TRİPP и баланс сил Экспертные мнения на

В Вашингтоне состоялось мероприятие с участием представителей компаний из Армении, США, Азербайджана и других заинтересованных структур в целях обсуждения сотрудничества в рамках проекта TRİPP – «Маршрута Трампа во имя международного мира и процветания». Об этом сообщила директор программ Института Центральной Азии и Кавказа при Американском совете по внешней политике Лаура Линдерман, которая отметила, что «заинтересованные компании из Вашингтона, американские компании, встретились с представителями бизнес-сектора Азербайджана и Армении», и подчеркнула, что над «Маршрутом Трампа» будут работать разные компании».

Что касается того, как TRİPP будет сочетаться и взаимодействовать с другими региональными транспортными инициативами, например, с инициативой Китая «Один пояс – один путь», она отметила, что «чем больше транзитных коридоров соединит Кавказ с Центральной Азией и Европой, а также север с югом, тем лучше». 

В свете вышеприведенных заявлений директора программ Института Центральной Азии и Кавказа возникает ряд закономерных вопросов, например: «Как будет функционировать в реальности такой транспортный консорциум, состоящий из представителей различных международных компаний?»; «Не возникнет ли между ними конфликт интересов, лежащий в геополитической плоскости?»; «Не произойдет ли столкновение, например, позиций Китай с его заинтересованностью в ТRİPP и представителей США?»

На эти вопросы Caliber.Az отвечают азербайджанский и американский политологи. 

Так, по мнению азербайджанского дипломата и политолога Фикрета Садыхова обсуждение этого маршрута, возможности его запуска, эксплуатации с участием такого количества представителей разных стран и зарубежных компаний – это позитивный фактор, говорящий об интересе зарубежных инвесторов и центров силы к событиям, происходящим на Южном Кавказе, в частности, к реализации проекта Зангезурского коридора. 

«В ходе таких встреч наверняка будут звучать как позитивные высказывания, так и мнения тех, кто будет приводить негативные примеры для того, чтобы отсрочить или вообще не допустить запуска этого коридора. Не сомневаюсь, что в мире есть подобные силы, и они могут присутствовать на проводимых в Вашингтоне мероприятиях. Но суть в том, что они не являются директивным органом и не обладают правом принимать какие-то решения и политические резолюции. Главное – что в этом заинтересованы Азербайджан, Соединенные Штаты Америки и, как показывает практика, Армения. Вот три основные силы, которые будут решать этот вопрос.

Обсуждать можно все, что угодно: если компании из разных стран хотят получать выгоду от этого проекта, какие-то дивиденды, то они могут присоединиться к нему в той или иной степени или инвестировать в какие-то проекты, связанные с реализацией данного коридора. И если даже начнутся политические дебаты, связанные с неприятием этого маршрута, который фактически соединяет основную часть Азербайджана с Нахчываном, то, думаю, остановить реализацию проекта будет не по зубам никаким силам. Не сомневаюсь, что обсуждать TRİPP будут повсеместно и масштабно, однако решения будут принимать те акторы, о которых я сказал», – заявил Ф.Садыхов.  

В свою очередь, американский политолог Эндрю Корыбко полагает, что любыми проектами легче управлять, если число участников минимально. 

«Как говорится, если «слишком много поваров, так и обед под угрозой». То есть, достичь общих целей порой гораздо сложнее, если задействовано слишком много людей, стран, компаний и т.д.», – сказал он. 

По его мнению, возможно, несколько компаний будут играть ведущую роль в TRIPP. Определение формата зависит от взаимодействия между правительствами США, Армении, их компаниями и другими. 

«Маловероятно, что США и Армения согласятся на совместное управление TRIPP конкурирующими компаниями, например, из стран, являющихся геополитическими противниками. Это стало бы верным путем к провалу, и разбирающаяся в бизнесе администрация Трампа это понимает. Гораздо вероятнее, что одна, две или несколько американских компаний, возможно, совместно с армянскими и европейскими, будут играть ведущую роль в управлении маршрутом, в то время как все остальные могли бы использовать эту инфраструктуру на любых условиях, как и в случае с другими маршрутами. Вероятно, именно это и подразумевается. Бизнес должен быть аполитичным, поэтому какая бы то ни было политизация торговли любой страны или компании по TRIPP со стороны партнера способна подорвать доверие других к его использованию. Несмотря на то, что США являются соперником России и Ирана, было бы неразумно – ни по соглашению с Арменией, ни в одностороннем порядке – навязывать им другие условия использования TRIPP или запрещать пользоваться им, если их компании или продукция уже не находятся под санкциями. Это может спровоцировать региональную напряженность», – заявил политолог. 

Он отметил, что Китай, к примеру, не навязывает другим странам или компаниям иные условия использования проектов BRI (аббревиатура китайского проекта «Один пояс – один путь»), которые он строит, которыми управляет или где сохраняет свою долю, и не запрещает им пользоваться своими услугами. 

«Следовательно, если США в конечном итоге пойдут на такое с TRIPP, то это дискредитирует их прежние опасения относительно планов Китая политизировать инфраструктуру. В итоге они будут виновны в этом и подорвут свою репутацию. В конце концов, США разрешают китайским компаниям использовать свои порты, так что прецедента, запрещающего им использовать TRIPP, нет», – сказал Э.Корыбко. 

Он считает, что TRIPP практически наверняка будет предлагать одинаковые условия всем странам и компаниям, и ни одна из них не подпадет под запрет, а некоторые, например, армянские, азербайджанские, турецкие или американские, получат скидки благодаря своей прямой доле в этом проекте. 

«Поэтому все будут рады использовать этот маршрут, если сочтут его наиболее выгодным для себя. Это – не новая концепция, а мировой стандарт для инфраструктурных проектов, в том числе в самих Соединенных Штатах», – резюмировал Э.Корыбко.