Молчание ягнят: Трамп показал, чего стоит Евросоюз Аналитика Сергея Богдана

Избранный президент США Трамп говорит о планах присоединить к стране часть территории Дании и Панамы, а также Канаду. Самые серьезные планы Трамп озвучил в отношении Гренландии, которая формально не входит в состав ЕС, но принадлежит Дании как члену ЕС. В Брюсселе все прикусили языки, председатель Еврокомиссии «железная Урсула» сказалась больной, а лидеры ключевых европейских стран молчат как мыши под веником, бросив датчан самих разбираться с Вашингтоном.

Новое руководство США, учитывая такое поведение европейцев, наверняка реализует свои планы в отношении Гренландии. Но за ситуацией следят и другие члены ЕС, да и весь мир — ведь если под прицелом оказалась страна из ядра «старой Европы», и даже ее Брюссель не стал защищать, то чего стоит европейская интеграция и болтовня о «европейской армии»?

Трамп — это всерьез

Долгое время после первого избрания Дональда Трампа на пост президента США глобальные либеральные элиты успокаивали себя, что его радикальные планы и резкие действия — это всего лишь крайне опасная, но тактика. Изображая из себя политического берсеркера, готового невзирая на последствия ринуться на оппонентов, он просто пугает их, чтобы те пошли на уступки, не рискуя выводить его из себя. Дескать, так делал Рейган, который пугал Советский Союз, изображая из себя полоумного ковбоя, которым он никогда не был, но это работало, и советская сторона остерегалась лобового столкновения с США во времена Рейгана, ибо тот-де может выкинуть всё, что угодно. В начале первого президентства Трампа желтоватое американское издание BuzzFeed сообщало, что книга одного из чиновников администрации Рейгана об этой тактике, якобы специально разработанной в 1980-е годы, была настольной в команде Трампа.

Наверное поэтому, когда американский президент в 2019 году впервые заговорил о желании купить у Дании и присоединить к своей стране огромную (2,1 млн кв. км) территорию острова Гренландия, от него скорее отмахнулись и всерьез не восприняли. Вскоре Трамп проиграл на выборах, и европейские политики вздохнули с облегчением, наверное, это была всего лишь тактическая уловка.

Оказалось, что это не так. И дело не только в том, что Трамп продолжает последовательно озвучивать и углублять тему, уже не исключая применение военной силы, не говоря уже об экономическом давлении. Ее начали прорабатывать и ближайшие к нему люди. Сын Трампа, Дональд-младший, посетил 7 января Гренландию, где раздал кепки с символикой «Вернем Гренландии величие» (по аналогии с лозунгом его отца «Вернем Америке величие») и провел двусмысленное политическое собрание с местными жителями. После его отъезда на острове появились американские активисты, размахивающие флагами США, которые принялись раздавать соответствующую символику и стодолларовые купюры, выкладывая фото и видео в интернет. Власти острова, разумеется, не осмелились им препятствовать. А на прошлых выходных вице-президент новой вашингтонской администрации Джей Ди Вэнс вновь пригрозил просто забрать остров, если Копенгаген не согласится на сделку: «Нам даже не обязательно применять военную силу. Наши войска уже там. Гренландия действительно важна для Америки в стратегическом плане. Здесь много замечательных природных ресурсов».

А в понедельник выяснилось, что республиканцы в нижней палате американского парламента уже подготовили законопроект, позволяющий президенту Трампу начать переговоры с Данией о покупке Гренландии одновременно с началом его второго президентского срока. Принять такой закон может быть непросто, но Трамп даже без закона начал соответствующую кампанию и вряд ли остановится.

Бог подаст: Евросоюз не поможет

Тем более что причин останавливаться у него нет. Все сигналы со стороны европейцев свидетельствуют о их смиренном отношении к курсу Трампа. В прошлую среду руководитель страны, владеющей островом Гренландия, датская премьер-министр Метте Фредериксен в телефонном разговоре с Трампом осмелилась лишь сказать, что Гренландии стоит самой решить вопрос о независимости.

На прошлой неделе Метте робко заявила, что она, конечно, хотела бы сохранить территориальную целостность своей страны, но... выразила понимание стремлению гренландцев к независимости (добавим, что оное стремление возникло на почве начатой американским президентом в 2010-х годах дискуссии). Чуть ранее, когда Трамп намекнул на возможность силового сценария при изменении границ ее страны, датский премьер вообще заняла странную позицию, заявив, что «не разделяет предположений о том, что Вашингтон может использовать силу для контроля над островом».

Под стать Метте и ее министр иностранных дел, который не отважился и пикнуть в ответ на американские претензии, а лишь почтительно сказал, что понимает обеспокоенность американцев ситуацией с безопасностью в Арктике и подчеркнул готовность Копенгагена вместе с Гренландией вести переговоры с Дональдом Трампом для обеспечения «американских интересов». 

Следует подчеркнуть, что разговоры о «независимости» не должны вводить никого в заблуждение. Никакой жизнеспособной независимой государственности в Гренландии создать невозможно уже хотя бы в силу наличия там минимального населения (менее 57 тыс. человек, вместе с иностранцами) и объективной невозможности его увеличения. Максимум там возможно создать бутафорию, симулякр государства, на деле целиком подчинив территорию более крупной стране. А это значит, датская премьер фактически согласилась отдать остров США при условии соблюдения псевдодемократического антуража.

