Юрист, который видел санкции изнутри

Когда 24 февраля 2022 года Россия вторглась в Украину, последствия этого ощущались далеко за пределами поля боя. В течение нескольких часов клиенты по всей Европе начали выводить средства из учреждений, связанных с Россией. Поставщики услуг расторгали договоры. Регуляторы принимали меры для сдерживания финансовых рисков. Санкции следовали одна за другой. Для некоторых банков вопрос состоял уже не в росте или прибыльности, а в выживании.

Кай Шольц

Среди руководителей, столкнувшихся с этой реальностью внутри европейской банковской системы, был Кай Шольц, в то время руководитель юридического департамента и комплаенса (Head of Legal and Compliance) в ВТБ Банк (Европа) SE — франкфуртской дочерней структуре второго по величине банка России.

«Большинство людей представляют санкции как юридический документ», — вспоминает Шольц. «На практике санкции сначала становятся операционной проблемой, а уже потом юридической. Контрагенты начинают снижать риск быстрее, чем появляются новые правила».

Последовавшие за этим месяцы стали одним из самых неординарных эпизодов в новейшей истории европейского банковского дела.

Как впоследствии сообщала Handelsblatt, после вторжения ВТБ Европа столкнулась с массовым оттоком вкладов. Клиенты выводили значительные суммы, крупные поставщики услуг прекращали сотрудничество, а регуляторы рассматривали возможность принятия чрезвычайных мер для стабилизации учреждения. В итоге германские власти предпочли контролируемое сворачивание бизнеса немедленному закрытию, позволив банку продолжать работу под пристальным надзором. Этот эпизод стал наглядным примером того, как санкции, регулирование и доверие рынка могут столкнуться в условиях геополитического кризиса. 

Для юристов и специалистов по комплаенсу эти события обнажили реальность, которая зачастую остаётся незаметной в публичных дискуссиях о санкциях.

Заголовки, как правило, сосредоточены на политических решениях. Операционные последствия проявляются позже. Платёжные каналы сужаются. Банки-корреспонденты пересматривают отношения. Поставщики услуг прекращают обслуживание. Контрагенты сокращают принимаемые риски. Учреждения оказываются вынуждены одновременно справляться с правовым, регуляторным и репутационным давлением.

«Самыми сложными были не сами запреты», — говорит Шольц. «Самыми сложными были последствия. Платёжная инфраструктура менялась быстрее, чем организации успевали адаптироваться к новой реальности».

Эти уроки становятся всё более актуальными по мере того, как Европа расширяет свою санкционную архитектуру.

В апреле 2026 года Европейский союз принял 20-й пакет санкций против России, распространив ограничения на ряд нероссийских финансовых учреждений, подключённых к российской Системе передачи финансовых сообщений (СПФС) — московской альтернативе SWIFT. Этот шаг ознаменовал дальнейшее смещение акцента с отдельных операций на инфраструктуру, через которую проходит финансовая деятельность.

Для компаний, ведущих деятельность в Евразии, особенно в таких регионах, как Южный Кавказ и Центральная Азия, последствия проявились незамедлительно. Компании обращались за консультациями не только по вопросам соблюдения санкций, но и по вопросам корпоративного управления, управления рисками и взаимодействия с европейскими органами власти.

Этот спрос создал возможности для консультантов, чей опыт выходит за рамки правовой теории.

Сегодня Шольц является управляющим партнёром международной юридической фирмы Oracle Law Global в Германии и Азербайджане и консультирует клиентов по вопросам банковского регулирования, санкций, противодействия финансовым преступлениям (комплаенс) и трансграничных сделок в Европе и на Южном Кавказе. Его работа всё чаще находится на пересечении нескольких тенденций, меняющих облик региона: поиска Европой альтернативных энергетических партнёров, развития транскаспийского Среднего коридора и расширения практики применения санкций за пределами самой России.

Азербайджан стал одной из ключевых точек этих процессов. По мере того как страна укрепляет свою роль поставщика энергоресурсов в Европу и транзитного маршрута, связывающего Азию и Европу, бизнес сталкивается с более сложной регуляторной средой. Финансирование, торговля, логистика и энергетические проекты теперь требуют тщательного анализа санкционных рисков, платёжных систем, корреспондентских отношений и комплаенс-обязательств.

В результате формируется рынок, на котором опыт превратился в конкурентное преимущество.

Многие юристы умеют толковать санкционное регулирование. Гораздо меньше тех, кто работал внутри учреждения, действующего под прямым давлением санкций, регуляторного вмешательства и стремительно меняющейся геополитической обстановки. События 2022 года показали, что правовые вопросы редко долго остаются сугубо правовыми. Они быстро становятся операционными, финансовыми и стратегическими.

Эта реальность помогает понять, почему экспертиза в области санкций становится всё более ценной в отраслях, далёких от банковского сектора. Энергетические компании, инвесторы, логистические операторы и транснациональные корпорации сталкиваются с разными вариантами одной и той же задачи: понять, как геополитические решения влияют на коммерческую деятельность. 

По мере того как Европа продолжает перекраивать границы своих экономических отношений с Россией и её соседями, специалисты, способные соединить регулирование с практической реализацией, по всей видимости, будут оставаться востребованными.

Для Шольца значимость нынешнего момента состоит не просто в очередном пакете санкций или следующем регуляторном нововведении.

«После 2022 года я понял одну вещь», — говорит он. «Санкции перестали быть темой только для юристов. Сегодня это вопрос стратегии бизнеса, управления рисками и устойчивости компаний».

Финансовый шок, последовавший за вторжением в Украину, дал ранний прообраз этого будущего. Вопросы, с которыми сегодня сталкивается бизнес по всей Евразии, во многом те же, что возникли внутри европейских банковских учреждений в те первые недели кризиса: как сохранить операционную деятельность, удовлетворить требования регуляторов, управлять отношениями с контрагентами и адаптироваться к стремительно меняющейся санкционной среде.

Эти вопросы никуда не исчезли. Они просто вышли за пределы банковского сектора.