Саида Субхи: Там, где слово становится тишиной ИНТЕРВЬЮ

Когда поэт говорит — замирает пространство, будто пытаясь уловить каждую вибрацию смысла. Есть такие собеседники, рядом с которыми интервью перестает быть формальностью и превращается в медленное, глубокое вслушивание в дыхание мира.

Саида Субхи… Ее голос звучит негромко, но несет за собой тишину, в которой рождаются стихи. В ее словах нет пафоса — только честность, обнаженная до предела внутреннего самоанализа. Она не делает громких заявлений, но умеет говорить так, что молчание становится продолжением диалога.

Член Союза писателей Азербайджана, поэт с ярко выраженным авторским голосом, Саида Субхи работает в жанре философской лирики. Ее творчество — это сочетание эмоциональной тонкости, внутренней драматургии и размышлений о человеке, времени, боли и природе чувств.

Автор поэтического сборника «Сомнамбула», где сновидения переплетаются с метафизикой и рефлексией, Саида свободно владеет несколькими языками — это придает ее поэзии универсальность и делает ее понятной за пределами национальной сцены. Сборник стихов «Ozanın Monoloğu», изданный в Турции, получил положительные отклики в литературных кругах и нашел своего читателя среди ценителей интеллектуальной поэзии.

Ее голос — по-прежнему редкий, искренний и необходимый. Мы говорили о культуре, сострадании, боли, стихах и той ответственности, которую несет слово. Это не просто интервью — это путешествие вглубь поэтического мира, где каждое слово оставляет след.

— Недавно состоялась премьера документального фильма «Саида Субхи. Портрет поэта», посвященного вашему творчеству. Скажите, каково это — видеть свою жизнь и творчество с экрана, глазами другого человека? Что стало для вас самым неожиданным в этом «зеркале»?

— Совершенно верно. Когда я получила предложение от режиссера Олега Намазова стать героиней документального фильма, меня это приятно удивило и заинтересовало. То, как я сама себя ощущаю, и то, что показано в фильме, — довольно близко и гармонично мне.
А неожиданным стало то, что в 16-минутный формат удалось вместить так много...

— Были ли моменты в фильме, с которыми вы внутренне не согласны? Где, возможно, режиссер увидел вас иначе, чем вы ощущаете себя сами?

— Таких моментов в фильме определенно нет. Учитывая то, что мы с режиссером решили обойтись без постановочных сцен, фильм получился максимально естественным и близким моему ощущению себя.

— Скажите, если бы вы снимали фильм о себе сами — с чего бы начали? И что бы точно не стали включать?

— Думаю, я бы не стала снимать фильм о себе. Это не входит в мои задачи…

— Как вы думаете, изменилась ли роль поэта сегодня — на фоне мировых конфликтов и утраты человечности? Мы, люди, теперь просто свидетели или все еще можем быть посредниками смысла?

— Мировые конфликты и утрачивание человечности имели место всегда. Роль поэта — нести Слово. И это универсально во все времена. В зависимости от степени сознательности человек может быть как свидетелем, так и посредником.

— А события, которые сегодня происходят во всем мире, как-то негативно влияют на мировую культуру в целом?

— Я думаю, культура всегда была связана с происходящим вокруг. Любые события в мире — будь то позитивные или негативные — так или иначе отображаются в культуре и влияют на нее.

— Что вас больше всего тревожит сегодня — как поэта, как гражданку своей страны? Это разные тревоги или одна, многоголосая?

— Роль поэта и роль гражданина, как и любые другие роли, — это разные грани одной личности. Любая тревога затрагивает личность в целом. Как гражданка, я представляю свою страну на международных конкурсах и фестивалях, будучи поэтом. Таким образом, одно с другим тесно связано.

— Могут ли стихи быть оружием? И если да, то каким вы его себе представляете?

— Я думаю, слово в своем потенциале несет как созидательную, так и разрушительную энергию. Понимаете, слово и есть то самое оружие. Я представляю его как капсулу. Ее содержимое может быть панацеей, ядом или плацебо…

— Что, по вашему мнению, важнее для писателя: сострадание или наблюдательность?

