Icma.az
close
up
AZ
Menu

Команда Азербайджана, участвовавшая в IV Летних юношеских Олимпийских играх, вернулась на Родину

Клуб Ахундзаде положил глаз на еще одного футболиста Карабаха

Италия предоставит Украине доступ к разведданным двух военных спутников

Турецкие тренеры отметили проблемы своих клубов

Президент Ильхам Алиев: Особый импульс развитию азербайджанского телерадиовещания придали внимание и забота Общенационального лидера Гейдара Алиев

Microsoft оказалась косвенно причастна к отравлению постояльцев отеля

Армяне подрались в эфире Общественного телевидения ВИДЕО

Раскрыт объем поставок газа по TAP в Европу за шесть лет

В США требуют жестко ограничить экспорт чипов после скандала вокруг Nvidia

Роналдиньо вернулся в профессиональный футбол

Школьник из Азербайджана завоевал золото на турнире в Казахстане

В Сальяне автомобиль перевернулся на трассе: пострадали мать и дочь

Украинский эксперт: Мингячевирская ГАЭС может открыть новые возможности для развития возобновляемой энергетики в Азербайджане

Хикмет Гаджиев обсудил с Магдаленой Гроно партнерство Азербайджана и ЕС

Кредитные вложения в экономику Азербайджана выросли на 15,1%

Наследие старой Москвы ожило в Баку сёстры, изменившие эпоху (ФОТО)

Тайна пропавшего гобоя

В Азербайджане предупредили об опасности самолечения по советам искусственного интеллекта

Два азербайджанских боксера продолжат борьбу за медали чемпионата Европы

Делегация Азербайджана приняла участие в заседании Совета министров ОЭС

Ялта по китайски: кому достанется мир, а кому предложат подождать за дверью?

Ялта по китайски: кому достанется мир, а кому предложат подождать за дверью?

Как сообщает Icma.az, ссылаясь на сайт Zerkalo.az.

Предстоящая 19 ноября 2026 года встреча Дональда Трампа, Си Цзиньпина и Владимира Путина в китайском Шэньчжэне — событие, которое нельзя рассматривать как обычный дипломатический саммит. Впервые руководители США, Китая и России собираются встретиться втроём в таком формате. Белый дом объявил о планах встречи 13 ноября, Кремль подтвердил участие Путина, а 16 ноября китайский МИД официально подтвердил проведение переговоров. Встреча назначена на 14:30 по местному времени, то есть на 10:30 по Баку. Уже сам состав участников придаёт ей исторический масштаб. Но главный вопрос заключается не в том, сделают ли три президента совместную фотографию, а в том, какие представления о будущем мира они попытаются согласовать за закрытыми дверями.

Сравнение с Ялтинской конференцией 1945 года напрашивается само собой, но здесь необходимо различать историческую символику и реальные политические возможности. В Ялте Сталин, Рузвельт и Черчилль обсуждали послевоенное устройство мира, судьбу Германии, границы, сферы влияния и международную архитектуру безопасности. Тогдашние договорённости опирались на военное положение, сложившееся в результате мировой войны. В Шэньчжэне ситуация принципиально другая: ни одна из трёх держав не обладает возможностью единолично диктовать двум остальным условия нового мирового порядка. США остаются ведущей военной и финансовой державой, Китай превратился в глобального промышленного и технологического конкурента Вашингтона, а Россия, несмотря на войну, санкции и экономические ограничения, сохраняет ядерный арсенал, военный потенциал и способность влиять на международную безопасность. Поэтому называть предстоящую встречу новой Ялтой пока преждевременно. Однако она вполне может стать попыткой согласовать правила конкуренции трёх центров силы.

