Нефтяная война : что делать Казахстану?

Экспорт нефти из Казахстана на европейские рынки вновь под угрозой. Как официально объявил Каспийский трубопроводный консорциум, на Кубани в результате атаки украинских беспилотников выведена из строя нефтеперекачивающая станция (НПС) «Кропоткинская». Сейчас прокачка нефти по системе КТК осуществляется в сниженных режимах, компания оценивает ущерб и время восстановления НПС. Зарубежных партнёров уже известили. Погибших и пострадавших среди персонала станции нет. Когда перекачка будет восстановлена в полном объеме, пока не известно. Особо указано, что КТК известил всех международных акционеров компании, в том числе из США и Европы, об атаке на свою станцию. В общем, «во всём виновата Украина».

Украина сегодня регулярно атакует цели в глубоком тылу России. Её беспилотники долетают даже до Татарстана и Урала, не говоря уже о Кубани. Регулярно объектом атаки оказываются и крупнейшие российские НПЗ. Кубань уж точно в зоне их поражения. Но тем не менее вопросов к удару по «Кропоткинской» это не снимает. И самый главный из них: зачем Украине атаковать нефтеперекачивающую станцию казахстанского экспортного трубопровода? Тем более что, вопреки российским надеждам, Казахстан Россию в украинской войне так и не поддержал? Беспилотник промахнулся? Или имеет место хитрая попытка Москвы столкнуть лбами Киев и Астану?

Можно, конечно, отмахнуться от слишком уж конспирологических построений. И тем более не перекидывать мостик от заявлений по поводу казахстанской «трубы» к разговорам о том, будто бы азербайджанский самолёт Embraer в окрестностях грозного не был сбит российской ракетой «Панцирь», а столкнулся с украинским дроном.

Но весь вопрос в том, что однажды транзит нефти по КТК уже прерывался. В марте 2022 года консорциум объявил: терминалы в Новороссийске получили повреждения из-за шторма, и мы вынуждены снизить отгрузку нефти на миллион баррелей в сутки. При этом и ремонт вызывает определённые сложности, потому как прикупить необходимые материалы и оборудования не получается из-за санкций.

Но вот в чем дело. Как уже тогда рассказывал Minval, Чёрное море не всегда «курортно-ласковое» – здесь тоже случаются сильные штормы. Более того, в Новороссийске есть сильнейший «местный» ветер – бора, где скорость может доходить до 60- 70 м/с. Но, во-первых, терминалы вообще-то должны быть рассчитаны на такие «метеорологические проблемы». А во-вторых, никаких сообщений о том, что в окрестностях Новороссийска разыгрался шторм небывалой силы, не было. Зато произошло другое. В феврале 2022 года началась полномасштабная российская агрессия против Украины. В Европе заговорили о том, что надо снижать потребление российской нефти. Казахстан же заявил, что готов расширить свой экспорт в Европу — и тут же столкнулся с проблемами на трубопроводе.

При этом известно и другое. Каспийский трубопроводный консорциум – это основной инструмент экспорта казахстанской нефти на мировые рынки. В девяностые годы эта компания построила и до сегодняшнего дня контролирует трубопровод, который идёт по северному берегу Каспийского моря через Тихорецк в Новороссийск, где уже и осуществляется отгрузка на танкеры. Тогда, по конфиденциальной информации, Казахстану предлагали присоединиться к азербайджанской «трубе» Баку-Тбилиси-Джейхан, но там решили не портить отношения с Москвой.

Но Москва, подберем самый мягкий эпитет, не показала себя надёжным транзитером нефти.

Здесь можно вспомнить, с какими проблемами в транзите газа сталкивалась другая страна региона – Туркменистан, где располагают огромными запасами «голубого топлива», но вот о собственной независимой системе экспортных трубопроводов вовремя не позаботились. И до сих пор не решаются поддержать проект Транскаспийского трубопровода. И в результате столкнулись с ситуацией, когда Россия закупала газ у устья скважины долларов этак за 40, а перепродавала его в Европе за трехзначные цифры. Потом, когда в Туркменистане попытались возражать, транзит через РФ перекрыли вообще. Проблема «экспортного выхода» не решена до сих пор. А тогда уже нынешние события вокруг НПС «Кропоткинская» ещё раз продемонстрировали, насколько для стран Центральной Азии актуально переключать маршруты своего углеводородного экспорта на Азербайджан. Просто потому, что считать российский маршрут надёжным и безопасным никак не получится.