Когда церковь становится политикой

О противостоянии власти и духовного института в Армении

Поиск виноватых в сложной ситуации редко способствует стабилизации или принятию правильных решений. Наоборот, он обостряет конфликт, делает решение проблем практически невозможным и порождает нескончаемые пересуды.

Чаще всего этим занимаются люди, подверженные иррациональному мышлению. Они стремятся любыми способами снять с себя ответственность за кризис, стараясь обвинить других.

Примерно такая ситуация сложилась в Армении, где системный кризис продолжает нарастать, а маргинальные политические силы гиперболизируют ошибки Никола Пашиняна, превращая его в главного виновника всех проблем.

В их глазах он - главный антигерой, за которым будто бы тянется шлейф непростительных ошибок.

Злостные критики премьер-министра утверждают, что он злоупотребил доверием народа и разрушил конструкцию национальной безопасности. В качестве доказательства приводятся так называемые «разрушение союзов», дискредитация армии и нападения на церковь.

Что касается конфронтации властей с религиозным институтом, критики Никола Пашиняна считают его действия совершенно недопустимыми, обвиняя в нападении на «святую святых». В их восприятии премьер-министр страны предстает не только как политический отступник, но и как крупный грешник.

Особенно примечательны умозаключения оппонентов власти, которые строятся на огульных обвинениях, непонятных сравнениях и приписывании объекту критики непростительных ошибок. Например, приравнивание Пашиняном католикоса всех армян Гарегина II к свергнутому в 2018 году президенту Сержу Саргсяну выглядит абсолютно неправомерным. В глазах критиков это считается страшным богохульством.

Безгрешные обвинители утверждают: раз он осмелился на такое, значит, по меньшей мере, является обладателем примитивного и безответственного мышления, прямо противоречащего здравой логике.

Непонятно, на каких основаниях так называемые «аналитики» выносят абстрактные вердикты, приписывая премьер-министру надуманные обвинения и утверждая, что он якобы публично демонстрирует непонимание фундаментальной разницы между политической властью и духовной миссией церкви. Если рассматривать ситуацию внимательно, становится ясно: Пашинян не только осознает различие между двумя ветвями власти, но и стремится обратить внимание общества на вопиющие прегрешения духовного института, уходящие корнями в середину XIX века.

Армянские религиозные деятели, будучи родоначальниками террористических группировок, впоследствии переродившихся в политические партии, заложили платформу идеологии человеконенавистничества и пещерного национализма на Кавказе, будучи поздней нацией региона. Переселившись на исконные тюркские земли Кавказа после русско-иранской войны 1828 года, они запустили механизмы террора, чтобы застолбить за собой преимущество в решении территориального вопроса.

Не имевшие собственной традиции государственности армяне на рубеже веков поддавались влиянию церкви, которая монополизировала функцию «смотрящей силы». Оружие, запрещенная литература и подрывные средства доставлялись в Южный Кавказ из Европы и Ближнего Востока через церковные каналы. Все это распределялось между боевыми группами армян, которые к концу XIX века уже вынашивали захватнические планы, наводя ужас на местное мусульманское население.

Церковь стремилась держать бразды правления в своих руках: как коллективный организатор, как идеологический центр, а нередко и как оперативный штаб. Она оставалась распорядителем финансовых потоков и одновременно вела кадровую политику, соперничая с государственными структурами.

До появления армянской государственности церковь выполняла роль объединителя армянских сил, нацеленных на реализацию вековой мечты о создании национального очага. Аппетиты безземельных армян росли в геометрической прогрессии. До наших дней их амбиции принимают фантастические формы: они утверждают, что построили Тбилиси, что Баку создан армянскими зодчими, и что весь Кавказ почти является их «родной обителью».

Не случайно Никол Пашинян стремится пробудить в национальном сознании чувство реальной, а не мнимой Армении.

Премьер-министр хорошо осознает ситуацию: в поствоенной обстановке угрозу конституционному порядку представляет не светская власть и не оппозиция, а церковь. Она стала оплотом сопротивления законной власти, провоцирует гражданские противостояния, ведет политическую пропаганду против правительства и выступает объединителем разрозненной оппозиции. Кроме того, церковь поддерживает связи с внешними силами и, прикрываясь религиозными предписаниями, ведет деятельность, несовместимую с ее прямой обязанностью.

Сколько бы противники власти ни утверждали, что религиозный институт «не занимается политикой», а католикос «не является политической фигурой», на практике доказать обратное не составляет труда. Если католикос действительно является духовным отцом нации, он обязан быть примирителем и беспристрастным судьей в обществе. Но выполняет ли он эту роль?

Прекрасным примером в этом плане является предстоятель Грузинской православной церкви Илия II. Он совершенно не вмешивается в политические процессы. Когда в Грузии происходили сложные политические события, приведшие к расколу общества, проявились высокие моральные качества высшего иерарха. Илия II спокойно и беспристрастно урегулировал вопросы, вызвавшие повышенную турбулентность. Его непререкаемый авторитет и степенный нрав остудили пыл горячих голов, которые выступали за вестернизацию. Призыв защитить национальные традиции, исконно грузинские моральные устои и ценности предков был услышан обществом. Илия II выступил выразителем мягкой силы, которая предотвратила волнения и гражданское противостояние. Его слово было услышано народом.