Особенно любопытна роль Владимира Путина. Для российского президента сама возможность оказаться за одним столом с американским и китайским лидерами имеет огромное символическое значение. После полномасштабного вторжения в Украину, западных санкций и международной изоляции Москва стремится доказать, что Россия не превратилась в государство, с которым Запад разговаривает исключительно через ограничения и ультиматумы. Теперь Путин получает возможность предстать не просто участником конфликта с Украиной, а руководителем державы, без участия которой, как рассчитывает Кремль, невозможно обсуждать глобальную безопасность. Это своего рода дипломатическая коронация, которую российская пропаганда наверняка постарается представить как возвращение России в клуб великих держав. Но фотография рядом с Трампом и Си ещё не означает восстановления прежнего российского могущества. Статус великой державы определяется не церемониальным протоколом, а экономикой, технологиями, союзниками, привлекательностью политической модели и способностью обеспечивать безопасность.

И здесь начинается наиболее неудобная для Москвы часть истории. Россия может рассчитывать на признание своего международного веса, но Китай вовсе не заинтересован в восстановлении Российской империи или возвращении ей самостоятельной гегемонии на постсоветском пространстве. Пекин рассматривает Центральную Азию как важнейший регион транспортных коридоров, энергетики, торговли и стратегического присутствия. Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан нужны Китаю не в качестве территории чьей-либо восстановленной сферы влияния, а как самостоятельные партнёры, через которых проходят его экономические и геополитические интересы. Китай может поддерживать Москву в отдельных международных вопросах, но это не означает готовности уступить ей собственные позиции. В аналитике Carnegie Endowment и других исследовательских центров давно прослеживается важная закономерность: российско-китайское сближение не отменяет асимметрии отношений, в которых экономическая зависимость Москвы от Пекина постепенно усиливается.

Главное противоречие встречи уже обозначилось в повестке. Вашингтон хочет обсуждать сокращение ядерных арсеналов, Москва, по сообщениям южнокорейской Seoul Economic Daily, стремится сделать центральной темой прекращение войны в Украине, а Пекин не проявляет особого желания присоединяться к новому договору по ядерным вооружениям. Причина понятна: американский и российский ядерные арсеналы значительно превосходят китайский. По оценкам Пентагона, на которые ссылается Associated Press, у Китая более 600 ядерных боеголовок, тогда как у России и США — более 5000 у каждой. Кроме того, действие последнего договора СНВ-III между Москвой и Вашингтоном закончилось в феврале 2026 года. Трамп хочет привлечь Китай к новому соглашению, но Си не собирается принимать обязательства, которые могут ограничить стратегическое развитие его страны. Получается, что три президента приезжают с разными интересами, а не с готовым планом раздела мира.

Особенно показательно, что Украина может оказаться за пределами официальной повестки трёхсторонней встречи. Associated Press со ссылкой на высокопоставленного американского чиновника сообщило, что Трамп намерен обсуждать с Путиным и Си войну с Ираном, но не собирается поднимать украинский вопрос в рамках этой беседы. Для Киева это тревожный сигнал. Даже если никакого соглашения о судьбе Украины не будет, сама возможность обсуждения глобальной безопасности без участия государства, на территории которого идёт война, создаёт опасный дипломатический прецедент. Украинский президент Владимир Зеленский уже выражал обеспокоенность перспективой договорённостей за спиной Киева. В этом и заключается одна из главных проблем дипломатии великих держав: они любят говорить о стабильности, но иногда забывают, что за географическими названиями и линиями на картах живут миллионы людей. Европейские государства тоже не могут позволить себе роль статистов, особенно если потенциальные договорённости затронут безопасность континента.

Что же Россия может попытаться вернуть под собственную орбиту? Прежде всего, Кремль заинтересован в восстановлении политического влияния на бывшем советском пространстве, причём не обязательно посредством военного присутствия. Москве нужны признание особых интересов в соседних государствах, ограничение западного военного и политического присутствия, сохранение зависимости от российских энергетических, транспортных и финансовых каналов. Для этого необязательно вводить войска: достаточно добиваться того, чтобы правительства соседних стран постоянно оглядывались на Кремль при принятии внешнеполитических решений. Именно такую модель можно назвать восстановлением сферы влияния. Однако это желание Москвы не следует путать с готовностью Вашингтона или Пекина его удовлетворить. Признать Россию участником переговоров — не значит признать за ней право распоряжаться соседями.

