Уроки Победы и стратегия будущего

Профессор Салех Мамедов о философии успеха Азербайджана

Победа в Отечественной войне открыла перед нашей республикой новую страницу, но написать ее предстоит уже в мирной жизни. Освобожденные территории нужно не просто отстроить заново, а наполнить экономическим содержанием: вернуть туда жизнь, создать рабочие места, привлечь бизнес и запустить новые производства.

В продолжение беседы с доктором экономических наук, профессором Салехом Мамедовым мы поговорим о привлечении международных инвестиций, новых финансовых инструментах и доступном кредитовании, перспективах Шуши как культурного, научного и финансового центра. Главный вопрос заключается в том, как превратить результаты Победы в прочную экономическую основу будущего.

- Вы начали планировать восстановление освобожденных территорий еще во время Отечественной войны. Почему это нельзя делать просто по отдельной программе - для чего обязательно увязывать все в общую стратегию развития страны?

- Восстановление освобожденных территорий необходимо связывать с широкими экономическими преобразованиями. Если рассматривать его исключительно как строительство жилья, дорог и административных зданий, можно упустить возможность сформировать новую экономическую среду.

Речь идет о комплексном развитии: инфраструктуре, промышленности, сельском хозяйстве, науке, образовании, туризме, транспорте и цифровых системах. При этом восстановление должно учитывать не только потребности конкретных районов, но и перспективы экономики Азербайджана в целом.

В первые недели после Победы в Отечественной войне коллектив Бакинского инженерного университета выступил с инициативой провести конференцию по вопросам восстановления освобожденных территорий. По ее итогам был подготовлен пакет предложений. И значительная часть идей, обсуждавшихся на конференции, впоследствии учитывалась в работе по этому направлению.

Для меня принципиально важно, чтобы восстановление проходило с использованием современных научных и технологических решений. Если строить инфраструктуру по старым моделям, существует риск, что к завершению работ часть решений уже будет устаревшей. Потому цифровые технологии, интеллектуальные системы управления, современные методы проектирования и энергоэффективные решения необходимо закладывать в проекты с самого начала. Восстановление должно быть согласовано с общей программой экономических реформ. Только так оно сможет стать не изолированным направлением расходов, а источником новых компетенций, рабочих мест и возможностей для развития.

- В материалах исследования расходы на восстановление оцениваются примерно в $60 млрд. Какие финансовые механизмы могли бы помочь привлечь необходимые средства?

- На самом деле это ориентировочная оценка восстановительных расходов. Но он показывает масштаб финансовой задачи, которую я рассматривал. Основной принцип предложенной мной модели заключается в том, что восстановление не должно опираться только на бюджетные средства. Государство играет ключевую роль, однако необходимо использовать и внутренние финансовые ресурсы, и международные кредитные механизмы, и частные инвестиции. Я предлагаю активнее работать с международными финансовыми организациями, институтами развития и крупными страховыми компаниями. В числе возможных партнеров - структуры Всемирного банка, включая MIGA, а также другие международные финансовые институты. Они могли бы участвовать в финансировании, предоставлении технической помощи и страховании инвестиционных рисков.

Особое значение имеет страхование. Даже при наличии гарантий безопасности инвесторы оценивают риски долгосрочных вложений. Если часть этих рисков может быть покрыта международными страховыми механизмами, проекты становятся более привлекательными для капитала. Поэтому я предлагаю рассматривать международное страхование и перестрахование как одну из основ финансовой модели восстановления.

Необходимо также работать с правовой базой. Инвестору важно понимать, какие правила действуют в регионе, как защищаются его права, какие гарантии предоставляются и каким образом разрешаются споры. Без понятных и устойчивых условий даже перспективный проект может не получить необходимого финансирования.

- Если привлечь к восстановлению крупные международные банки и создать специальные финансовые инструменты, как это будет работать?

- Одно из моих предложений состоит в формировании в Шуше финансового центра и развитии финансового рынка. В книге я рассматриваю идею особого инвестиционного режима, который мог бы привлечь крупные банки и международный капитал. Среди предложенных вариантов фигурируют цифровые банковские филиалы и специальные условия для деловой активности.

Нужно также рассмотреть возможность создания государственного банка восстановления либо возложить соответствующую функцию на существующий банк. Такая структура могла бы координировать финансирование проектов, обеспечивать взаимодействие с международными институтами и направлять ресурсы в приоритетные отрасли.

