Новая линия США, европейские интриги и белорусские смыслы Аналитика Лиманского

Белорусская эмиграция переругалась за пригласительные на приём к президенту Польши. А одна из недавно освобождённых лидеров оппозиции выступила за снятие санкций с Минска. В публичном поле разгорелся скандал из-за того, что на новогодний приём у президента Польши офис Светланы Тихановской продвинул только своих людей, отсеяв всех конкурентов. Какую же роль отводят националистической белорусской оппозиции на фоне растущей военно-политической напряжённости у границ Беларуси?

«Бельведергейт»

В Бельведерском дворце 13 января прошёл новогодний приём «белорусской диаспоры» у президента Польши Кароля Навроцкого. На деле речь шла не о гражданах Беларуси, просто живущих и работающих в Польше, а об оппозиционерах.

Варшава традиционно демонстрирует повышенную озабоченность «правами человека» в Беларуси — в том числе потому, что на соответствующие программы Польша получает финансирование от Запада. Для беглых же оппозиционеров подобные мероприятия носят характер своеобразных смотрин: попавшие на них могут «засветиться» перед спонсорами и затем рассчитывать на получение грантов.

На этот раз офис главы «переходного объединённого кабинета» Светланы Тихановской включил в списки исключительно себя и своих приближённых. Все остальные оппозиционные политики и их окружение на приём к Каролю Навроцкому не попали, оказавшись в роли своеобразной политической «Золушки». Светлане Тихановской при этом, похоже, досталась роль злой мачехи белорусской оппозиции.

В окончательные списки не попали бывший «министр иностранных дел» в «переходном кабинете» Валерий Ковалевский, ранее поссорившийся с Тихановской; политолог Павел Усов, ориентирующийся на патриарха белорусского национализма Зенона Позняка, известного своей неприязнью к «демократической лидерке»; и. о. директора телеканала «Белсат» (признан экстремистским в РБ) Алексей Диковицкий, а также многие другие. При этом в первоначальных списках они значились, но исчезли после цензуры офиса Тихановской.

Диковицкий, в свою очередь, заявил, что будет включён в списки «по своим каналам». Отфильтрованные эмигранты окрестили происходящее «Бельведергейтом» и заявили, что «в офисе Тихановской такая же диктатура, как и у Лукашенко».

В чём причина подобного отношения «Объединённого переходного кабинета» к собственным «паплечнiкам» (соратникам)? Судя по всему, всё упирается в сокращение финансирования. Это происходит на фоне обострения глобальной конфронтации и роста расходов Запада в других регионах, низкой эффективности самой беглой оппозиции, утратившей реальную опору внутри Беларуси, и ряда иных факторов.

Недавно литовское правительство даже понизило уровень охраны офиса Тихановской в Вильнюсе, а сам офис временно приостанавливал работу. В условиях подобной «оптимизации» конкуренция за западные гранты между оппозиционерами резко обостряется.

На днях Тихановская заявила и о переезде своего офиса в Польшу, однако 19 января опровергла эту информацию, уточнив, что в Польше будет работать лишь часть «переходного кабинета», а она сама «будет рада чаще бывать в Польше». В любом случае такие шараханья наглядно указывают на кризис оппозиции — в том числе финансовый.

Ещё во время встречи с Каролем Навроцким «демократическая лидерка» подарила ему книги польского писателя Сергея Пясецкого. Биография автора символична: уроженец Брестчины, участник польских оккупационных формирований и антисоветских банд, контрабандист и агент польской разведки в советской Беларуси, он в 1927 году был осуждён за бандитизм уже в самой Польше. И в этом литературном выборе Тихановской есть нечто показательное.

Освобождение «соратников» — начало смуты в рядах оппозиции?

Ещё одним обстоятельством, вносящим сумятицу в и без того нестройные ряды белорусской оппозиции, стало помилование Александром Лукашенко группы лиц, осуждённых за события 2020 года. В результате переговоров между спецпосланником Дональда Трампа Джоном Коулом и белорусской стороной на свободу вышло порядка полутора сотен «политзаключённых».

Среди них — Мария Колесникова, Виктор Бабарико и Сергей Тихановский, которые в ходе президентских выборов 2020 года играли в так называемом «демократическом движении» куда более заметную роль, чем Светлана Тихановская.

