Европейская мечта и цена выбора

Армения идет навстречу призрачным перспективам, рискуя потерять реальные преимущества

Мир большой политики не любит ине терпит слабых, при первой же возможности отвергая их претензии иожидания. Отторжение происходит без промедления, потому что ибез колеблющихся участников претендентов на лидирующие позиции всегда хватает.

Причина такого строгого отбора в том, что правила игры устанавливают сильные, для которых всегда действует золотой принцип бескомпромиссности. Уверенные в себе акторы никогда не подстраиваются под желания и требования других, не позволяют вовлекать себя в чужие рамки. Отсюда и возникают жесткие условия, когда уже на первых порах притирки выявляются слабости, ошибки и пороки временных попутчиков.

Игра Запада с третьим миром, или, говоря по-современному, противостояние Глобального Севера и Глобального Юга, ныне вышла на крутой вираж, где обнажаются особые качества наиболее гибких и маневренных игроков. И здесь речь уже не столько о признанных лидерах передового мира, сколько о государствах, которые подтянулись и не подстраиваются под чужие конструкции. Они выдвигают собственные видения и даже правила. И если ранее похвальными качествами, как правило, отличались западники, то теперь завидную изобретательность и креативность демонстрируют лидеры новой формации.

Южный Кавказ стал ареной мировой геополитики не на ровном месте, а благодаря прагматичной политике Азербайджана, который задал новые тренды в большой интеграции, вовлекая в нарастающий процесс новых игроков. Курс реформ Президента Ильхама Алиева рассчитан не на одну отдельно взятую страну или только на один Азербайджан, а на государства, которые располагают преимуществами и возможностями для выхода на новый уровень развития.

Официальный Баку, настроив свои прицелы и обозначив алгоритмы решения национальных задач, стал создавать собственную модель развития, которая позволила ему шагнуть за рамки национальных границ. Определение своего места в региональных и глобальных конфигурациях подразумевает учет интересов потенциальных партнеров, где соседям принадлежит определяющее место.

Азербайджаном была сделана ставка исключительно на собственные силы и выстраивание равноправных отношений с внешними центрами. Главным капиталом страны оказался не столько фактор сырьевых ресурсов, сколько способность точно соизмерять свои возможности и величины с параметрами внешней среды. И это при том, что никогда и нигде новичков не встречают с распростертыми объятиями. Наоборот, их встречают назидательно, готовя для них далеко не комфортные условия.

Для Запада вообще, а для Европейского Союза в частности постсоветская шестерка - три кавказских и три восточноевропейских государства - стала своего рода площадкой для эксперимента, в рамках которой решено было отрабатывать механизмы поэтапного подчинения. Обозначив планки допустимого для каждой из стран, Брюссель тихо зондировал почву, чтобы определить границы возможного в плане навязывания своих стандартов жизни и нормативов социально-экономического переустройства.

Западные институты умеют щеголять не только пряниками, но и размахивать кнутами. С конца 90-х различные демократические центры и институты прав человека усиленно отрабатывали революционные технологии на поле каждой из шести стран. Было понятно, что стремление к созданию современной инфраструктуры с использованием новых технологических достижений, к чему, естественно, стремились молодые государства, имело под собой и невидимую тревожную сторону. Поскольку любые инфраструктурные преобразования с подключением достижений сильных подразумевают не только импорт капиталов и технологий, но и приток новых правил и ценностей. Значит, инфраструктура в готовом виде - это не только инструмент развития, но и средство воздействия, а то и давления.

Элиты новых государств познали на своем опыте особенности близкого соприкосновения с западными технологическими достижениями, к которым прилагались дополнения в виде эталонов и ценностей образа жизни. Запущенный Западом революционный поезд пришел в движение по заранее заданному маршруту, избрав в качестве узловых станций шесть направлений. Однако не везде его встречали с воодушевлением и восторгом, а в некоторых случаях он и вовсе не удостоился внимания «принимающих» сторон. Его препроводили дальше от главных станций.