Было ли нечто подобное в Армении? Нет. Армянская церковь активно вовлечена в политические процессы и явно поддерживает деструктивные силы, вызывающие раздражение у подавляющего большинства граждан страны. Действия католикоса Гарегина II не соответствуют своду норм и требований, возложенных на руководителя духовной власти.

Если вспомнить, как церковные представители, например поп Галстанян, попытались возглавить политический марш против власти, заручившись предварительно благословением католикоса, многое становится понятным. Армянская церковь явно занимается не своими прямыми обязанностями. Вместо того чтобы призывать людей к консенсусу, она противопоставляет одних граждан другим.

Что должна делать власть, когда духовный институт фактически подстрекает население, формируя фронт сопротивления законному конституционному строю? Верно - защищать порядок и конституцию, одновременно позаботившись о «чистке» рядов духовных иерархов, зараженных бациллами склок и поджигательства. При этом эта работа не должна ложиться на плечи государства напрямую, а вверяться совестливым и по-настоящему честным служителям культа.

Экзистенциальный кризис, в котором сегодня оказывается Армения, не возник внезапно. Он формировался в течение десятилетий, когда общество подвергалось опасным экспериментам со стороны предыдущих властей. Попытки превратить граждан страны в своего рода «народ-армию», которыми непосредственно занимались экс-президенты Роберт Кочарян и Серж Саргсян, осуществлялись не только с ведома, но и при прямой моральной и организационно-финансовой поддержке церкви. Если это не политика, то что тогда?

Революционные события 2018 года, когда народ избавился от премьера-казнокрада Сержа Саргсяна, были поддержаны большинством граждан, и именно тогда люди поверили Николу Пашиняну. Победитель пообещал вывести страну из тяжелой стагнации. Но затем грянула война, которая расставила многое по местам в регионе. Армия Кочаряна и Саргсяна была повержена, и Баку ясно дал понять, что ставка на жесткую силу армянского истеблишмента исчерпала себя.

С тех пор утекло много воды - и в Куре, и в Аразе - и уже не осталось сомнений: Армения больше не станет возмутителем спокойствия. Это осознал и Никол Пашинян, которому народ вверил мандат доверия на последних парламентских выборах. Новая власть поняла, что избавление страны от карабахской удавки является вопросом выживания. Оккупированные территории Азербайджана вернулись в родную гавань, а победитель черным по белому изложил условия для армянской стороны, выработав «дорожную карту» по созданию устойчивого и благоприятного режима в регионе.

Победа Азербайджана в многолетнем споре была предопределена. Тем не менее многие в Армении, стоявшие у истоков большого обмана под названием «карабахский вопрос», до сих пор с этим не согласны. Так называемая авантюра «миацум» провалилась с треском, и вместе с этим оказались у разбитого корыта те, кто инициировал проигрышную партию.

Однако она дала возможность организаторам кровавой бойни обогатиться за счет своих соплеменников: миллионы оказались в их руках, в то время как народ остался в нищете. Никол Пашинян, хотя и несет ответственность за общенациональный провал, обладает смелостью признать свои ошибки. Он настроен начать все с чистого листа и вернуть страну в ряды дееспособных субъектов. Но ему мешают не столько политические оппоненты, сколько церковный кластер, взваливший на себя роль объединителя недовольных политических сил.

В отличие от предыдущих властей и церковных деятелей, Пашинян говорит народу правду, не уводя его в иллюзии и не кормя обещаниями. Он понимает, что у Азербайджана нет территориальных притязаний к соседям, включая Армению. Это дает премьеру возможность действовать открыто и решительно. Зангезурский коридор будет реализован, и он обещает реальные преференции прежде всего самой Армении. Нечего вокруг очевидного шанса строить конспирологические теории - это удел противников мира и стабильности, и церковные иерархи, похоже, выбрали именно эту сторону.

Те, кто раздувает тему военно-технической мощи Азербайджана, создают мифическую угрозу. Это не просто обывательская риторика, а опасные идеологемы реваншистов. Азербайджан системно вооружается, но как лидер Южного Кавказа он несет основную нагрузку по обеспечению физической безопасности региона. Армении стоит опереться на возможности Баку в построении основ размеренной жизни. Тем, кто не может успокоиться, лучше сосредоточиться на нейтрализации опасностей, исходящих от армянских реваншистов - это будет надежнее и безопаснее.

Пашинян не уклоняется от ответственности за нынешнее положение Армении, поскольку медленно, но верно реализует свою реформенную программу. Оппозиция то и дело пытается вставить ему палки в колеса, чтобы убедить общество в недееспособности правительства, но все эти усилия оказываются тщетными.

Церкви же давно следовало бы занять место на светлой стороне истории. Дальнейшее пребывание в «серой зоне» окончательно подорвет ее авторитет и заставит паству усомниться в искренности тех, кто призван транслировать слово Божье. Религиозный институт обязан призывать людей к консолидации и поиску способов стабилизации обстановки. Он способен на это - вопрос лишь в том, захочет ли он выполнить эту добрую миссию.