Алиев начинает технологическое перевооружение статья концептуальная Haqqin

Истекает первая четверть XXI столетия, заметно изменившая во всем мире пропорции углеводородной и возобновляемой энергетики. Не является в этом плане исключением и Азербайджан, также стремящийся оказаться на гребне волны «зелёной» экономики.

В середине декабря президент Ильхам Алиев утвердил протокол о внесении изменений в "Соглашение о стратегическом партнерстве между Азербайджаном, Грузией, Румынией и Венгрией, касающегося экспорта азербайджанской электроэнергии по подводному черноморскому кабелю", в соответствии с которыми проект вступит в первую стадию строительства уже в конце 2025 - начале 2026 года.

В чем же заключается новая экспортная стратегия Азербайджана и из каких элементов формируется композиция ресурсного азербайджанского "Контракта XXI века", который принял эстафету от своего углеводородного предшественника?

Алиев утвердил протокол о внесении изменений в "Соглашение о стратегическом партнерстве между Азербайджаном, Грузией, Румынией и Венгрией, касающегося экспорта азербайджанской электроэнергии по подводному черноморскому кабелю"

Аналогия с нефтяным "Контрактом века" здесь прямая, учитывая, что выработка и поставка возобновляемого электричества может стать своеобразным пропуском в во вторую и третью четверти XXI века, каким в свое время был углеводородный экспорт.

Конечно, нужно отдавать отчёт в принципиальной разнице между энергетикой нефтяной и возобновляемой. Это все равно, как отличие мира индустриальной экономики от постиндустриальной. И если в «нефтянке» речь о более солидных объемах капиталовложений и большем обратном притоке валюты в резервные фонды, то в случае с возобновляемыми источниками энергии (ВИЭ) - это распределенные вложения меньших масштабов, но возможные по всей территории нашей страны, от Карабаха и Зангезура до Апшерона и островных станций в море. И все это - без привязки к точкам месторождений.

Главный  ориентир - на атмосферно-климатические и геофизические условия локализации станций ВИЭ.

Нефтяная экономика даёт постоянный, пусть и не всегда большой, приток валюты, наполняя резервные фонды. В среднесрочной перспективе доходность нефтяной экономики вряд ли снизится до нуля, хотя есть и такие прогнозы.

Аналогия с нефтяным "Контрактом века" здесь прямая, учитывая, что выработка и поставка возобновляемого электричества может стать своеобразным пропуском в во вторую и третью четверти XXI века, каким в свое время был углеводородный экспорт

Возобновляемая же энергетика, если мы говорим о сравнительно благоприятной к ВИЭ кавказской части Евразии, на данный момент - пока еще не столько история экономического успеха, сколько набор узко специфических плюсов.

Но при этом в Азербайджане реализация элементов "экономики возобновляемых ресурсов" – это серьезный фактор причастности страны к технологической семье стран "первого мира". И конечно, в него уже заложена модель доходности, определяемая различной рыночной стоимостью в каждой из стран потребления (или регионов), в которые можно направить по проводам новый азербайджанский экспорт.

При том, что отдельные государства идут по пути развития исключительно элементов ВИЭ в ущерб углерододобывающим компаниям и их мероприятиям по разведке и добыче, некоторые страны, тем не менее, сохраняют преимущество одновременного наличия двух инструментов, позволяющих комбинировать и сочетать экспорт как нефти, так и возобновляемых источников энергии.

Для Азербайджана эта формула выглядит следующим образом – чем больше выработка ВИЭ для внутреннего потребления, тем шире возможности по увеличению объемов продажи природного газа на внешние рынки.

Несколько примеров для иллюстрации.

Солнечная электростанция "Карадаг" (мощностью 230 мегаватт (МВт), запущенная в эксплуатацию в октябре 2023 года, позволит перенаправить на внутренние нужды или на экспорт 110 миллионов кубометров газа в год. Кстати, это первая станция, построенная в Азербайджане за счет иностранных инвестиций, составивших 225 миллионов долларов. Похожая бизнес-модель будет реализована и в процессе реализации других проектов.

"Карадаг" - это первая станция, построенная в Азербайджане за счет иностранных инвестиций, составивших 225 миллионов долларов

Один из центральных проектов 2024 года – это двойное соглашение с саудовской ACWA Power и компанией Masdar из ОАЭ, регламентирующее реализацию двух проектов ветровой и солнечной генерации мощностью 440 МВт. Данный проект позволит ежегодно экономить порядка 300 миллионов кубометров газа.