Сама Тихановская до 2020 года была обычной домохозяйкой. Она не только не занималась политикой, но и нигде не работала, живя за счёт мужа-предпринимателя. Впрочем, и Сергей Тихановский — коммерсант из Гомеля — до этого на общественном поприще особенно не выделялся: занимался клубным бизнесом в Беларуси, а также клипмейкерской деятельностью в России. Ситуация изменилась в 2020 году, когда он, получив откуда-то значительные финансовые ресурсы, выдвинулся кандидатом в президенты Беларуси, однако был задержан по обвинению в хулиганстве. После этого Центризбирком РБ принял нетривиальное решение — допустить к выборам его супругу Светлану Тихановскую.

После помилования Сергей Тихановский уже успел «отличиться» серией скандальных заявлений и требованиями донатов от своих сторонников. При этом офисом Тихановской, да и фактически ею самой, руководит Франэк Вячорка — потомственный белорусский националист с обширными связями в различных структурах США. Для Вячорки и Тихановской эксцентричный и непредсказуемый супруг, хоть и обеспечивший своей отсидкой их безбедное существование, сегодня стал скорее бельмом на глазу. Не случайно его оперативно отправили в США «учить английский».

Экс-кандидат в президенты и бывший глава «Белгазпромбанка» Виктор Бабарико после освобождения оказался в Берлине. В Германию выехала и Мария Колесникова — бывшая руководитель его избирательного штаба и, пожалуй, самая харизматичная фигура протестного движения 2020 года. На приёме у президента Польши она, в отличие от Тихановской, не присутствовала. Зато в середине января Колесникову принял президент ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер в своей резиденции — дворце «Бельвю».

Колесникова ещё в 2007 году окончила Высшую музыкальную школу в Штутгарте и длительное время работала в Германии, в том числе взаимодействуя с немецкими НГО.

На днях Мария Колесникова дала первое после освобождения интервью британскому изданию The Financial Times, фактически взорвавшее оппозиционное болото.

«Чем сильнее изоляция Беларуси от Европы, тем больше она вынуждена сближаться с Россией. Это делает Беларусь менее безопасной и предсказуемой для Европы… Как личность с европейским мышлением, я не понимаю, почему Европа не начала переговоры с Лукашенко раньше, чем США? Очевидно, что у Германии, например, существенно больше связей с Беларусью, чем у Соединённых Штатов», — заявила Колесникова.

Она также подчеркнула, что Александр Лукашенко является прагматиком и с ним необходимо обсуждать «гуманитарные вопросы» в обмен на ослабление санкций.

Условия своего содержания в заключении Колесникова обсуждать отказалась, однако выступила против санкций в отношении Беларуси, пояснив, что они тормозят процесс освобождения заключённых и вредят «европейским белорусам».

Отдельно Колесникова отметила, что именно Вашингтон добился её освобождения и освобождения других осуждённых, поблагодарив Дональда Трампа. Она заявила, что считает своим приоритетом налаживание диалога между ЕС и Минском, и выразила недоумение тем, что Европа по-прежнему отказывается от контактов с Беларусью, даже после того как на это пошли американцы.

Фраза «Я не ухожу из политики…» прозвучала как отдельный политический сигнал. Притом что по совокупности характеристик Колесникова заметно превосходит Тихановскую, она вполне способна составить ей серьёзную конкуренцию.

Не исключено, что в ближайшее время с «реалистичными предложениями» на политическую сцену вернётся и Виктор Бабарико. Существует также гипотеза, что в случае возможных переговоров между ЕС и Минском одним из условий Брюсселя может стать возвращение Бабарико и Колесниковой в Беларусь, а также легализация их политической деятельности.

Таким образом, связка Колесникова-Бабарико потенциально может сформировать новый, условно «прогерманский» или «мягко-европейский» пул в белорусской оппозиции. В прошлом Германия действительно придерживалась более умеренного подхода к Беларуси, чем многие другие западные страны. До введения санкций ФРГ имела серьёзные экономические интересы в Беларуси, а немецкий бизнес занимал одно из ведущих мест во внешнеэкономическом партнёрстве Минска. Не исключено, что определённые деловые круги в Германии были бы не против в том или ином формате вернуться на белорусский рынок.

