Парадокс армянского грантоедства

Почем нынче «независимая» журналистика у наших соседей

Американская программа стоимостью $15 млн за два года охватила десятки армянских медиа и сотни представителей этой сферы. Деньги шли на содержание и развитие редакций, производство материалов, обучение, оборудование и юридическую помощь

Армянская журналистика давно живет не только на деньги своих читателей. В ее развитии основополагающую роль сыграли зарубежные гранты - прежде всего американские. Причем речь идет не о разовой помощи нескольким редакциям или авторам, а о систематических миллионных вливаниях в целый сегмент медиасферы.

В 2023 году USAID запустила проект Media Program in Armenia с заявленным бюджетом $15 млн и сроком реализации до 2028 года. За исполнение взялись Internews, Media Initiatives Center, Yerevan Press Club и Zinc Network. На старте представители Internews и USAID декларировали привычные цели: поддержку «независимых СМИ», повышение журналистских стандартов, финансовую жизнеспособность редакций и укрепление информационного пространства страны. В самом агентстве эти $15 млн прямым текстом назвали крупнейшей на тот момент инвестицией США в армянский медиарынок.

Чтобы оценить реальный охват, достаточно взглянуть на отчет самой программы. К декабрю 2024 года прямую поддержку получили 59 СМИ, а 338 представителей сферы прошли обучение. В рамках проекта армянские редакции вместе с блогерами и инфлюенсерами выдали 805 материалов. Вдобавок 43 медиа воспользовались юридической помощью, а 16 редакций официально приняли кодекс этики армянских СМИ и журналистов.

Таким образом, американские средства направлялись не просто на отдельные публикации - они инвестировались в комплексную трансформацию отрасли: от обучения кадров, юридического сопровождения и цифровой безопасности до технического оснащения и перестройки самих организационных моделей редакций. Более того, Internews взялся за глубокую «разведку» армянского медиарынка, досконально изучив аудиторию, рекламные возможности, финансовые потоки и потенциал СМИ.

В итоге донор действовал не как рядовой спонсор разовых материалов. Организация подошла к процессу системно: сначала собрала полную аналитику о финансовых дырах и потребностях редакций, а затем предложила индивидуальные инструменты влияния под каждую задачу.

Уже в марте 2024 года стартовал специальный конкурс на стратегическое развитие СМИ. Размер одного гранта варьировался от $25 тыс. до $100 тыс. при общем бюджете порядка $500 тыс. Эти суммы выделялись под масштабную внутреннюю перестройку - от смены организационной структуры и бизнес-моделей до перекройки редакционной культуры и работы с аудиторией.

Параллельно щедро финансировалось и прямое производство контента. В июне 2024 года Internews запустил очередной грантовый конкурс для местных независимых СМИ. Суммы выплат составляли от 1,9 млн до 7,9 млн драмов, а суммарный фонд достиг 55,3 млн драмов. Отдельный целевой кусок этого пирога - до семи грантов - предназначался для укрепления влияния в региональных медиа.

При этом список приоритетов был сформулирован максимально широко: от вопросов безопасности, включая энергетическую и экономическую, до экологии, здравоохранения, прав человека, социальных проблем и защиты уязвимых групп. Чтобы получить финансирование, редакциям требовалось не просто подать заявку, а доказать общественную значимость темы и наглядно продемонстрировать, как именно этот контент поможет расширить и разнообразить их работу.

Уже в июле того же года Internews объявил конкурс на техническое развитие. Четыре избранных СМИ могли рассчитывать на сумму от 4,15 млн до 10,39 млн драмов при общем бюджете программы до 41,56 млн драмов. Вектор задали предельно конкретный: глубокое техническое переоснащение, призванное укрепить медиабизнес изнутри и качественно нарастить аудиторию.

В декабре 2024 года последовал очередной конкурс на техническое переоснащение: четыре редакции могли рассчитывать на сумму до 10,24 млн драмов каждая при общем объеме финансирования до 40,96 млн драмов. На случай форс-мажоров предусмотрели и экстренное реагирование. Месяцем ранее, в ноябре 2024 года, Internews сформировал специальный фонд в $25 тыс., предложив армянским СМИ «пожарные» гранты по $5-10 тыс. Эти деньги предназначались для латания финансовых дыр, покрытия текущих редакционных расходов, закупки оборудования и ПО в условиях кризисов или внешних угроз.

