Высокий градус противостояния

Изначально ядерная программа Ирана ставила исключительно научные цели

Израильско-американские бомбардировки по объектам ядерной программы Ирана, которые длились без малого 12 дней, заставили задуматься не только о вопросах, связанных с распространением ядерного оружия и той гранью, за которой «мирный атом» становится легитимной военной мишенью, но и проблемами радиационной безопасности.

По мнению некоторых международных экспертов, подвергшиеся атаке ядерные объекты в Иране не представляют радиационной опасности. В Иране заявили, что не зафиксировали утечек радиоактивных материалов и пояснили: основная опасность заключается не в радиации, а в токсичности гексафторида урана, который может вызывать химические ожоги кожи, и его выброс в атмосферу означает распространение токсичного ядовитого вещества, но не опасного радиационно, как это происходит при ядерном делении урана в реакторах. Радиоактивная угроза могла бы возникнуть только в случае удара по иранской АЭС «Бушер».

Об этом и многом другом наш корреспондент побеседовал с международным экспертом, советником НАНА по «зеленой» и инновационной технологии академиком Адилем Гарибовым, долгие годы возглавлявшим Институт радиационных проблем и Национальный центр ядерных исследований Азербайджана.

- Что конкретно может произойти во время атак ядерных объектов Ирана?

- Под ударами могут оказаться ядерные технологические установки по обогащению урана, то есть центрифуги, в которые подается гексафторид урана, именно он проходит через несколько этапов обогащения, чтобы достичь концентрации изотопа урана-235. В результате взрывов этих установок в окружающую среду могут попасть газовые фазы природных изотопов урана. Природный уран имеет примерно 87% альфа-активности, он также обладает тяжелыми альфа-излучениями, опасными для окружающей среды, однако скорость радиоактивного распада урана-235 (700 млн лет) и урана-238 (4,5 млрд лет) неопасна для объектов, находящихся на большом расстоянии. Если бы скорость была выше, в мире не осталось бы ни одного ядерного объекта.

- То есть для нашей страны нынешняя ситуация особой опасности не представляет?

- События в зоне ирано-израильского конфликта в принципе осложнили ситуацию с ядерной безопасностью, но поскольку реакторы сосредоточены в южной части Ирана, то есть далеко от наших границ, для нас они неопасны.

Даже если взорвется АЭС в Бушере, обладающая большим количеством ядерной продукции (до 40 тонн ядерных материалов), и это будет второй Чернобыль, но и тогда для Азербайджана это не будет критично - расстояния между нами исчисляются тысячами километров.

- А ведь начиналась ядерная программа Ирана еще с середины XXвека и ставила исключительно научно-исследовательские цели?

- Совершенно верно. Именно в то время у Ирана с Америкой и некоторыми европейскими странами были партнерские отношения, Иран развивался быстрыми темпами, надеясь получить от них самые новые прогрессивные научные разработки. И именно тогда Иран начал свою программу, было построено несколько исследовательских ядерных реакторов и начаты масштабные исследования в области ядерной медицины и ядерной физики. В рамках американской программы «Атом для мира» Иран получал помощь в виде ядерных технологий, ядерного топлива, оборудования для лабораторий и электростанций, которые должны были использоваться для выработки электроэнергии и проведения исследований. Многие иранские специалисты прошли стажировки в США и Франции.

- А потом случилась исламская революция и положила конец дружбе и международному сотрудничеству?

- Да, отношения между странами, естественно, ухудшились, да и сама программа с тех пор определенное время оставалась без особого внимания, разъехались специалисты. Правда, ядерные установки были сохранены, но все исследования были приостановлены.

А до этого Иран планировал построить около 20 ядерных блоков, что могло бы сделать его самой мощной ядерной страной в мире, а для этого нужно было сырье (уран), которое Америка не хотела получать из СССР. Поэтому американцы и начали проводить масштабные геологоразведочные работы в Иране, где были выявлены залежи урана.

- Как добывают уран? Насколько это безопасно для населения прилегающей к месторождению территории?

