Трамп толкает Брюссель в объятия Пекина Аналитика Шерешевского

19 июня министерство коммерции Китая (ранее — Министерство внешней торговли и экономического сотрудничества) сообщило о готовности страны присоединиться к ВПТПП.

Эта странная аббревиатура расшифровывается как Всеобъемлющее и прогрессивное соглашение о Транстихоокеанском партнерстве (ВПТПП). Организация объединяет, наряду с 11 странами Тихоокеанского региона, ещё и Великобританию. Партнёрство направлено на расширение свободной торговли между его членами. В свою очередь, председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен высказалась в пользу укрепления торговых связей с этим объединением.

Похоже, Китай и Европа делают шаги навстречу друг другу. Канцлер Германии Фридрих Мерц недавно отметил, что старая структура, призванная обеспечить постепенную либерализацию глобальной торговли — ВТО (Всемирная торговая организация), — давно перестала работать из-за действий вашингтонской администрации, и выразил согласие с мнением фон дер Ляйен.

Если суммировать всё это, станет ясно: происходящее свидетельствует о постепенном сближении Европы и КНР.

У такого явления имеются как экономические, так и политические причины. ФРГ, самая мощная европейская экономика, критически зависит от экспорта. В 2024 году он составил 1,6 триллионов евро. Его основной поток направляется в страны Европы, за пределами которой крупнейшими потребителями немецкой продукции являются США и КНР. Да и в целом Китай является крупнейшим торговым партнёром Евросоюза. Верно и обратное: для Пекина Европа исключительно важна как гигантский рынок сбыта.

Поскольку президент США Дональд Трамп постоянно грозит введением новых тарифов на товары из Европы и Китая, провоцируя торговую войну, он ставит два других глобальных экономических центра в сложные условия. В такой ситуации Брюссель и Пекин проявляют готовность к либерализации торговли. Чтобы сбыть продукцию, которая может оказаться слишком дорогой на американском рынке из-за тарифов, им придётся договариваться уже друг с другом.

Но у этого явления есть и политические аспекты. Администрация США не выглядит как сила, готовая обеспечить военную защиту Европы, и скорее демонстрирует враждебность по отношению к НАТО. Это означает, что появляется сильный импульс к перевооружению и сплочению стран Евросоюза.

Со своей стороны, Китай объявлен в стратегических документах США противником номер один. США намерены сократить свои расходы на другие регионы планеты, сосредоточив ресурсы на противостоянии с КНР в Индо-Тихоокеанском регионе.

Получается, что, с одной стороны, Европа больше не имеет оснований полагаться на Вашингтон в вопросах внешней и военной политики, а с другой стороны, Пекин имеет все основания опасаться США. Тем важнее для Китая обеспечить условия для сближения с Европой, которая, несмотря на всю свою нынешнюю слабость, остаётся серьёзным центром международного влияния. В то же время у европейских стран всё меньше причин следовать требованиям Вашингтона в вопросах внешней политики и поддерживать его антикитайский курс.

И, наконец, в-третьих, в условиях глобальной турбулентности, во многом вызванной непредсказуемой политикой президента США, Пекину и Брюсселю выгодно позиционировать себя как ответственные центры международной стабильности и предсказуемости, что делает их привлекательными как для политиков, так и для инвесторов. В таком случае их партнёрство может усилить это впечатление.

Всё это не обязательно связано исключительно с личностью Дональда Трампа.

Во-первых, и при Джо Байдене США занимали резко антикитайские позиции, вводили ограничения на торговлю с этой страной и требовали от европейских стран поступать аналогично. По-видимому, само наличие двух сверхдержав на планете подразумевает рост соперничества между ними и диктует контуры международной политики.

Во-вторых, сам факт того, что Трамп у власти, означает, что США не могут гарантировать отсутствие подобных прецедентов в будущем. Это снижает ценность любых международных гарантий, предоставленных Вашингтоном, — гарантий, к которым Трамп демонстрирует явное пренебрежение, будь то военно-политические союзы или торговые соглашения с кем бы то ни было.

Все вместе это вынуждает Европу и Китай уменьшать экономическую и политическую зависимость от США, а значит, буквально толкает их друг к другу.

Однако в политике и экономике существует инерция. Многие европейские чиновники по-прежнему рассчитывают на то, что США сохранят НАТО и продолжат обеспечивать безопасность Европы. Торговое партнёрство с Америкой также имеет большое значение как для них, так и для КНР. Поэтому говорить об альянсе Брюсселя и Пекина пока преждевременно. Есть лишь вектор глобальной политики, указывающий на определённые возможности и перемены. Но этот вектор необходимо учитывать при анализе текущей ситуации.