Кот в мешке по армянски

Армения на пороге непредсказуемой азартной политической игры

Предстоящие парламентские выборы в соседней стране грозят пройти в условиях глубоко кризиса доверия, размытых избирательных предпочтений и отсутствия ясных коалиционных перспектив 

Предстоящие парламентские выборы в Армении все отчетливее напоминают не столько политический процесс, сколько азартную игру с непрозрачными правилами, где ставки высоки, а исход туманен.

В общественном восприятии эти выборы уже приобрели характер своеобразного «кота в мешке», поскольку ни один из основных участников не способен внятно очертить хотя бы приблизительный сценарий развития событий, а конфигурация будущей власти остается предметом догадок, слухов и нервозных прогнозов. Политическое поле разобщено, предпочтения избирателей нестабильны, а механизмы, призванные обеспечивать предсказуемость, напротив, лишь усиливают неопределенность.

В этой связи показательны оценки армянского политтехнолога Вигена Акопяна, который, анализируя текущий расклад политических сил в стране, фактически ставит под сомнение способность правящей партии «Гражданский договор» удержать доминирующие позиции. По его мнению, вероятность того, что партия власти преодолеет планку в 50%+ голосов, стремится к минимуму, а значит, речь идет о снижении популярности партии от власти.

Более того, если верить его словам, каждый второй гражданин Армении выступает против сохранения нынешней власти, что свидетельствует о глубоком уровне общественного недоверия и накопившемся запросе на перемены.

Однако кризис правящей партии усугубляется еще и тем, что ее потенциальные союзники, на которых можно было бы опереться в случае необходимости формирования коалиции, демонстрируют крайне слабые электоральные позиции. По сути, речь идет о политических силах, которые неспособны даже преодолеть минимальный порог, не говоря уже о том, чтобы стать полноценным партнером в создании устойчивого парламентского большинства. Складывается ситуация, при которой власть теряет поддержку, но при этом не имеет ресурсов для ее компенсации через коалиционные механизмы.

На этом фоне логично возникает гипотеза о возможном поствыборном объединении оппозиции, которая, как показывает опыт последних муниципальных выборов в Армении, способна консолидироваться уже после голосования, используя арифметику суммарных результатов для прихода к власти. В теории такой сценарий выглядит вполне реалистичным, особенно если учитывать, что при отсутствии у «Гражданского договора» абсолютного большинства именно суммарный результат оппонентов может стать решающим фактором. Но на практике и здесь обнаруживается серьезный изъян: сама оппозиция, несмотря на антивластную риторику, демонстрирует хроническую неспособность к объединению.

Характерным примером служит позиция лидера партии «Процветающая Армения» олигарха Гагика Царукяна, который открыто отвергает возможность поддержки кандидатуры второго президента Роберта Кочаряна на пост премьер-министра, тем самым фактически подрывая потенциальный альянс еще до его формирования. Его осторожная, местами уклончивая риторика в отношении других фигур, включая российского бизнесмена армянского происхождения Самвела Карапетяна, лишь подчеркивает отсутствие единой стратегии и наличие внутренних противоречий, которые в критический момент могут оказаться непреодолимыми. В результате оппозиционный лагерь предстает не как альтернатива власти, а как совокупность конкурирующих политических сил, каждая из которых преследует собственные цели и интересы.

Не менее показательна и история с разрывом сотрудничества между инициативами «Айакве» и «Крыльями единства», которые еще недавно говорили о намерении выступить единым фронтом. Подписанный в феврале меморандум, призванный стать основой для консолидации усилий, оказался недолговечным, поскольку стороны не смогли договориться по основным вопросам. Этот эпизод наглядно демонстрирует общую тенденцию, согласно которой даже в условиях необходимости объединения политические игроки оказываются неспособны преодолеть свои амбиции и разногласия.

Последние социологические данные лишь усиливают ощущение неопределенности в Армении. Согласно последнему опросу Gallup International, уровень поддержки правящей партии составляет 24,3%, что, с одной стороны, позволяет ей сохранять лидерство, но, с другой, делает невозможным формирование однопартийного большинства. Второе место занимает «Сильная Армения» Самвела Карапетяна с 13,4%, за ней следует «Процветающая Армения» с 7,9%, тогда как блок «Армения» Роберта Кочаряна и другие силы имеют еще более скромные показатели. Эта мозаика цифр подтверждает раздробленность политического пространства Армении, в котором ни одна из сил не обладает достаточными ресурсами для уверенной победы.

Дополнительным фактором напряженности становится поведение самой власти, которая, по мнению армянского политического обозревателя Акопа Бадаляна, прибегает к тактике «мелких пакостей» в отношении конкурентов. Речь идет о запрете на использование имен в названиях партий, принятом всего за два месяца до выборов, что выглядит как шаг, направленный против конкретных политических проектов, в частности, связанных с Самвелом Карапетяном. Подобные решения, оформленные как технические правки, фактически воспринимаются как проявление неуверенности и свидетельство внутреннего кризиса в правящей элите.

Ситуация усугубляется и тем, что законодательные изменения были проведены в ускоренном режиме - за один день, без полноценного обсуждения, что неизбежно вызывает вопросы. Создается впечатление, что вместо укрепления институциональной базы власть занимается ситуативным маневрированием, пытаясь нивелировать риски, но тем самым лишь усиливая атмосферу недоверия.

В этих условиях предстоящие выборы в Армении превращаются в сложную политическую головоломку, где слишком много вопросов и слишком мало ответов. Участие в кампании широкого спектра сил - от правящего «Гражданского договора» до оппозиционных блоков и новых инициатив делает расклад еще более запутанным. Ни один из сценариев, будь то уверенная победа власти, формирование коалиции или даже второй тур, не может быть с уверенностью спрогнозирован.

В конечном счете армянская политическая система оказывается в состоянии, близком к турбулентности, когда каждый следующий шаг зависит всего лишь от ситуативных совпадений. И если раньше выборы воспринимались как механизм обновления власти, то сегодня они все больше напоминают процесс, способный лишь зафиксировать уже существующий кризис. Именно поэтому главный вопрос заключается не в том, кто победит, а в том, будет ли эта победа означать выход из тупика или, напротив, станет очередным витком затяжной политической неопределенности.