Трамп играет, Зеленский крепнет, Путин ужесточает наша аналитика

Похоже, Дональд Трамп «запутался в показаниях» и уже не очень понимает, как и куда двигать процесс урегулирования в Украине. Можно уже сбиться со счета, вспоминая, сколько раз он давал «еще недели две» на достижение хотя бы прекращения огня. И все никак. И вот опять.

«Я поговорю с Путиным в ближайшие дни… У меня вскоре будет разговор с Зеленским», – сначала заявил президент США. «У меня нет послания для президента Путина. Он знает мою позицию, и примет решение так или иначе. Каким бы ни было его решение, мы будем либо довольны, либо недовольны, и, если мы будем недовольны, вы увидите последствия», — завернул он очередную загадку. Какие последствия? На какую договоренность с Путиным (если она была) намекает Трамп? Какие угрозы роятся в его голове? Пошлины он вроде - ни 100-, ни 500-процентные не упоминает. Но может и опять о них вспомнить.

Трамп «запутался в показаниях» и уже не очень понимает, как и куда двигать процесс урегулирования в Украине

На этом фоне публичная решимость президента Украины Зеленского продолжать сопротивление только крепнет. По сути, он уже высказывается даже против заморозки военных действий по линии фронта, каковой вариант, судя по всему, пользуется относительной поддержкой европейцев. По словам Зеленского, «южнокорейский сценарий не подойдет Украине». Потому что Россия обладает гораздо большим людским потенциалом – более 140 млн чел против немногим более 20 млн у КНДР. Стало быть, угрозы несопоставимы.

Он также вновь выступил тем более против территориальных уступок, которых якобы требует Россия (Москва официально это не подтверждает).

В этом свете, кажется, и Владимир Путин несколько ужесточил свою риторику. Так, выступая перед прессой перед отбытием из Пекина, он вбросил свежий тезис относительно параметров разрешения «территориального вопроса». Напомнив заодно, что считает Зеленского нелегитимным президентом (он назвал его впервые за долгое время по фамилии и «главой действующей украинской администрации», но уже не «главарем неонацистского режима»). Российский президент выступил за то, чтобы территориальный вопрос (то есть уступка Украиной части территории в пользу России) был бы решен на референдуме. Однако, признал Путин, референдум возможен только после отмены военного положения. В военное положение, как известно, можно отменить только после прекращения военных действий. А военные действия на безусловной основе Россия прекращать пока отказывается. Замкнутый круг?

Так что референдумом пока как-то не очень пахнет. Кроме того, опросы общественного мнения в Украине говорят, что примерно 2/3 населения выступают против мира ценой потери территорий. Так что в случае проведения в Украине общенационального референдума сейчас, территориальные уступки не были бы поддержаны. А еще Путин «обыграл» тему саммита на двоих с Зеленским, которую активно продавливает Трамп. Предложив ему, «если он хочет», приехать в Москву. Что можно, конечно, считать политическим троллингом. Глава МИД Украины Андрей Сибига уже назвал такое предложение Путина «манипуляцией». Ясно, что Зеленский в Москву не поедет. Зато российский президент при случае может всегда сказать Трампу: я же ему предлагал встретиться, но он почему-то отказался.

Публичная решимость президента Украины Зеленского продолжать сопротивление только крепнет

Хотя с американской точки зрения, наверное, размен гарантий безопасности на территориальные уступки выглядит прагматично и реалистично, Путин отрицает такую увязку. Вновь напомнив тезис о том, что Россия воюет не за территории, а «за интересы людей». Это подразумевает отсылку к целому ряду требования и условий Москвы, касающихся прав русскоязычных, статуса русского языка в Украине, положения канонической Украинской православной церкви, а также других подобных требований, которые в совокупности можно считать призывом если не к смене нынешнего режима, то к изменению кардинально всей его внутренней политики.