Копенгаген формально отказывается продавать свое заморское владение, но власти Гренландии уже заявили, что готовы расширять сотрудничество с США — обозначая свой интерес в получении куска от будущей сделки. Первый же опрос на тему включения Гренландии в состав США, опубликованный 12 января малоизвестной американской фирмой, продемонстрировал, что 57,3% населения уже готово поддержать этот шаг.

Разумеется, силы Дании и США неравны. Но Дания является частью Евросоюза, руководство которого недавно торжественно создавало военные структуры и грозилось взяться за вопросы обороны в обход НАТО. Как оно отреагировало сейчас? 

А никак. Когда запахло жаренным, 3 января пресс-секретарь Еврокомиссии внезапно заявил, что ее председатель, «железная Урсула», заболела «воспалением легких в тяжелой форме». Она-де отменяет все свои выступления в ближайшие две недели и посидит пока дома. Разумеется, ей не до выяснения отношений с Трампом. Пресса сразу заподозрила неладное, указав, что ни слова не было сказано ни о состоянии, ни о причинах заболевания. А на прошлой неделе выяснилось, что она на всякий случай еще и легла в госпиталь — примерно на неделю — и СМИ принялись говорить о потенциальной смертельной опасности воспаления легких!

Побоялись возразить Трампу — даже еще и не вступившему в должность -- и остальные руководители евросоюзовских структур, и лидеры даже крупных западноевропейских стран, являющихся союзниками Дании. Дания оказалась одна.

Эффект домино

Можно не сомневаться, что столь показательный случай — даже вне зависимости от того, как дальше будут развиваться события — будет иметь далеко идущие разрушительные последствия и для всего «коллективного Запада» в целом, и для Евросоюза в частности. «Эффект домино» в отношении распада политической субъектности ЕС будет нарастать — это уже заметно по тому, как наперегонки даже либеральные лидеры ЕС спешат отрапортовать о выполнении поставленных Трампом задач нарастить военные расходы (т. е. увеличить заказы для американского ВПК) и ищут способы нарастить также закупки сверхдорогого газа из США — как потребовал американский лидер.

Началось всё, кстати, и вовсе не при Трампе и совсем даже не с него. Во времена первого срока Трампа в Европе еще были политики, способные говорить американским руководителям твердое «нет». Пожалуй, последней из этой когорты была германская канцлер Ангела Меркель. Уже при Байдене всё поменялось, и европейский либеральный истеблишмент даже не осмелился спорить с Байденом, вроде бы единомышленником из столь же либеральной партии США, когда тот начал разрушительную кампанию против экономики ЕС, приняв скандальные законы с обманчивыми названиями — о противодействии инфляции и развитии производства микропроводников. Первый из них под предлогом развития экологически и климатически передовых технологий фактически вел к переманиванию инновационных предприятий из Евросоюза за океан, а последний делал то же в особо изощренной форме в отношении микроэлектронной промышленности. Были опасения, что это приведет к торговой войне между ЕС и США. Но не на тех напали — евросоюзовцы сделали вид, что ничего не происходит, благо последствия пандемии и войны с Россией позволили заретушировать увядание европейской промышленности. Иными словами, отступление европейских политиков под давлением США в случае Гренландии — это продолжение и нарастание «эффекта домино».

Подчеркнем, что евросоюзовцы согласились с фактической «ползучей капитуляцией» перед Вашингтоном, может, и в непростой, но небезнадежной для них ситуации. При всех сложностях ЕС, у США проблемы тоже немалые — в пятницу Минфин этой страны объявил о принятии чрезвычайных мер против дефолта. Несмотря на ослабление Евросоюза в целом и отдельных европейских стран в частности, они, несомненно, обладают еще огромными ресурсами, первоклассными политическими, социально-экономическими и научными структурами, гигантскими запасами технологий.

Ярким тому примером является ситуация вокруг двух давнишних конкурентов в аэрокосмической отрасли — американского «Боинга» и евросоюзовского «Эйрбаса». Технологические проблемы «Боинга», скандалы с разоблачением недоброкачественного производства и «самоубийством» ключевого свидетеля, а также неспособная к гибкому управлению структура гигантского концерна поставили эту фирму в очень тяжелую ситуацию. Как показали показатели прошлого года по объемам реализации, дела у «Боинга» идут хуже, чем когда-либо за последние двадцать лет. По результатам прошлого года евросоюзовский «Эйрбас» почти вдвое обошел заокеанского конкурента, причем разрыв в пользу европейцев нарастает — если в 2023 году разница в объемах поставок между «Эйрбасом» и «Боингом» составляла 207 самолетов, то по итогам прошлого года она достигла уже 418 единиц.

Иными словами, у Европы остаются гигантские наработки, капитал и материальные средства, накопленные в результате упорного труда, а также колониального и неоколониального ограбления и эксплуатации незападного мира. Но для того, чтобы, опираясь на эту основу, реанимировать Евросоюз или хотя бы отдельные его страны, у псевдолиберальных политических элит не хватает ни политической воли, ни смелого видения образа будущего — они погрязли в догматичном доктринерстве и жажде геополитической экспансии любой ценой. Для сравнения, и руководство крохотной Панамы, и лидеры гораздо более зависимой от Штатов Канады продемонстрировали гораздо больше решительности и сплоченности. Иными словами, поведение евросоюзовских политиков — просто вершина бесхребетности, опасной и для европейцев, и для всего мира.