Картина вырисовывается исчерпывающая: в армянскую медиасреду планомерно внедрили тотальный набор инструментов - от стратегических вливаний и финансирования контента до технического перевооружения, юридического крышевания, обучения, исследований рынка и экстренной помощи.

В этой идеальной на бумаге схеме у армянской «независимой журналистики» есть лишь одна, но фундаментальная проблема - ее попросту не существует. И этот диагноз косвенно признает даже сам Internews - организация, которая годами насаждала и кормила эту систему.

Теперь вот пазл окончательно складывается: становится очевидным, откуда взялась эта армия грантополучателей. Когда полноценный медиарынок не в состоянии прокормить достаточное количество самостоятельных редакций, образовавшийся вакуум стремительно заполняют иностранные деньги. Впрочем, исследование армянского медиаполя, проведенное в рамках все той же американской программы, признает это прямо и без купюр: «независимые» СМИ в Армении тотально опираются на внешние вливания, а зарубежные доноры стали для них главным финансовым костылем.

Здесь даже не нужно ничего домысливать - достаточно просто взглянуть на саму систему. Редакции сидят на содержании: извне оплачивается все - от производства контента, закупки оборудования и ПО до обучения персонала, юридического крышевания и внутренних реформ. И чем шире становится этот список закрываемых за чужой счет потребностей, тем комичнее звучат разговоры о какой-либо экономической независимости этого сектора.

В итоге вместо здорового, самоокупаемого медиарынка сформировалась паразитическая среда, где журналистика окончательно превратилась в услугу для тех, кто за нее платит. Одни редакции беззастенчиво обслуживают интересы местных политических и коммерческих кланов, другие - бездумно осваивают зарубежные гранты. Это подтверждают и в Freedom House: подавляющее большинство традиционных печатных и вещательных СМИ Армении плотно аффилировано с политиками или олигархами, а горстка якобы независимых онлайн-изданий ютится в узком сегменте, целиком и полностью завися от внешнего кошелька.

Вот откуда и произрастает армянское «грантоедство» как системное явление. И дело здесь даже не в том, что каждый журналист, осваивающий эти средства, заведомо продает свою позицию. Проблема глубже: целый сегмент медиасферы мертвой хваткой вжился в систему, где скудный собственный рынок не способен дать опору, и ее полностью заменяет внешний кошелек. В таких реалиях грант перестает быть точечной помощью - он становится единственным способом выживания.

По сути, перед нами попытка сторонним капиталом залатать хроническую несостоятельность армянского медиарынка: содержать редакции, не имеющие собственной финансовой базы, с нуля обучать кадры, закупать технику, оплачивать юристов и искусственно стимулировать производство контента.

Но самое показательное в этой истории - даже не конкретные миллионы долларов, освоенные армянскими грантополучателями. Показательно другое: почему без этих внешних вливаний вся система моментально рушится?

Если в стране действительно есть сильная, зрелая и массовая журналистика, способная окупать себя за счет читателя и локального рекламного рынка, - зачем ей десятки донорских программ, постоянное внешнее переобучение, импортное оборудование и многомиллионные инъекции «на укрепление жизнеспособности»?

Ответ очевиден: потому что никакой самостоятельной медиасистемы в Армении попросту нет. А там, где отсутствует собственный фундамент, всегда появляется тот, кто готов построить и оплатить свой заказ.

И это куда более серьезный диагноз, чем выгоды отдельных армянских «грантоедов». За их спинами стоит не сила, а беспросветная финансовая немощность местной прессы. Чем меньше у редакции реальной аудитории, рыночных доходов и экономической устойчивости, тем монументальнее становится фигура очередного зарубежного спонсора.

Образуется замкнутый порочный круг: «независимые» СМИ приходится содержать извне именно потому, что их независимость абсолютно не подкреплена экономической реальностью. А грантовая система, призванная эту независимость подпитывать, параллельно превращается для них в единственный источник выживания.

В этом и заключается парадокс армянского грантоедства: за ним стоит не избыток сильной и свободной журналистики, а ее хронический дефицит, который годами искусственно маскируется чужими деньгами.