Между оптимизмом и пессимизмом: геополитика стамбульского трека Экспертные мнения на

Состоявшиеся 2 июня в Стамбуле российско-украинские переговоры пока не радуют прорывными результатами. Это, в свою очередь, позволяет делать различные предположения. Например, пессимистичные, заключающиеся в том, что Россия и Украина ни о чем не договорятся, потому что имеют совершенно отличные позиции и никогда от них не отойдут, даже несмотря на активное участие президента США Дональда Трампа. Есть и позитивные взгляды, суть которых в том, что пусть и мелкими шажочками, но стороны движутся к миру, и данный процесс никак не может быть быстротечным. 

Так, президент Турции Эрдоган выразил оптимизм и назвал итоги прошедших 2 июня переговоров «замечательными». А вот президент США Трамп, как пишут мировые СМИ, заявил, что «теряет последние остатки терпения». 

Об основных нестыковках позиций сторон, о том можно ли прийти к компромиссу и конкретным договоренностям, есть ли шанс у стамбульского переговорного трека корреспондент Caliber.Az поговорил с российским и украинским политологами.     

Так, Станислав Притчин, российский политолог, кандидат исторических наук, заведующий сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН (Москва), считает, что сложилась достаточно противоречивая ситуация: накануне переговоров в Стамбуле Украина нанесла массированный удар по гражданским объектам РФ, в частности, были атакованы два пассажирских поезда, есть жертвы.

«Объективно это можно рассматривать как попытки украинской стороны вызвать Россию на эмоциональную реакцию и отказаться от переговоров. Однако российская делегация в Стамбул прибыла – переговоры состоялись. 

Российская сторона согласилась в одностороннем порядке передать Украине 6 тысяч тел солдат и офицеров, а также были решены вопросы по обмену пленными. Все это очень важно с точки зрения выстраивания первых попыток, элементов доверия. Пока уровень контактов позволяет решать только гуманитарные вопросы.

Российская делегация не отказывается от переговоров, идет на контакты по тем вопросам, где украинская сторона проявляет динамику и желает взаимодействовать. В целом, переговоры – штука сложная, когда есть взаимоисключающие позиции. Поэтому здесь мы наблюдаем прогресс по тем вопросам, где идет совместная работа.

По глобальным вопросам, как мы видим, найти точки сближения достаточно проблематично, поэтому ситуация продолжает развиваться по тому же сценарию, то есть, боевые действия продолжаются и договоренностей о прекращения огня пока нет», – сказал политолог. 

На вопрос почему так сложно организовать встречу лидеров, С.Притчин ответил, что одна из причин этого заключается в том, что в Москве считают Владимира Зеленского нелегитимным главой украинского государства, в силу чего и смысла встречаться с ним нет. 

«Объективная ситуация складывается следующим образом: Владимир Зеленский с мая 2024 года, когда закончился его президентский срок, отказывается от проведения выборов, используя риторику введения чрезвычайного положения и таким образом продлевая свои полномочия в качестве главы государства. Это – первое.

Второй момент заключается в том, что украинская сторона в одностороннем порядке ввела законодательное ограничение на контакты с Российской Федерацией и пока его не отменила. То есть, в любой момент любые договоренности Украина может дезавуировать, сказав, что у нас есть внутренние законы, не позволяющие выстраивать отношения.

Третий момент заключается в том, что у российского руководства были контакты с Владимиром Зеленским, но они в конечном итоге ни к чему не привели. Я говорю о реализации минских соглашений в нормандском формате, которые состоялись после прихода Владимира Зеленского к власти», – отметил С.Притчин. 

По мнению украинского эксперта-международника, доктора политических наук Петра Олещука, главное препятствие на переговорах заключается в том, что Россия не хочет завершать войну. 

«Очевидно, что президент Путин считает, что военным путем добьется большего, чем переговорным. Но при этом он не хочет резко отвечать Трампу и отказывать ему, поэтому, по сути, занимается имитацией переговоров, для того чтобы банально тянуть время, и чтобы все это время президент США, скажем так, не принимал каких-либо решений относительно санкций против РФ или помощи Украине. В этом главный смысл переговоров с точки зрения Путина. То есть, Россия на это все смотрит таким образом: Трамп хочет переговоров - хорошо, мы им устроим переговоры, организуем их имитацию в виде делегации под руководством Мединского, который будет приезжать и привозить свои ультиматумы, не имеющие никакого отношения к реальности. А дабы все это не выглядело совсем как полная профанация, то они иногда будут предлагать обмен пленными, чтобы создавалось впечатление, что какие-то переговоры ведутся и имеют какое-то содержание», – заявил он.

По этой же причине, полагает Олещук, президент Путин не хочет принимать участия в личных встречах с лидером Украины, поскольку тогда придется как-то коммуницировать и что-то решать, а не делать вид.

«Так или иначе Путин не желает прямо заявлять, что не хочет завершать войну. В первую очередь, потому что это ему репутационно невыгодно. Многие партнеры России все-таки желают, чтобы война поскорее закончилась. Он также не хочет прямо отказывать Трампу, рассчитывая манипулировать его желаниями, и далее», – сказал политолог. 

По его мнению, чтобы Путин захотел провести реальные переговоры, должно произойти нечто экстраординарное – например, какое-то крупное военное поражение России. Так, по его словам, блестящая спецоперация СБУ по поражению российской стратегической авиации – один из таких методов воздействия, которые могут быть использованы для стимуляции переговорного процесса.

«Получился жесткий урок: Украина предлагала прекращение огня, но Россия отказывалась, мотивируя это тем, что для них позиции только будут улучшаться со временем, однако в результате поплатилась за свое упрямство. Поэтому поражение России на фронте, в других любых направлениях, какие-то санкции, которые бы могли существенно повлиять на российскую экономику, могут стать соответствующим аргументом для Москвы начать что-то делать, искать компромисс на переговорном поле. Пока Путин считает, что побеждает, ни на какие переговоры он не пойдет», – резюмировал П.Олещук.