Терминалу SOCAR в Кулеви ничто не грозит

Опасения относительно возможного включения терминала в санкционные списки ЕС преувеличены

Накануне отечественные СМИ, включая БР, распространили информацию, вызвавшую заметный общественный резонанс: порт Кулеви на Черном море, находящийся под управлением SOCAR, может оказаться в фокусе готовящегося 20-го пакета санкций Европейского союза против России.

Согласно проекту санкционного пакета, возможные ограничительные меры обосновываются морской транспортировкой нефти и нефтепродуктов российского происхождения с использованием инфраструктуры порта. При этом принципиально важно подчеркнуть, что SOCAR не имеет отношения к закупкам российской нефти и не несет ответственности за подобные операции.

Речь идет о том, что еще в прошлом году на территории порта Кулеви начал работу первый в Грузии нефтеперерабатывающий завод Black Sea Petroleum проектной мощностью 1,2 млн тонн нефти в год. Для загрузки мощностей оператор НПЗ принял решение закупать российскую нефть, руководствуясь исключительно ценовым фактором - она оказалась наиболее дешевой и, соответственно, наиболее привлекательной на черноморском рынке. Именно этот аспект и привлек внимание европейских регуляторов.

Таким образом, несмотря на то что порт Кулеви находится под управлением SOCAR, все решения, связанные с закупкой и переработкой российской нефти, принимаются грузинской стороной. Поставки сырья на НПЗ Black Sea Petroleum являются ответственностью оператора завода и не имеют отношения к деятельности SOCAR. Порт в данном случае выступает исключительно как инфраструктурный объект, не участвующий в коммерческих или сырьевых операциях, ставших предметом санкционного внимания.

Терминал SOCAR в Кулеви, функционирующий с 2008 года, имеет совершенно иную специализацию. Он в основном обслуживает перевалку нефтепродуктов азербайджанского происхождения, удобрений и продукции нефтехимии. Так, в 2025 году под контролем SOCAR через терминал было перевалено около 2,2 млн тонн продукции переработки нефти и газа, отгруженной на специализированные суда с двух действующих причалов. Кроме того, через терминал проходили отдельные объемы продукции перерабатывающих предприятий Казахстана и Туркменистана, значительная часть которых направлялась на рынки Европы. Следовательно, эта продукция никак не подпадает под европейские санкции, так как она никак не связана с российской нефтью.

Свою точку зрения на применение санкций в отношении порта Кулеви в интервью газете «Бакинский рабочий» высказал руководитель Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан.

- Сам факт нахождения данного терминала за пределами Европейского союза уже сам по себе существенно снижает вероятность применения к нему прямых санкционных мер. Кроме того, в сложившейся международной практике Европейский союз и Соединенные Штаты, как правило, не вводят санкции в отношении географических объектов как таковых - будь то регионы, порты или города.

Санкционные ограничения, как правило, адресуются конкретным субъектам экономической деятельности: компаниям, финансовым институтам и физическим лицам. Под ограничения также подпадают определенные финансово-экономические операции, включая финансирование, страхование, фрахт, трейдинг и расчетные операции, а также товары конкретного происхождения. Отдельной категорией являются бенефициары санкционных схем - но лишь в том случае, если они сами включены в санкционные списки.

Таким образом, применение прямых санкций к инфраструктурному объекту, не являющемуся самостоятельным экономическим субъектом и находящемуся вне юрисдикции ЕС, выглядит крайне маловероятным и противоречащим устоявшейся санкционной практике Брюсселя и Вашингтона.

Инфраструктурный объект за пределами ЕС может попасть под ограничения только косвенно, если он принадлежит санкционированному лицу, или он используется преимущественно для обхода санкций, а также через него системно проходит санкционный товар с доказанным происхождением.

Если конкретизировать это для терминала Кулеви, то Грузия не подсанкционная страна, а владельцем терминала является Госнефтекомпания Азербайджанской Республики. При этом, Азербайджан с 2022 года считается стратегическим партнером ЕС в сфере энергетики: по итогам 2025 года 95% экспорта нефти и 51% поставок природного газа Азербайджана приходилось на рынки ЕС. Поэтому не думаю, что европейцы будут вводить какие-либо санкции против азербайджанской компании или вредить интересам Азербайджана - это все равно, что стрелять себе в ногу.

Следует также особо подчеркнуть, что терминал Кулеви является исключительно логистическим инфраструктурным объектом и не осуществляет добычу или производство нефти и нефтепродуктов. Его деятельность сводится к приему, хранению и перевалке сырья и продукции различных поставщиков. Основные грузопотоки формируются за счет поставок из Азербайджана, Туркменистана, Казахстана и Грузии.

В случае если у Европейского союза возникают сомнения или подозрения в отношении происхождения отдельных партий товаров, отгружаемых через Кулеви, санкционная практика предполагает их адресное предъявление конечному покупателю. Именно покупатель, а не инфраструктурный оператор, обязан документально и юридически подтвердить происхождение товара и его соответствие действующим ограничениям.

С учетом этих обстоятельств можно сделать вывод, что опасения относительно возможного включения терминала Кулеви в санкционные списки, прозвучавшие в ряде СМИ, носят во многом преувеличенный характер и не находят убедительного подтверждения ни с правовой, ни с практической точки зрения.