Анатомия несырьевого рекорда

Статистика растет за счет драгметалла

В экспертных кругах продолжают обсуждать рекордный рост несырьевого экспорта и его природу. Дискуссия разворачивается вокруг структуры поставок: номинальный рекорд во многом обеспечен не сложной промышленной продукцией, а масштабным экспортом драгметалла.

По данным таможни, несырьевой экспорт за первые семь месяцев текущего года показал впечатляющий результат: объем поставок вырос с $2,09 млрд до $5,93 млрд. При этом доля несырьевого сектора в общем экспорте поднялась с 13,7% до 30,7%. Статистика этого года выглядят как серьезное ускорение диверсификации экономики, но, если разобрать экспорт по составу, всплывает немаловажный нюанс.

Главную роль в рекордно подросшего уровня сыграло золото, поясняет экономист Эльданиз Амиров. За январь - июль страна продала его на $3,71 млрд - 62,49% всего несырьевого экспорта. Вследствие этого оценивать нынешний результат только по общей сумме было бы неправильно. О том, что стоит за этими цифрами и какие направления действительно показывают рост производства, экономист делится ниже:

«Если убрать золото из общей суммы несырьевого экспорта останется $2,23 млрд. Иными словами, почти весь резкий прирост связан с продажей крупного объема драгоценного металла, а не с сопоставимым расширением традиционного несырьевого производства».

Особенно наглядно это видно по динамике первых месяцев года. Так, за январь - март несырьевой экспорт составлял всего $862 млн. К концу апреля показатель подскочил до $4,70 млрд. Причина - крупная продажа золота, накопленного в предыдущие годы. Уже к концу апреля объем экспорта золота достиг $3,60 млрд. Получается, около 97% от $3,71 млрд, полученных от продажи золота за семь месяцев, пришлось на первые четыре месяца нынешнего финансового года.

Сам по себе такой шаг спикер оценивает положительно. При высоких мировых ценах реализация накопленного актива может быть вполне рациональным решением с точки зрения управления финансовыми ресурсами. Она приносит стране валюту и укрепляет финансовое положение.

«Воспользовавшись высокими ценами на золото на мировом рынке, продажа такого большого объема драгметалла является стратегически мудрым и экономически обоснованным шагом», - говорит экономист.

Но для оценки состояния несырьевого экспорта важно отделить этот разовый или периодический результат от доходов, которые формируются постоянным производством и регулярными поставками товаров за рубеж. Продажа накопленного актива способна заметно увеличить валютные поступления в конкретный период, однако ее влияние на долгосрочную устойчивость экономики отличается от эффекта, связанного с расширением производственной базы.

Такая же осторожность нужна при оценке остальных позиций несырьевого экспорта: значительная их часть связана с природными ресурсами и их первичной переработкой. Так, за отчетные месяцы экспорт пластика и изделий из него составил $203 млн, продукции химической промышленности - $184 млн. В последней позиции $55 млн приходится на метанол, еще $88 млн - на азотные удобрения, производство которых связано с нефтегазовой и нефтехимической базой страны.

При этом по обеим позициям наблюдается снижение. Экспорт продукции химической промышленности сократился со $194 млн за сопоставимое время прошлого года до $184 млн в нынешнем году, пластика и изделий из него - с $222 млн до $203 млн.

Есть и другая ресурсная группа, где динамика положительная. Например, экспорт алюминия вырос со $119 млн до $165 млн. Его производство и переработка создают добавленную стоимость внутри страны, однако и здесь при анализе структуры экспорта важно учитывать сырьевую основу продукции.

Гораздо интереснее выглядят позиции, связанные с сельским хозяйством и текстильным производством. Выручка от реализации овощей и фруктов выросла с $506 млн до $589 млн, хлопкового волокна - со $110 млн до $137 млн, хлопчатобумажной пряжи - с $17 млн до $31 млн.

Описанная динамика, как отмечает аналитик, имеет особое значение для долгосрочной диверсификации. В отличие от крупной продажи накопленного золота, увеличение поставок продукции, которую страна регулярно производит и экспортирует, расширяет устойчивую доходную базу экономики.

Так что нынешний рост несырьевого экспорта предполагает сразу два разных маркера. С одной стороны, $5,93 млрд представляет собой сильный статистический результат, а крупная продажа золота обеспечила значительный приток валюты. С другой - после исключения золота и учета ресурсной составляющей других экспортных товаров масштаб роста традиционного несырьевого сектора выглядит гораздо скромнее.

«Важно отдельно рассмотреть его структуру и основные факторы, определяющие рост», - уверен специалист.

Для дальнейшей оценки экспортной политики, по его мнению, стоит последовательно разделять три группы: влияние золота, нефтехимическую и другую ресурсную продукцию, а затем уже смотреть на динамику товаров, производимых в диверсифицированных секторах экономики.

В стране при этом сохраняются значительные возможности для расширения такого экспорта. Рост поставок сельхозпродукции, хлопка и текстильного сырья показывает, что отдельные направления уже дают результат. Если эта динамика будет подкреплена расширением производства и переработки, страна сможет постепенно увеличивать ту часть экспортных доходов, которая формируется не за счет разовых продаж активов, а благодаря постоянной работе предприятий и новых производств.