Сможет ли Израиль осуществить федерализацию Сирии? АНАЛИТИКА

Пока ВВС Израиля уничтожали запасы тяжелого оружия режима Асада, включая склады с техникой, боевые самолеты, центры радиоэлектронной борьбы, ПВО и Военно-морской флот, его политики думали о том, как обустроить Сирию.  Около 300 объектов были превращены в обломки примерно за стуки, но руководители Израиля так и не пришли к определенным выводам.

Руководство страны во главе с премьер-министром Беньямином Нетаньяху не хотело, чтобы это оружие попало в руки новых властей, и уничтожило его.  Кроме того, ЦАХАЛ продвинулся на несколько километров в глубь Сирии и, не встретив никакого сопротивления, (пока) остановился. Бен Каспит, ветеран израильской журналистики, на страницах международного издания Аль-Монитор публикует мнения высокопоставленных израильских чиновников о Сирии. 

Израильские официальные лица не понимают, является ли падение режима Асада и другие недавние события в Сирии позитивными или негативными  для правящих кругов еврейского государства  - в долгосрочном плане. Однако, по словам высокопоставленных представителей израильской разведки, Израиль доволен событиями, разворачивающимися в последние недели, несмотря на всю возникшую в результате этих событий неопределенность.  Почему?

После 7 октября 2023 года, когда молниеносная атака коммандос ХАМАС, выдвинувшихся из Сектора Газа, привела к гибели 1200 израильтян, начались военные действия между Израилем  с одной стороны, и проиранской коалицией - Осью сопротивления - с другой. В последнюю входят (или входили до недавнего времени) ХАМАС и Исламский Джихад в Палестине, Хезболла  в Ливане, режим Асада в Сирии, иракские шиитские ополченцы, контролирующие правительство этой страны, йеменские хуситы и, конечно, сам Иран, который финансирует и вооружает своих союзников. Израиль оказался вовлечен не только в войну с ХАМАС, но и со всей Осью сопротивления, включая перестрелки с хуситами и иракскими ополченцами, сражения с Хезболлой в Ливане и прямой обмен ударами с Ираном. 

Официальная  позиция Ирана состояла в том, что дружественная ему коалиция, Ось сопротивления, контролирующая огромный регион от Тегерана до Бейрута, сумеет окружить Израиль огненным кольцом, обеспечив "единство арен сопротивления". Хотя Сирия практически не принимала участие в   нанесении ударов по Израилю,  она стала центральным звеном в шиитском поясе, т.е. внутри иранской сферы влияния, обеспечив бесперебойные поставки иранского оружия  ливанской Хезболле. Это положение Сирии как моста между Ираном и Ливаном очень не нравилось Израилю.

В таких условиях руководство этой страны решило, что лучше выбить из оси сопротивления Сирию, чем продолжать терпеть ее единство. Хотя Израиль никогда не симпатизировал группировкам суннитских боевиков, сторонников религиозного автократического государства, сражавшихся с Асадом, он решил, что для него удобнее их победа. В прошлом, во время сражений ХТШ с силами Асада на Юге Сирии, Израиль оказывал медицинскую помощь раненным боевикам.

Случайно или намеренно вклад Израиля в в победу ХТШ оказался огромен. После того, как удары израильских ВВС по позициям Хезболлы в Ливане и Сирии резко ослабили ее мощь, силы сирийской оппозиции нанесли удары из региона Идлиб. Режим Асада рухнул за 11 дней в результате их молниеносного наступления.  Хезболла составляла основной костяк группировки союзников Асада, проиранских сил, прикрывавших Алеппо. Кроме того, израильские политики и военные предупредили, что они не потерпят присутствия в Сирии иранских войск или оказания Асаду военной помощи оружием и боеприпасами со стороны Ирана. Это лишило иранцев желания помогать своему союзнику по Оси сопротивления - Башару Асаду. Какой смысл направлять колонны с людьми и техникой в Сирию, если ВВС Израиля, обладая абсолютным преимуществом в воздухе, их просто сожгут? 

Сегодня в правящих кругах Израиля идет обсуждение того, что они намерены делать дальше. Некоторые эксперты в области разведки полагают, что наилучшим исходом для Израиля было бы разделение Сирии на ряд небольших субгосударств в соответствии с религиозной принадлежностью их населения в рамках федеральной модели. Так называемая кантонизация может включать в себя, например, выделение и предоставление большой автономии друзским, суннитским, алавитско-шиитские и курдским регионам.  Идея состоит в том, чтобы разделить страну на независимые или полунезависимые анклавы, управляемые местными богатыми религиозно-племенными лидерами и подчиненными им ополченцами. США сделали это в Ираке после завоевания страны в 2003 году. Обычно это делается с целью предотвратить появление консолидированного режима, в духе Асадов или Саддама Хуссейна, способного проводить более-менее независимую политику. Маленькие противостоящие друг другу анклавы никому не угрожают.

