Ловушка Тегерана странная война

Может показаться, что Тегеран сдался. Но это — самая опасная ловушка за последние годы. Иран официально заявляет: «Мы прекращаем обогащение урана». Мир вздыхает с облегчением? Не стоит. Это не капитуляция, а гениальный тактический ход, который скрывает горькую правду: ядерная программа не остановлена, она всего лишь перезагружается.

Ударные беспилотники и ракеты США и Израиля в июне нанесли серьезный урон, и Тегеран вынужден признать — его главные атомные объекты лежат в руинах. Но вместо того, чтобы отказаться от мечты о ядерном статусе, режим использует эту паузу как прикрытие. И пока наивные оптимисты аплодируют «благоразумию Тегерана», Иран в глубоком подполье уже восстанавливает все, что потерял, и делает это с еще большим размахом.

Может показаться, что Тегеран сдался. Но это — самая опасная ловушка за последние годы

Заявление Ирана о «приостановке» обогащения урана — многоуровневый ход в дипломатической партии, рассчитанный на несколько аудиторий одновременно. Министр иностранных дел Аббас Аракчи выступает в роли своеобразного режиссера этого действа, представляя разные версии одного и того же сценария — для внутренней публики и для западных зрителей.

Для своих – это успокоение перед бурей. А иначе нельзя. Внутри страны настроение давно приблизилось к точке кипения. Санкции душат экономику, инфляция бьет по карманам, и народ начинает задавать неудобные вопросы. И что же делает режим? Он делает вид, что так и надо! Мол, наша «непоколебимая решимость» не пострадала, мы просто делаем паузу, чтобы перевести дух.

Элиты, конечно, в расколе: одни кричат, что пора завязывать с этим ядерным авантюризмом, другие — что нужно стоять до конца. Аракчи ловко балансирует между ними, пытаясь угодить и тем, и другим, но в итоге — кто-то, а именно внутриполитические оппоненты нынешнего режима, наверняка останутся в проигрыше, что называется - с носом.

Заявление Ирана о «приостановке» обогащения урана — многоуровневый ход в дипломатической партии, рассчитанный на несколько аудиторий одновременно

Западную аудиторию, которую эти иранские пляски с бубном вокруг атома уже откровенно утомили, Тегеран пытается усыпить. Они надеются, что уставший от этой бесконечной «атомной саги» Запад, который уже готов аплодировать новым американо-израильским ударам, скажет: «О, смотрите-ка, они образумились! Может, и правда не стоит их бомбить?»

Своим же немногим союзникам, вроде России и, отчасти, Китая, - Тегеран дарит козырь для их пропагандистских выступлений в ООН. И здесь - потрясающее сходство с тактикой ХАМАСа. Это одна и та же пьеса, только на разных сценах. Когда их припирают к стенке — они тут же выражают готовность к переговорам, надевают маску миротворцев. Но стоит только убрать пистолет с виска — тут же начинается тот самый цирк с конями в яблоках.

С предложенными условиями мира они не согласны. Их «уступчивость» — это лишь тактическая пауза, чтобы перегруппироваться и придумать новый трюк.

Элиты, конечно, в расколе: одни кричат, что пора завязывать с этим ядерным авантюризмом, другие — что нужно стоять до конца

«Ядерная пауза» Ирана — не мир, а лишь антракт в большом представлении под названием «Большая ближневосточная игра». Тегеран не сдался. Он просто сменил костюм.

Более того, заявление о «приостановке» обогащения урана — это не жест доброй воли, а виртуозно разыгранная политическая партия, где Тегеран пытается выступить одновременно и игроком, и судьей. Парадокс в том, что, приостанавливая обогащение урана, Тегеран одновременно демонстрирует и уязвимость, и силу — уязвимость своей ядерной инфраструктуры и силу своей политической воли, способной превратить вынужденную остановку в дипломатическое наступление.

Объявленная Ираном «пауза» создает новую конфигурацию на геополитической шахматной доске. И теперь уже Западу предстоит решать: воспринимать ли эту паузу как возможность для диалога с учетом новых реалий - или же как передышку перед неизбежным новым витком противостояния. Тегеран свой ход сделал — теперь очередь за Вашингтоном, Брюсселем и Иерусалимом.