Еще один инструмент - выпуск восстановительных облигаций. Такие бумаги могли бы опираться на международные страховые гарантии, что повышало бы доверие инвесторов. Дополнительно необходимо рассмотреть инвестиционные вклады, гарантированные механизмами страхования вкладов и восстановления. Для реализации подобных решений надо разработать правовые правила, определить гарантии и оценить возможные обязательства государства.

Если крупный международный банк с активами в несколько триллионов долларов разместил бы даже небольшую долю средств в проектах региона, это могло бы обеспечить значительный приток финансирования. Но подобный расчет иллюстрирует лишь потенциальную возможность. Реальные вложения зависят от инвестиционных условий, оценки рисков и заинтересованности самих банков.

Главная идея состоит в том, чтобы создать несколько взаимодополняющих каналов финансирования. Один инструмент не способен решить все задачи. Нужны бюджетные вложения, кредиты, облигации, инвестиционные вклады, частный капитал и международные гарантии. Их сочетание позволило бы распределить финансовую нагрузку и расширить возможности долгосрочного развития.

- А какие условия кредитования необходимы для предприятий, работающих в зоне восстановления?

- Предлагаю сформировать значительный объем кредитных ресурсов для восстановления и называю ориентир не менее 20 млрд манатов ежегодно. Процентные ставки по кредитам в восстановительных зонах не должны превышать 3 -4%. Упомянутые цифры отражают мои предложения, изложенные в книге, и требуют отдельной оценки с учетом стоимости финансирования, бюджетных возможностей и действующих механизмов поддержки.

Смысл подхода заключается в том, чтобы снизить первоначальную финансовую нагрузку на предпринимателей. Восстановление требует крупных вложений, но проекты не всегда начинают приносить доход сразу. Если стоимость кредита слишком высока, бизнесу сложнее планировать долгосрочные инвестиции, создавать рабочие места и вкладывать средства в оборудование.

Я также предлагаю рассмотреть специальные условия финансирования для семей шехидов, ветеранов и участников войны, желающих развивать собственное дело. В числе возможных инструментов - субсидии, беспроцентные кредиты и другие льготные механизмы. При этом поддержка должна сопровождаться понятными критериями отбора, прозрачным использованием средств и оценкой устойчивости проектов.

Кроме того, надо обратить внимание и на потенциал расширения кредитных ресурсов в стране. В частности, я привел оценку, согласно которой при соответствующей организации финансовой системы их годовой объем мог бы быть существенно увеличен по сравнению с тогдашним уровнем в 14 -15 млрд манатов. Но реализация такого предложения требует анализа банковской ликвидности, спроса на кредиты и рисков для финансовой системы.

- Поясните, в чем заключается роль в восстановлении зарубежных инвесторов и международных компаний.

- В действительности участие иностранных инвесторов способно принести не только капитал, но и технологии, управленческий опыт, новые производственные связи и доступ к международным рынкам. Однако для этого необходимо создавать условия, при которых инвестор заинтересован в долгосрочной работе, а не только в реализации краткосрочного проекта.

Потому нужно сформировать благоприятный режим для иностранных инвестиций и отдельно обращал внимание на возможность привлечения компаний из Турции, Израиля, Пакистана, США, Германии, Великобритании, Японии, Китая, Южной Кореи и Сингапура. Важную роль могли бы сыграть международные финансовые институты и страховые организации.

Приоритет следует отдавать не просто объему вложений, но и их качеству. Если инвестиции способствуют развитию местных предприятий, подготовке кадров, внедрению новых технологий и формированию экспортного потенциала, их эффект распространяется далеко за пределы отдельного объекта.

Предлагаю связывать восстановление с созданием современных промышленных и аграрных парков, научных организаций и стартап-компаний. Важно, чтобы регион получал не только инфраструктуру, но и экономическую основу для дальнейшего самостоятельного развития.

- Отдельно вы выделяете Шушу. Какую роль она могла бы сыграть в научном, образовательном и финансовом развитии освобожденных территорий?

- В своем исследовании я рассматриваю Шушу не только как исторический и культурный центр, но и как площадку для новых образовательных, научных и финансовых проектов. Одно из предложений - создание здесь цифрового научно-образовательного университета с участием азербайджанских ученых, работающих в ведущих зарубежных вузах, а также специалистов из Турции, Израиля и других стран. Такой университет мог бы развивать исследования в области программирования, искусственного интеллекта, космических технологий, ядерных исследований и генетики. Разумеется, конкретные направления должны определяться на основе научной экспертизы, кадровых возможностей и требований безопасности.