И, наконец, наиболее многообещающим проектом первого этапа азербайджанской "экономики ВИЭ" стали результаты многосторонних переговоров между компаниями SOCAR Green и Masdar совместно с Европейским Банком реконструкции и развития, Азиатским банком развития и Азиатским банком инфраструктурных инвестиций.

Речь идет о проекте трех станций ВИЭ совокупной мощностью 1.000 МВт., в рамках которого будут объединены солнечная электростанция (СЭС) в Билясуварском районе мощностью 445 МВт, СЭС в Нефтечалинском районе мощностью 315 МВт и ветроэлектростанция мощностью 240 МВт в Апшерон-Карадагском районе. В совокупности на трех этих станциях ВИЭ ежегодно планируется производить более двух миллиардов киловатт-часов «зеленой» энергии, которые позволят ежегодно экономить около 500 миллионов кубометров природного газа, а также предотвратить выброс в атмосферу более 940 тысяч тонн углекислого газа.

Таким образом, только на первом этапе реализации "экономики возобновляемой генерации" Азербайджан получит порядка одного миллиарда кубометров освобождённого природного газа, который можно будет направить на экспорт.

В целом же, Кабинет Министров Азербайджана в рамках запланированных реформ энергетического рынка разработал закон о возобновляемых источниках энергии, в который заложено обязательство довести к 2030 году выработку возобновляемой генерации до 30 процентов потребляемых мощностей, что почти вдвое превышает показатель 2018 года (16 процентов).

Речь идет о проекте трех станций ВИЭ совокупной мощностью 1.000 МВт., в рамках которого будут объединены солнечная электростанция (СЭС) в Билясуварском районе мощностью 445 МВт, СЭС в Нефтечалинском районе мощностью 315 МВт и ветроэлектростанция мощностью 240 МВт в Апшерон-Карадагском районе

В руках западного, точнее евроатлантического мира, переход на возобновляемую энергетику стал не только фактором технологического преимущества, но и способом экономического давления на страны "второго" и "третьего" мира, включая такие азиатские сверхдержавы, как Индия и Китай. В некотором смысле повторяется история с американской модуляцией вокруг статуса "нерыночной экономики", который в свое время ввело Министерство торговли США в отношении Российской Федерации, Китая, Армении, Азербайджана, Грузии, Узбекистана и ряда других государств.

Как известно, ограничения, накладываемые на страны "нерыночной экономики", носят откровенно политический характер и никак не привязаны к реальному уровню экономического и технологического развития. В результате статус страны с "нерыночной экономикой" позволяет Министерству торговли США не учитывать в процессе антидемпинговых процедур издержки, понесенные экспортером в своей стране. Вместо этого учитываются издержки при производстве аналогичного товара в третьих странах, которые, как правило, сильно занижаются.

Экологические программы крупнейших мировых игроков, прежде всего, ЕС и США, автоматически приводят к росту разницы в производственных издержках, а значит, и к различиям в конкурентоспособности.

В конечном счете такая политика будет подталкивать страны с углеводородной экономикой к вынужденному отказу от добычи углеводородов, поскольку издержки от их использования и экспорта будут чрезмерно велики. Если же какое-то государство не подчинится этим правилам, то в дополнение к «нерыночному» статусу оно рискует получить вдобавок клеймо «экологически неблагополучной страны», чреватое дополнительными пошлинами на экспортные товары.

Именно по этой причине такие нефтедобывающие страны, как Саудовская Аравия и ОАЭ были одними из первых в мире, кто начал создавать мощные компании, реализующие проекты возобновляемой генерации по всему миру, в том числе, в Азербайджане.

Все перечисленное выше - лишь основа списка принципиальных отличий в экономике двух способов промышленной генерации и торговли электроэнергией.

Таким образом, реализуя элементы «экономики возобновляемой энергетики», Азербайджан одновременно достигает нескольких целей. А именно, проводит технологическое перевооружение, привязывает страны-потребители в Восточной Европе к своей электрогенерации и получает возможность оперировать квотами на "углеродный след", уходя от риска заполучить в будущем статус "экологически неблагоприятной страны".