Тем не менее, несмотря на очевидную несовместимость переговорных позиций Москвы и Киева, Путин добавляет некоторого оптимизма (кому он адресован, может, Трампу?): «Мне тем не менее представляется, что если здравый смысл все-таки восторжествует, то договориться о приемлемом варианте прекращения конфликта можно, и я из этого исхожу. Тем более что мы видим настроение действующей в США администрации под руководством президента Трампа, видим их не просто призывы, а искреннее желание найти это решение... И мне кажется, есть определенный свет в конце тоннеля, посмотрим, как будет складываться ситуация. Если нет, то нам придется решить все поставленные перед нами задачи вооруженным путем». Так все-таки есть свет в конец тоннеля или «решать военным путем?» Также Путин вновь заявил о готовности повысить уровень российской делегации на переговорах в Стамбуле. Хотя пока даже речи нет об их возобновлении. Пока повисло без ответа и предложение Москвы организовать «рабочие группы по трем направлениям». Ответа от Киева не получено. Вернее, получен только один ответ: нужна встреча на высшем уровне между Зеленским и Путиным, а другие варианты и обсуждать не стоит. Москва на такой формат, как ждал понять еще раз Путин, не согласна.

На этом фоне встреча «коалиции желающих» в Париже прорывной не стал. И самым удивительным в ней было то, с какой интенсивностью идут переговоры о «гарантиях безопасности» Украине, включая отправку войск, как будто соглашение о прекращении огня (а «гаранты» могут там появиться только после этого, как подразумевается) уже вот-вот будет подписано. С чего вдруг такие ожидания? Равно как можно спросить: оправдано ли столь подчеркнутое пренебрежение «желающих» категорическим неприятием Москвой самой идеи появления на Украине западных военных – под любым флагом? Они действительно считают, что в Кремле смирятся с этой мыслью? Или это такая стартовая переговорная позиция, а затем «миротворцы желающих» будут разбавлены представителями других, более приемлемых для России стран?

И Владимир Путин несколько ужесточил свою риторику

Похоже, единственным внятным решением совещания в Париже стало выражение готовности поставлять Украине ракеты большой дальности, как сообщили британские источники. Но все равно нет ясности по радиусу действия таких ракет. Не возникло конкретики и в части готовности США участвовать в гарантиях безопасности Украины. Возможно, если согласия Вашингтона так и не появится, то и вся европейская миссия сведется к отправке военных инструкторов? Ранее Трамп уверял европейских лидеров, что США предоставят разведывательную поддержку, средства командования и управления, а также внесут вклад в противовоздушную оборону Украины, но возглавить эту инициативу должны европейцы.

По мерам давления на Москву все пока опять сводится к лозунгу: «Даешь еще больше санкций, особенно нефтяных!». В ходе разговора с Трампом европейцы опять призвали ввести новую их порцию против Москвы, если «она будет и дальше отказываться от переговоров». Так она формально и не отказывается, - приезжайте в Стамбул, да хоть и в Москву, сам Путин приглашает. Трамп призвал, в свою очередь, отказаться от закупок российской нефти, каковое, впрочем, требование касается только двух стран, которые продолжают это делать— Венгрии и Словакии. Впрочем, возможно Трамп в продолжение своей торговой войны с Нью-Дели имеет в виду еще и то, чтобы Европа отказалась от импорта продуктов нефтепереработки из Индии, если они получены из российской нефти.

Так или иначе, создается впечатление, что импульс, который, казалось, получил процесс урегулирования в Украине после саммита на Аляске, к настоящему моменту иссяк (зашел в тупик). Процесс урегулирования явно нуждается в каком-то новом, дополнительном импульсе, чтобы побудить стороны к поиску компромиссов.

Американский президент, похоже, не очень понимает, что ему надо делать дальше, чтобы сдвинуть этот процесс с мертвой точки. Россия в лице Путина, достигнув, судя по всему, некоторого сущностного взаимопонимания с Трампом, по крайней мере выиграла время, за которое не только российская армия немного еще продвинулась на Запад, не только не появилось новых санкций от Америки, но и Москва заручилась поддержкой Китая и Индии в вопросе противостояния будущим возможным американским санкциям, прежде всего в энергетической сфере. Судя по настроению сторон, причастных к данному конфликту, преобладает желание продолжить выяснение отношений на поле боя. И только американский президент продолжает делать вид, что он может добиться относительно быстрого прогресса в примирении непримиримых. Хотя и он проговаривается, что, мол, надо дать им еще повоевать. Понимая, что военный конфликт не выгорел до такой степени, чтобы стороны согласились бы остановиться и признать недостижимость полной победы. А может, до такого выгорания еще вообще очень далеко.