Пик притирки Европы с государствами - участниками программы «Восточное партнерство» пришелся на 2013 год, когда всплыла инициатива об ассоциации с ЕС. Брюссель с одобрения Вашингтона отработал правовой документ, регулирующий сотрудничество и политико-экономическую интеграцию Евросоюза в основном с шестью постсоветскими странами.

На первый взгляд, ничего предосудительного в нем не было, поскольку документ предусматривал сближение новых государств с западным миром. В нем были прописаны условия проведения политических, судебных и экономических реформ в обмен на финансовую помощь и доступ к рынкам ЕС. Однако особенности интеграции и правила взаимодействия предполагали неукоснительное принятие новыми партнерами стандартов и регламентов ЕС. По сути, правила устанавливались Брюсселем и не подразумевали учета интересов «шестерки».

Баку отказался брать кота в мешке, усмотрев в предложенных условиях не только невыгодные положения, но и дискриминацию в процедурах и регламентах. Принципиальность азербайджанской стороны вызвала раздражение инициаторов инициативы, которые не замедлили развернуть кампанию давления на Баку, справедливо ставивший вопрос о необходимости корректировки стандартного соглашения и изменения условий сотрудничества на равноправной основе. Если говорить коротко, Баку отказался принимать условия, ущемляющие его интересы, предложив сохранить уже опробованные правила взаимодействия.

В ответ европейская бюрократия пустила в ход свое коронное оружие - предоставление безвизового режима гражданам стран «шестерки». Оно стало своеобразной приманкой и одновременно поощрительной мерой для будущих отношений. Украина, Молдова и Грузия поддались, приняв правила и обязательства Брюсселя. Однако впоследствии перед каждой из этих стран возникли непростые обстоятельства, связанные с обустройством не только внешней, но и внутренней политики.

Значение Южного Кавказа для Европы всегда представлялось стратегически важным ввиду его географического положения. Выражаясь метафоричным языком небезызвестного Збигнева Бжезинского, регион представлял собой «пробку в сосуде», овладение которой представлялось безальтернативным выбором. Баку с самого начала осознал, что единственно верным решением должен стать отказ от ассоциативного соглашения в пользу выстраивания предметно обоснованных целей и задач сотрудничества.

Однако Грузия раскрыла объятия европейским институтам, безоглядно доверившись стороне, которая пошла на щедрое финансирование гражданского сектора страны с далеко идущими планами. Впоследствии отношения между Тбилиси и Брюсселем резко обострились после выхода на арену политической силы «Грузинская мечта» из-за фундаментальных расхождений в понимании демократических ценностей, суверенитета и внешнеполитического курса.

В декабре 2023 года Грузия официально получила статус кандидата в члены ЕС, заработав в придачу вожделенный «безвиз». Однако уже в 2024 году процесс евроинтеграции оказался фактически замороженным. Евросоюз заявил, что курс Тбилиси противоречит европейским стандартам, а 27 июня 2024 года констатировал де-факто остановку процесса вступления. После парламентских выборов 2024 года Брюссель вновь подверг критике действия грузинских властей и указал на недостаточный прогресс в проведении необходимых реформ.

Европейские институты также пересмотрели финансовую поддержку властям Грузии. В 2024 году ЕС объявил о приостановке €121,3 млн прямой помощи грузинскому правительству.

Из кавказской тройки на марше по пути в Европу остается Армения, у которой сложилась своя «трогательная» история взаимодействия со Старым континентом. К этому процессу приложились предыдущие власти страны, которые не просто опростоволосились, а по-настоящему опозорились. В досточтимом 2013 году экс-президент Серж Саргсян вознамерился удивить мир тонкой европейской дипломатией, позарившись на ассоциированное соглашение, но угодил в геополитический клинч с Москвой. Кремль дал по шапке Иревану, напомнив ему о своих обязательствах перед сюзереном. История достаточно нашумевшая, чтобы подробно на ней останавливаться.