Предлагаю также привлекать к проекту зарубежных ученых и представителей азербайджанской научной диаспоры. Для этого необходимы лаборатории, современное оборудование, устойчивое финансирование и возможность работать в международных исследовательских сетях.

Также я высказал идею создания в Шуше интеллектуального города как пилотного проекта для других регионов страны. В такой модели цифровые системы должны применяться в управлении инфраструктурой, транспортом, энергоснабжением и общественными услугами. Но технологичность сама по себе не является целью: важно, чтобы решения улучшали повседневную жизнь, помогали предприятиям и обеспечивали эффективное использование ресурсов.

Шуша могла бы стать примером того, как историческое наследие сочетается с современными научными и образовательными проектами. При этом сохранение культурной среды требует особого внимания к архитектуре и историческим памятникам. Новое развитие не должно вытеснять историческую идентичность города.

- Помимо науки и финансов, что необходимо для экономического возрождения региона?

- В своей работе я выделяю искусственный интеллект как не нефтяной сектор, промышленность, сельское хозяйство, транспорт, туризм, связь и восстановление исторических памятников. Перечисленные направления необходимо развивать не изолированно, а с учетом их взаимного влияния.

Для промышленности предлагаю изучить опыт восстановления европейских городов после Второй мировой войны и использовать современные технологии. В числе возможных направлений - научно-технологические и высокотехнологичные производства, а также создание промышленных и аграрных парков в городах и крупных населенных пунктах. Также считаю перспективным сотрудничество с турецкими и израильскими специалистами и компаниями.

В сельском хозяйстве особое значение имеет применение современных методов выращивания, управления водными ресурсами и повышения производительности. Предлагаю изучить израильские технологические решения, возможности сотрудничества с профильными программами Южной Кореи и Европейского союза, а также реализацию пилотных проектов. Важно не просто восстановить прежнее производство, а использовать новые технологии там, где они способны повысить эффективность и устойчивость хозяйств.

Отдельного внимания требует восстановление лесов и природной среды. В книге я предупреждаю, что уничтожение лесных массивов может иметь последствия для водного баланса, качества воздуха и экологической устойчивости. А значит, нужно привлекать международные экологические организации к оценке состояния территорий и восстановлению природных ресурсов.

Транспортная инфраструктура должна учитывать внутренние потребности и перспективы международных связей. При этом важно рассматривать модернизацию железных дорог, развитие скоростного сообщения, обновление автомобильных трасс и строительство аэропортов в крупных регионах. Отдельное место в этой концепции занимает развитие международных транспортных коридоров, в том числе Зангезурского.

Наконец, туризм и историческое наследие способны стать самостоятельными источниками экономической активности. Восстановление памятников, развитие туристической инфраструктуры и международное сотрудничество в области охраны культурного наследия должны сочетаться с сохранением подлинности исторической среды.

- Объединяя все эти предложения, какой главный принцип должен лежать в основе послевоенного развития Азербайджана?

- Главный принцип заключается в том, что Победа должна стать отправной точкой для долгосрочного развития. Военный успех рассматривается как возможность перейти к новой модели экономики, в которой научные знания, современные технологии, образование и инвестиции играют значительно более важную роль. Для этого необходимо одновременно решать несколько задач: совершенствовать научную систему, повышать качество образования, развивать собственные технологии, привлекать международный капитал, внедрять прозрачные финансовые механизмы и создавать условия для предпринимательства. Восстановление освобожденных территорий должно быть связано с этими преобразованиями и помогать формировать новые производственные и научные компетенции.

Важен и человеческий потенциал. Финансовые ресурсы и инфраструктура не принесут полного результата без специалистов, способных работать с современными технологиями, организовывать исследования и создавать конкурентоспособные предприятия. Поэтому инвестиции в людей должны идти параллельно с инвестициями в строительство и оборудование.

Нужно оценивать результаты не только по объему вложенных средств и числу реализованных объектов. Важны новые рабочие места, производительность труда, качество научных разработок, появление технологических компаний, экспорт продукции с высокой добавленной стоимостью и способность экономики развиваться без чрезмерной зависимости от внешних решений.

Именно в этом я вижу связь между уроками Отечественной войны и стратегией будущего развития. Современные технологии, подготовленные кадры, точный расчет и последовательная организация дали стране новые возможности. Теперь задача заключается в том, чтобы превратить эти возможности в устойчивый научный, экономический и общественный результат.

(продолжение следует)