- Из трех используемых методов добычи урана два являются традиционными для горнодобывающей промышленности: подземный (шахтный) и открытый (карьерный). Третий метод - скважинного подземного выщелачивания - используется относительно недавно, с 60-х годов прошлого века.

При обустройстве и эксплуатации любого уранового месторождения разрабатывается и реализуется система мер по обеспечению безопасности. Она учитывает способ добычи, геологические и гидрологические особенности объекта, розу ветров, характеристики добываемой руды, сложившуюся инфраструктуру и др. При соблюдении всех установленных ограничений (как правило, они относятся к сфере землепользования и водопользования), добыча урана безопасна для проживающего рядом населения.

- Тем не менее, она имеет определенные экологические риски?

- Безусловно, к примеру, ветер может переносить радиоактивную пыль из отходов в населенные пункты, а отходы могут загрязнять поверхностные воды, используемые для питья. Я несколько лет (с 2002 до 2024 гг.) был членом межгосударственной комиссии СНГ по мирному использованию атомной энергии. В тот период мы исследовали влияние открытой добычи урана в среднеазиатских странах (Кыргызстан, Казахстан).

Любой революции сопутствует определенный разрушительный период, исламская революция в этом плане - не исключение. Однако после восстановления экономики Иран начал развивать свою программу в соответствии с новыми требованиями и условиями уже исламской страны.

- Многие страны стремились создать ядерное оружие, ИРИ также хотела присоединиться к ядерному клубу?

- Да, Иран тоже не был далек от идеи обладать ядерным оружием, учитывая близость враждебного ему Израиля, имеющего военно-ядерные программы, нацеленные на перспективу. Исламская республика начала искать новых партнеров, коими стали Россия, Китай и другие страны.

- Почему постреволюционный период ядерной программы Ирана так беспокоит мировую общественность?

- Потому что второй период ядерной программы Иран начал с большого количества обогащения природного урана-235. Для энергетических реакторов требуется 5-процентное обогащение урана, а Иран начал обогащать его вначале с 25%, потом увеличил до 60%. И, конечно, мировая общественность начала понимать, что эта программа приобретает иную цель. Естественно, это вызвало обеспокоенность и МАГАТЭ, и стран-обладательниц ядерного оружия, а со стороны США в отношении Ирана с середины 2000-х годов начались применяться санкции, которые продолжаются и сегодня.

- Как вы считаете, мог бы Иран изменить ход своей ядерной программы?

- Думаю, что нет: Иран соглашался на экспертизу своих ядерных объектов и заверял, что будет использовать атом только в мирных целях, однако переговоры и обращения со стороны США и экспертов МАГАТЭ идут уже более тридцати лет, а окончательного соглашения до сих пор не достигнуто. Поэтому, вероятно, Америка не нашла другого метода для остановки военной ядерной программы ИРИ.

- Особое место в этой программе занимает сотрудничество с российскими специалистами.

- Поскольку первый этап программы, американский, остался незавершенным, ее стали продолжать с российскими специалистами. В 1992 году было заключено соглашение о продолжении строительства АЭС в Бушере, начатого в 1975 году германскими компаниями и прекратившегося после революции. К строительным работам были привлечены несколько российских структур, а с 2010 года там работают специалисты госкорпорации «Росатом».

- Тем не менее, мир как огня боится ядерную программу Ирана.

- Это объясняется просто: ИРИ - единственная страна, которая имеет АЭС, но не состоит при этом в Конвенции о ядерной безопасности 1994 года о нераспространении ядерных материалов и технологий.

Не каждое государство может обладать ядерным оружием, для этого надо быть под защитой сильных ядерных держав. А Иран не имеет такой «крыши», даже ее партнер - Россия - не заинтересовала иметь в соседях страну с ядерным оружием. То есть у Ирана для развития ядерных технологий нет поддержки ни в одном государстве мира.

- А какая страна на сегодняшний день самая передовая по части ядерных технологий?

- Российская ядерная наука - одна из самых прогрессивных в мире. РФ имеет самое большое количество ядерных технологий, но, учитывая большое количество санкций, она, конечно, заинтересована в поиске новых партнеров для экспорта своих технологий.