— Для меня эти понятия не являются взаимоисключающими. Одно другому не мешает. Я считаю, что эти вещи очень связаны. То есть без наблюдательности у нас меньше шансов кому-то сострадать, потому что если мы не наблюдаем за происходящим вокруг, это значит, что многое проходит мимо нас. Как можно сострадать кому-то, если ты даже не вникаешь в суть, живешь только своей жизнью, своими чувствами и переживаниями? Не зря в психологии есть такой термин — эмпатия, это способность почувствовать другого человека, поставить себя на его место. Поэтому я считаю, что сострадание и наблюдательность тесно связаны и только дополняют друг друга.

— Выше вы отметили, что часто представляете Азербайджан на международных творческих соревнованиях. Считаете ли вы, что участие в литературных конкурсах формирует поэта?

— На мой взгляд, формирование поэта связано с процессами, происходящими в его внутреннем мире. А участие в конкурсах относится к внешнему миру. Это не формирует поэта, а предоставляет ему возможность проявить себя.

— Какая грань азербайджанской культуры, по вашему мнению, еще не получила должного художественного отражения в литературе?

— К большому сожалению, я затрудняюсь ответить на этот вопрос, так как не имею возможности в полной мере ознакомиться с художественными произведениями азербайджанских авторов по причине отсутствия аудиокниг, которые для меня являются основным источником получения информации. Очень хочется верить, что когда-нибудь, в недалеком будущем, эта ситуация изменится.

— Сегодня стихи можно генерировать с помощью алгоритмов. Что произойдет с подлинной поэзией, если искусственный интеллект научится «чувствовать» так же убедительно, как поэт?

— Если отталкиваться от таких определений, как «подлинный» и «искусственный», то очевидно, что это антонимы. Никакой искусственный интеллект не может составить конкуренцию подлинной поэзии — по определению. Я в этом уверена.

— Согласитесь, наше общество стало читать реже. Это как-то влияет на духовный мир человека?

— Тот факт, что читающих людей стало меньше, напрямую связан с появлением альтернативных источников информации — к примеру, таких, как интернет. Но, наряду с этим, тот же интернет дает возможность людям, читающим, найти нужную литературу.

Что касается духовного мира человека, то чтение, несомненно, оказывает на него большое влияние. Но все зависит от качества поглощаемой литературы. Это крайне важно.

— Какой текст, прочитанный вами однажды, до сих пор «держит вас за руку» и не отпускает? Что бы вы хотели, чтобы каждый человек прочитал хотя бы раз в жизни?

— Самыми значимыми для меня являются тексты священных писаний. Что касается произведений художественной литературы, то, какими бы гениальными они ни были, для меня они всегда остаются вторичными по отношению к Священному Слову. А что читать — это личное дело каждого.

— Над каким произведением вы сейчас работаете?

— Над стихотворными текстами я работаю постоянно. Не только над новыми, но и над написанными ранее. Я редактирую стихотворения до тех пор, пока не почувствую, что оно готово. Это норма моей творческой жизни.

— Расскажите, как проходит сам процесс написания?

— Стихи я записываю на диктофон, потом переслушиваю. Когда запишешь стихотворение, думаешь: отлично, все хорошо. Но у меня есть такое правило: после написания я жду. Должно пройти определенное время, и уже после, как говорил Чехов, «с холодным носом», то есть на свежую голову, включаю внутреннего критика.
В моем случае не бывает так, что я сажусь и сознательно сочиняю произведение, заранее его задумав. Все происходит по наитию. Так или иначе, я всегда работаю над стихами.

— Чем вы еще занимаетесь, помимо того, что пишете стихи?

— Я все время нуждаюсь в большом количестве материалов — постоянно слушаю аудиокниги. У меня не бывает ни дня без аудиокниги (улыбается — прим. авт.). Люблю слушать интересные лекции, подкасты — и в основном это литература и культура. Иногда бывает нон-фикшн, чаще всего связанный с литературоведением, но не обязательно — интересуют исторические факты и многое другое.

Свою копилку я постоянно заполняю какими-то интересными сведениями. Потому что рано или поздно вещи, которые уже внутри тебя, обязательно выльются в какую-нибудь метафору или образ. Поэтому я бы не сказала, что это что-то отдельное — это продолжение моего творческого процесса…

— Спасибо за интересную беседу!