Арабский публицист Тарик Али комментирует подобные планы. Он утверждает, что "имперская политика США в глобальном масштабе заключается в разделении стран, которые невозможно поглотить целиком, и лишении их всякого значимого суверенитета, чтобы утвердить экономическую и политическую гегемонию. Возможно, это началось "случайно" в бывшей Югославии, но с тех пор стало закономерностью. В 2003 году, после падения Багдада в США, ликующий посол Израиля в Вашингтоне поздравил Джорджа  Буш и посоветовал ему теперь не останавливаться, а двигаться дальше в Дамаск и Тегеран. Однако победа США имела непреднамеренный, но предсказуемый побочный эффект: Ирак превратился в шиитское государство, что значительно укрепило позиции Ирана в регионе... Дамаску пришлось ждать более десяти лет, прежде чем он получил должное внимание империи. Тем временем поддержка Асада Ираном и Россией повысила ставки в рутинной смене режима. Теперь, после свержения Асада, образовался вакуум, который, вероятно, будет заполнен Турцией и США при поддержке Хайат Тахрир аш-Шам... а также в Израиле. Вклад последнего был огромен: он вывел из строя "Хезболлу"... в результате очередной серии массированных бомбардировок."

Но тут появляются две проблемы. 

Во-первых, не факт, что у Израиля есть ресурсы для подобного решения. Разве что ЦАХАЛ оккупирует друзскую Свейду на Юге Сирии и создаст там друзское квази-государство под своим крылом. Это означало бы раздел Сирии с Турцией, которая через связанные с ней силы хочет контролировать Сирию. Но пока до реализации таких планов очень далеко.

Во-вторых, если уж говорить о влиянии держав в Сирии, то главным выгодоприобретателем от поражения Асада стала именно Турция.   Самая сильная фракция суннитских повстанцев, ХТШ (Хайат Тахрир аль-Шам), которая нанесла Асаду решающее поражение, получает финансирование от Турции и ее союзника Катара, хотя она ведет себя порой достаточно независимой. Вторая по силе группировка, которая координировала с ХТШ атаку на Алеппо, СНА (Сирийская национальная армия)  полностью подчиняется Турции. Имеются в стране и другие группы "зеленой" антиасадовской суннитско-исламистской оппозиции, но они менее влиятельны.  Новое правительство, созданное ХТШ, подчиняется командиру этой группировки, Абу Мухаммеду Аль Джулани. Недавно он назначил премьер-министром своего ставленника,  Мохаммеда аль-Башира, выпускника электротехнического факультета, который до недавнего времени руководил территорией, контролируемой ХТШ в Идлибе. Но это правительство не является инклюзивным. Так или иначе ему придется взаимодействовать с  СНА, а значит с Турцией. Сирия лежит в руинах, ее казна пуста и без помощи союзников ни Джулани, ни любой другой правитель Сирии ничего смогут сделать. Сегодня будущее Сирии прежде всего зависит от решений Джулани и Турции. 

Неясно, заинтересована ли Турция в кантонизации Сирии. Скорее нет, чем да. Разделение Сирии может означать укрепление независимости курдских регионов этой страны, управляемых силами, враждебными Анкаре - РПК (Курдской рабочей партией). Эта партия ведет с Турцией войну за самоопределение курдов уже около 40 лет. 

Основная масса населения  Сирии никогда не контролировала условия своего существования, ни на рабочем месте, ни в политике, подчиняясь своих хозяевам.  Поэтому для значительной части людей наличие или отсутствие независимости государства, а так же появление на территории Сирии одного или нескольких новых государств, вряд ли является какой-либо ценностью. Вопрос в другом, в том, что обычные люди как ничего не решали, так и не решают, никто их мнение не спрашивает. Поэтому в подобной ситуации, до тех пор, пока молчаливое большинство не выйдет из состояния сна, и не сумеет создать институты самоорганизации, оно сможет лишь наблюдать за происходящим.  Его мнение имеет второстепенное значение. Куда важнее влияние вооруженных группировок, управляемых полевыми командирами, и их спонсоров.

Международные акторы имеют большое влияние на ситуацию в стране наряду с внутренними группировками. И влияние Израиля в Сирии не является преобладающим. А что смогут и захотят решить в Дамаске и Анкаре, мы пока не знаем.