Наиболее сложная ситуация может сложиться в Центральной Азии. Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан, Таджикистан и Туркменистан находятся в пространстве пересечения российских, китайских, турецких, европейских и американских интересов. Москва сохраняет военные, языковые, миграционные и экономические инструменты влияния, но Пекин располагает огромными торговыми, инфраструктурными и инвестиционными возможностями. И здесь возникает вопрос: зачем Си Цзиньпину отдавать России регион, в который Китай десятилетиями вкладывал политические и экономические ресурсы? Пекин не заинтересован в появлении на своих западных границах непредсказуемой российской имперской политики. Китай предпочитает стабильных партнёров, доступ к сырью и транспортным маршрутам, а не новые конфликты и перекройку границ. Поэтому Центральная Азия, скорее всего, станет не предметом прямой передачи Москве, а пространством конкуренции и взаимного ограничения влияния.

Для Южного Кавказа последствия могут оказаться ещё интереснее. Армения, Азербайджан и Грузия уже не находятся в той геополитической конфигурации, которая существовала двадцать лет назад. Российское влияние в регионе ослабло, но Москва не отказалась от стремления сохранить рычаги воздействия. Армения пересматривает прежнюю модель безопасности, Азербайджан укрепил собственную субъектность и проводит независимую многовекторную политику, а Грузия остаётся пространством сложного противостояния внутренних и внешних политических интересов. Для Баку особенно важно, чтобы любые договорённости между Москвой, Вашингтоном и Пекином не превращались в попытку восстановить российское право вето на транспортные маршруты, региональную безопасность или отношения Азербайджана с Турцией. Баку не должен становиться предметом чужого геополитического торга. Его суверенитет не является разменной монетой ни для одной из трёх столиц.

Не менее важным направлением станет Иран. Для Вашингтона это вопрос региональной безопасности, военного присутствия и контроля над эскалацией на Ближнем Востоке. Для Москвы Иран — партнёр в военно-техническом и политическом взаимодействии, а для Пекина — важный энергетический партнёр и элемент его ближневосточной стратегии. Поэтому Трамп может попытаться добиться от Си и Путина определённых гарантий по ограничению поддержки Тегерана. Но взамен Москва может потребовать смягчения санкционного давления, а Пекин — гарантий, что американская политика сдерживания не будет направлена на ограничение его экономических и стратегических интересов. Отдельной темой останется Тайвань. Москва традиционно поддерживает позицию Пекина по этому вопросу, но Вашингтон не намерен автоматически отказываться от собственных обязательств в сфере безопасности Тайваня. Здесь интересы трёх держав также далеко не совпадают.

Есть ещё один важный участник этой дипломатической конструкции, который не сидит за столом переговоров, но внимательно следит за происходящим, — Европа. Если Вашингтон начнёт рассматривать отношения с Москвой исключительно через призму американских интересов, европейцам придётся самостоятельно отвечать на последствия возможного изменения баланса безопасности. Для Польши, стран Балтии, Финляндии и других государств восточного фланга НАТО любое смягчение американской позиции по России станет поводом для серьёзной тревоги. Но и сами европейцы не должны забывать, что российская внешняя политика не сводится к отношениям с Вашингтоном: Кремль заинтересован в том, чтобы европейская солидарность ослабевала, а отдельные государства искали собственные договорённости с Москвой.