Наученный горьким опытом предшественника, Никол Пашинян идет своим путем, лелея надежду пробить европейскую твердыню легким демократическим наскоком. Но он переоценивает свои возможности. В Брюсселе пока считают преждевременным обсуждать конкретные даты введения безвизового режима для граждан Армении. Иревану уже доведено, что переговоры будут продолжены, а говорить о 2029 годе как о переломном пока рано.

ЕС охотно обсуждает различные направления укрепления отношений, выявляя возможности армянской стороны в плане достижения необходимой степени готовности. Вот здесь и зарыта собака. Знать бы, что подразумевается под понятием «необходимая степень готовности». На этот счет функционеры ЕС озвучивают всякую всячину, но без конкретики. Это тот самый момент, когда абстракция предоставляет неограниченное поле для маневра, чтобы вести доверчивого спарринга по ложным путям ровно столько, сколько понадобится.

Особенности брюссельской бюрократии и отработанные ею механизмы принятия решений - это нечто. Чтобы держать наивных претендентов на партнерство на коротком поводке, чиновники ЕС умеют делать своевременные прививки от уныния. В отношении Армении это работает. Но Никол Пашинян, задав высокую планку приоритетов, уже не может пренебрегать мнением своего общества. Он, как истый демократ, подотчетен не только своим избирателям, но и народу.

Судьба отношений с Европой, к которой тянется «Гражданский договор», - это конек, которым власть прикрывается перед очевидным напором северного соседа. Москва требует от Пашиняна определенности, чтобы не было соблазна вернуться к практике двух стульев. Но Иреван делает вид, что все идет по заранее заданной траектории и ничего тревожного в политике двуединности нет. Может, для Армении это нормальное состояние, но Россия требует от Пашиняна ясности и четкого выбора по схеме «или-или».

Брюссель, понимая щекотливость положения армянской власти, обещает привлекательную перспективу, но не гарантирует стопроцентного результата. «Углубление отношений, стратегическое партнерство, прелести европейской интеграции, либерализация визового режима, реформы и общие ценности» - все это пустые эпитеты, за которыми ничего предметного не стоит. И как это обычно бывает в диалоге сильного со слабым, фавориту есть чем занимать ведомого, требуя вначале больших уступок.

Даже если Брюссель, сделав исключение для Армении, введет безвизовый режим, на этом все и закончится. Это преимущество не гарантирует членства в ЕС. Это лишь возможность для граждан страны совершать краткосрочные поездки без получения визы при соблюдении установленных правил, не имея при этом права на трудоустройство. И все.

Брюссель располагает широким набором механизмов давления на партнеров, и такое положение вещей вполне устраивает европейских чиновников. Другое дело - Армения, которая уверенно движется навстречу призрачным целям, одновременно теряя реальные преимущества от взаимодействия с традиционным партнером. С Россией все стало понятно после Карабахской войны, которую Армения проиграла. Виноватыми армяне сделали россиян.

Однако теперь Баку дает Иревану понять, что он не должен идти на заведомо проигрышные варианты, имея в наличии реальные преференции. Иначе можно остаться с носом, лишившись всех выгод.

Горестно признавать, но это факт: с 8 августа 2025 года Армения так и не сочла нужным выполнить взятые на себя в Вашингтоне обязательства по мирному урегулированию. Если не считать вотума недоверия Минской группе ОБСЕ, который был вынесен совместно с Азербайджаном в американской столице прошлым летом. Из 17-пунктного плана Иреван ничего не сделал, чтобы хоть на шаг приблизить всеобъемлющий мир. То ли решительности не хватает, то ли иллюзии заслонили взор.

Смотреть на действующее положение вещей и в упор не замечать собственного блага - это нонсенс. Ответственность за положение прямиком лежит на Николе Пашиняне, который продолжает крутить старую пластинку о демократии, реальной Армении и пятой республике. Но кредит доверия собственных граждан - тоже вещь не вечная, и об этом необходимо помнить, особенно если правила прописываешь не ты и задерживаешь не только свое, но и движение соседей. Вечно ждать твоих решений уж точно никто не будет.