзники, которые обеспечивали прикрытие армии Асада, они тоже все сильно измождены. Будь то Россия, которая увязла в Украине, будь то Иран, которые лишился многих своих генералов в Сирии из-за израильских обстрелов, будь то «Хезболла», которая была сильно потрепана и лишилась своего руководящего состава буквально за несколько месяцев в ходе конфликта с Израилем. Так что, конечно, армия Асада и его союзники не были готовы к столь стремительному наступлению в отличии от повстанцев, которые все эти годы готовились, получали самое последнее военное снаряжение, технологии, оружие… начиная с приборов ночного видения, заканчивая дронами. Силы были не равны.

- Можно ли предположить, что Турция имеет территориальные претензии к Сирии? Какими могут быть ее планы в случае успешного исхода для поддерживаемой ею оппозиции?

- Турция не претендует на сирийские территории. Руководство Турции подчеркивает, что она привержена территориальной целостности в Сирии. Однако, при этом Анкара действительно симпатизирует повстанцам. В свое время Эрдоган, еще будучи премьер-министром Турции, намеревался прибыть в Дамаск и прочитать там намаз в мечети Омейядов. Но это было в начале конфликта. После чего вооруженная оппозиция потерпела поражение и Эрдоган отошел от своих настроений. Поэтому сейчас мы на уровне риторики видим очень осторожную стратегию Турции. Она подчеркивает, что не вмешивается в ситуацию. Но однозначно они поддерживают контакты с оппозицией, которую снабжает и тренирует последние годы. Для Эрдогана ситуация в Сирии прежде всего несет имиджевый характер. Эрдоган очень популярен на севере Сирии и я думаю, что это достижение будет для него более ценным, чем какие-либо территориальные приобретения.

- Какова позиция Ирана в данном вопросе?

- Иран очень встревожен происходящим. Прежде они уже говорили о готовности вмешаться и отправить свои войска и это похоже на правду, потому что для Ирана жизненно важно сохранить присутствие в Сирии. Для них важно, чтобы правительство Асада выстояло. Если для России достаточно просто лояльного президента Сирии, то Ирану необходимо, чтобы правителем был именно представитель алавитов. Иран будет делать все, чтобы сохранить свои интересы в Сирии. Они еще поборются за правление Асада.

- Почему западные страны, включая США, демонстрируют низкую активность в отношении сирийского кризиса?

- Нынешняя ситуация устраивает страны Запада, в частности США. Ведь сложившая ситуация делает слабее Иран и Россию, прямых противников Соединенных Штатов. Да, конечно, все находятся в напряжении. Но в этом конкретном случае Сирия является для американцев козырем против Путина. Теперь, когда Россия будет пытаться применить, условно, «Орешник», она должна будет учитывать и ситуацию в Сирии, которая за несколько дней поменяла курс, и не в сторону Кремля.

- На фоне эскалации в Сирии обстановка в Ливане отошла на второй план в медийном поле. Насколько оправдано это восприятие?

- Ситуация в Ливане не затихла. Несмотря на то, что был установлен режим прекращения огня, обстрелы продолжаются, и стороны обвиняют в этом друг друга. Но напряженность никуда не делась. Израиль периодически намекает на то, что в любой момент может возобновить свою наземную операцию. Напряженность будет сохраняться до тех пор, пока не завершится конфликт в Газе. Именно ситуация в секторе Газа является определяющей. «Хезболла» привязана к ХАМАС, а ХАМАС воюет в Газе, поэтому, как только завершатся боевые действия в Газе, они завершатся и в Ливане.