«Лукашенко надо отдать должное…»

Как видно, именно новая администрация США первой перешла к более умеренной линии в отношении Беларуси — и этот процесс со стороны Вашингтона продолжает набирать темп.

19 января Минск получил приглашение вступить в создаваемый Дональдом Трампом «Совет мира». А уже 20 января спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул в интервью оппозиционному изданию «Зеркало» (признано в РБ экстремистским) заявил: «Соединённые Штаты хотят освобождения политзаключённых, и мы развиваем нормальные отношения с вашей страной. Это процесс, который займёт время. Но цель такая: в итоге вести бизнес с Беларусью и вернуть её в международное сообщество».

Коул подчеркнул, что белорусскому лидеру «стоит отдать должное» за освобождение людей. Ситуацию он охарактеризовал следующим образом: «Послушайте, это философия дипломатии Дональда Трампа: вы выстраиваете отношения и смотрите, куда можно двигаться дальше. Именно это мы и делаем с Лукашенко. И это то, что президент Трамп делает со всеми. Он даже переписывается с мэром Нью-Йорка Зохран Мамдани, который является социалистом. Так что философия Трампа проста: если сомневаешься — общайся».

При этом спецпосланник Трампа фактически «опустил с небес на землю» офис Светланы Тихановской. Комментируя её заявления о якобы совместной работе с ним по вопросам освобождения заключённых, Коул заявил: «Соединённые Штаты — вот на кого я работаю. Я не знаю, кто это сказал, но я не консультируюсь ни с кем из этих людей. Я консультируюсь с правительством Беларуси и правительством США».

Радикалы против прагматизма

Подобные прагматичные подходы вызывают откровенный скрежет зубов у радикальной части белорусской оппозиции. Умеренный месседж Марии Колесниковой уже подвергли резкой критике политолог Александр Федута, осуждённый за подготовку теракта против Александра Лукашенко, блогер Игорь Лосик, освобождённый вместе с Колесниковой, а также известный серией скандалов и финансовых афер глава «фонда солидарности» BelAid Андрей Стрижак.

Блогер «Серый кот», связанный с «социал-демократической» партией Николая Статкевича, и вовсе задался вопросом: «Маша, а ты вообще наша?», обвинив Колесникову в «спасении Лукашенко». Попутно он обрушился с критикой и на внешнюю политику Дональда Трампа — причём не только в белорусском контексте, но и за якобы недостаточную жёсткость в отношении Венесуэлы.

На экстремистском ресурсе «Салiдарнасць» в ответ на заявления Колесниковой появился материал, в котором утверждалось, что «евроатлантическое единство трещит по швам». При этом подчёркивалось: если Америка мыслит категориями «выгодной торговли», то Европа — «не такая», якобы принципиальная в борьбе с «диктатурами». Остаётся лишь задать вопрос: так ли это на самом деле?

«Единая Европа на сегодняшний день — главный оплот демократии на планете», — без обиняков заявляет «Салiдарнасць». И, судя по всему, именно такая — максимально радикализированная и идеологизированная — белорусская оппозиция и требуется нынешнему руководству ЕС. Политические элиты в Брюсселе, похоже, всё ещё видят единственное средство собственного выживания в эскалации напряжённости. Точно так же, как и значительная часть белорусской оппозиции, напрямую заинтересованная в получении новых грантов на фоне очередного обострения.

Более того, эти деятели фактически призывают к войне против собственной страны.

«Война — слово, которое определяет сегодняшний и завтрашний день Европы. Хорошо, что этот факт даже европейский, забюрократизированный и медленный политикум понимает очень ясно. Однако насколько эффективно Европа готовится к этой будущей войне — это отдельный большой вопрос», — пишет «Салiдарнасць».

И, судя по всему, Европа действует в отношении Беларуси по давно отработанной, иезуитской схеме. С одной стороны — «пряники» в виде разговоров о переговорах и перезагрузке. С другой — ударный бронетанковый кулак, стягиваемый к границам, в обозе которого в роли идеологической прислуги и подвизается радикальная белорусская оппозиция.