США делают ставку на Турцию: Анкара будет управлять кризисами наша корреспонденция

Доклад «Конфликты, за которыми нужно следить в 2026 году», подготовленный Советом по международным отношениям и основанный на оценках ведущих вашингтонских экспертов по внешней политике, перечисляет 30 сценариев конфликтов, которые могут представлять в ближайший год наибольшую угрозу глобальной безопасности. Общая картина, которая вырисовывается из этого перечня, однозначна: эпицентром глобальных рисков по-прежнему остаются Ближний Восток и прилегающие к нему регионы.

Несмотря на то что доклад написан с точки зрения приоритетов национальной безопасности США, он вызвал заметный резонанс и в Анкаре. Причина проста: значительная часть потенциальных кризисов разворачивается в зоне прямого влияния Турции или в ее ближайшем геополитическом окружении. В этом смысле документ воспринимается в политических и экспертных кругах Анкары как фактор, напрямую влияющий на формирование и расширение ее внешнеполитической стратегии.

Эпицентром глобальных рисков по-прежнему остаются Ближний Восток и прилегающие к нему регионы

Наивысшим риском в докладе названа дальнейшая эскалация российско-украинской войны. Особый акцент сделан на наращивании ударов по украинской инфраструктуре и на сценарии, при котором напряженность между НАТО и Россией может перерасти в прямое столкновение. При таком развитии событий Черноморский регион неминуемо окажется в центре глобальной повестки безопасности.

Для Турции этот сценарий имеет сугубо прикладное значение. После того, как в конце прошлого года в турецком воздушном пространстве были сбиты два российских беспилотника, в Анкаре все чаще звучит мысль о том, что война между Россией и Украиной давно перестала быть исключительно «европейским вопросом». Безопасность Черного моря, энергетические маршруты, торговля зерном и соблюдение Конвенции Монтрё, предоставляющей Турции контроль над проливами Босфор и Дарданеллы и Мраморным морем, напрямую затрагивают национальные интересы страны.

До сих пор сбалансированная политика Анкары играла ключевую роль в сдерживании полной милитаризации Черноморского бассейна. Однако турецкие аналитики все чаще указывают на то, что в случае прямого конфликта между НАТО и Россией пространство для подобного маневра может резко сузиться. В этих условиях главным стратегическим преимуществом Турции остается способность удерживать контроль над сложным Черноморским узлом и частично управлять кризисом, сохраняя при этом инструменты дипломатического маневрирования.

В Анкаре считают, что война между Россией и Украиной давно перестала быть исключительно «европейским вопросом»

Отдельное и заметное место в докладе занимает ситуация в Газе и палестино-израильский конфликт. Американские эксперты относят возможное возобновление боевых действий в Газе и их перерастание в более широкий региональный конфликт к числу наиболее опасных сценариев 2026 года.

Для Анкары сектор Газа - это вопрос, который напрямую отражается на ее внутреннем общественном мнении, региональных связях и дипломатической позиции. Война в Газе серьезно осложнила отношения Анкары с Израилем, но одновременно усилила роль Турции как одного из немногих игроков, обладающих реальным влиянием на организацию ХАМАС. В этом качестве Турция стала важным собеседником для США, арабских государств и международных посредников. При этом турецкие аналитики подчеркивают, что главный риск 2026 года заключается не столько в самой Газе, сколько в возможном расширении зоны конфликта на Ливан, Сирию и Иран - сценарии, который вновь подвергнут испытанию потенциал Анкары в сфере безопасности и дипломатии.

Сирия в докладе также обозначена как потенциальная зона возобновления конфликта. По оценке CFR, продолжающаяся пятнадцать лет гражданская война не была окончательно «заморожена» и по-прежнему остается источником нестабильности и внешнего вмешательства. Для Турции сирийское направление включает сразу несколько критически важных измерений: безопасность границ, проблему беженцев, борьбу с терроризмом, региональный баланс сил и внутреннюю политическую динамику. Удары Израиля, стремление Ирана сохранить свое военное присутствие, разногласия внутри администрации Трампа по сирийскому вопросу и реваншистская линия России дополнительно ослабляют позиции Дамаска.

Война в Газе серьезно осложнила отношения Анкары с Израилем, но одновременно усилила роль Турции как одного из немногих игроков, обладающих реальным влиянием на организацию ХАМАС

Как отмечается в докладе, эрозия государственной власти в Сирии повышает риск появления новых радикальных группировок, что может иметь для Турции не только военные, но и серьезные социально-политические последствия.

Помимо этого, документ упоминает потенциальную напряженность на Южном Кавказе после прекращения огня между Азербайджаном и Арменией, а также кризисы в Судане, Йемене и вдоль афгано-пакистанской оси - регионах, процессы в которых способны прямо или косвенно затронуть интересы Анкары.

Особое внимание уделено Восточному Средиземноморью, где Турция выступает одним из ключевых акторов. В контексте морской юрисдикции, энергетической политики и системы региональных альянсов этот регион имеет для Анкары стратегическое значение. В докладе подчеркивается, что баланс сил здесь должен формироваться не только вокруг энергетических ресурсов, но и на основе более широкого геополитического равновесия между Турцией, Грецией, Израилем и Европейским союзом.

Регион Восточное Средиземноморье имеет для Анкары стратегическое значение

Потенциальная напряженность в Восточном Средиземноморье способна повлиять не только на вопросы морских границ, но и на внутренний баланс НАТО и общую архитектуру безопасности Европы. Именно поэтому данный регион, даже не являясь в данный момент «горячей точкой», в стратегическом плане остается «слепой» зоной.

В Анкаре доклад CFR воспринимают как ранний сигнал-предупреждение относительно возможных сценариев развития ситуации в Восточном Средиземноморье. В турецких экспертных кругах подчеркивают, что доклад не только фиксирует риски, но и косвенно указывает на расширяющиеся возможности Турции. Входя в 2026 год, Анкара уже рассматривается как государство, способное участвовать в управлении кризисами. Такая роль содержит одновременно и ответственность, и новые инструменты влияния.

В этом контексте ключевой вопрос для Анкары не в том, на каком этапе она будет вынуждена реагировать на очередной кризис. Важно понять, сумеет ли Турция, опираясь на дипломатию, разведку и политическое прогнозирование, действовать превентивно, не дожидаясь, пока потенциальные конфликты перейдут в острую фазу.