Так чего же ждать от Шэньчжэня? Associated Press, ссылаясь на оценки американских и международных экспертов, характеризует перспективы встречи скорее как символические, чем содержательные: серьёзных прорывов и готовых соглашений пока не ожидается. Это, пожалуй, наиболее реалистичная оценка. Си Цзиньпин хочет продемонстрировать, что Китай способен собирать за одним столом крупнейшие державы. Трамп заинтересован в дипломатическом результате, который можно представить американской аудитории как достижение собственной администрации. Путин хочет вернуть России статус государства, с которым обязаны считаться при обсуждении мировых проблем. Все трое получат политические дивиденды от самой встречи, но ни один из них не собирается добровольно отказываться от собственных стратегических интересов. Поэтому Шэньчжэнь может стать не новой Ялтой, а началом торга о правилах конкуренции в XXI веке. И если кто-то действительно надеется, что в Китае Путина торжественно коронуют в качестве восстановленного императора постсоветского пространства, ему стоит напомнить: у Си Цзиньпина собственные имперские амбиции, а Трамп приехал защищать американские интересы, а не возвращать России утраченную советскую географию. Три президента могут договориться о правилах большой игры, но это ещё не означает, что остальные страны обязаны становиться её фигурами.

Автор
Агиль Гахраманов

Для получения более подробной информации и свежих новостей, следите за обновлениями на Icma.az.
seeПросмотров:82
embedИсточник:https://zerkalo.az
archiveЭта новость заархивирована с источника 17 Ноября 2026 14:47
0 Комментариев
Войдите, чтобы оставлять комментарии...
Будьте первыми, кто ответит на публикацию...
topСамые читаемые
Самые обсуждаемые события прямо сейчас

Команда Азербайджана, участвовавшая в IV Летних юношеских Олимпийских играх, вернулась на Родину

15 Ноября 2026 17:04see284

Клуб Ахундзаде положил глаз на еще одного футболиста Карабаха

15 Ноября 2026 17:20see259

Италия предоставит Украине доступ к разведданным двух военных спутников

15 Ноября 2026 17:51see255

Турецкие тренеры отметили проблемы своих клубов

15 Ноября 2026 16:32see247

Президент Ильхам Алиев: Особый импульс развитию азербайджанского телерадиовещания придали внимание и забота Общенационального лидера Гейдара Алиев

15 Ноября 2026 20:06see242

Microsoft оказалась косвенно причастна к отравлению постояльцев отеля

15 Ноября 2026 23:57see233

Армяне подрались в эфире Общественного телевидения ВИДЕО

16 Ноября 2026 00:55see220

Раскрыт объем поставок газа по TAP в Европу за шесть лет

16 Ноября 2026 15:03see207

В США требуют жестко ограничить экспорт чипов после скандала вокруг Nvidia

15 Ноября 2026 20:15see203

Роналдиньо вернулся в профессиональный футбол

16 Ноября 2026 02:00see199

Школьник из Азербайджана завоевал золото на турнире в Казахстане

16 Ноября 2026 03:16see199

В Сальяне автомобиль перевернулся на трассе: пострадали мать и дочь

15 Ноября 2026 20:32see189

Украинский эксперт: Мингячевирская ГАЭС может открыть новые возможности для развития возобновляемой энергетики в Азербайджане

16 Ноября 2026 17:36see183

Хикмет Гаджиев обсудил с Магдаленой Гроно партнерство Азербайджана и ЕС

16 Ноября 2026 23:05see183

Кредитные вложения в экономику Азербайджана выросли на 15,1%

16 Ноября 2026 02:16see180

Наследие старой Москвы ожило в Баку сёстры, изменившие эпоху (ФОТО)

16 Ноября 2026 16:27see176

Тайна пропавшего гобоя

16 Ноября 2026 13:29see171

В Азербайджане предупредили об опасности самолечения по советам искусственного интеллекта

16 Ноября 2026 21:12see168

Два азербайджанских боксера продолжат борьбу за медали чемпионата Европы

16 Ноября 2026 21:01see156

Делегация Азербайджана приняла участие в заседании Совета министров ОЭС

16 Ноября 2026 18:29see155
newsПоследние новости
Самые свежие и актуальные события дня