Почему ХАМАС удерживает Газу после полутора лет войны с Израилем? АНАЛИТИКА

Недавно израильский генерал-майор в отставке Ицхак Брик заявил, что за полтора года войны Израилю удалось разрушить лишь 10 процентов подземных бункеров, используемых боевиками ХАМАС в Газе. Впрочем, по другим, более оптимистичным оценкам, озвученным руководством ЦАХАЛа, разрушено до 50 процентов этих укреплений. Однако даже израильские военные обозреватели признают: столь высокие цифры, скорее всего, завышены. Возникает закономерный вопрос: как ХАМАС удалось построить столь сложную подземную инфраструктуру?

В настоящий момент Израиль сосредоточил в Газе почти все свои регулярные сухопутные силы и подвергает сектор постоянным авианалетам и артиллерийским обстрелам. Несмотря на разрушение большей части жилого фонда, израильским военным не удалось подчинить Газу: под контролем остается лишь часть сектора.

Армия обороны столкнулась с крайне опасным и изматывающим явлением -партизанской войной. Небольшие группы боевиков выходят в тыл ЦАХАЛа, минируют дороги, обстреливают из гранатометов и снайперских винтовок, уносят жизни 1–2 солдат и скрываются в подземных коммуникациях. Другие боевики, выполняя боевые задания, переодеваются в гражданскую одежду, смешиваются с местным населением, перемещаются между районами и наносят удары уже в новых точках. Израильские военные обозреватели признают: ситуация становится все более тревожной, напоминая по характеру партизанскую войну в Ливане в 1982–2000 годах. Тогда, понеся значительные потери от засад герильи, израильская армия была вынуждена покинуть Ливан.

Подземная война ХАМАС оказалась настолько эффективной, что эксперты ЦАХАЛа заговорили о появлении нового измерения в ведении боевых действий и даже о необходимости создания специальных подразделений для борьбы в подземных условиях. В Газе также расположены подпольные оружейные заводы, построенные при участии иранских инженеров. Правда, производимое там вооружение оставалось относительно простым: ракеты, способные достигать израильских городов, минометы, гранатометы, автоматы.

Возникает вопрос: как ХАМАС удалось создать столь разветвленную сеть подземных коммуникаций и боевые силы численностью от 30 до 50 тысяч человек? Ведь несмотря на вывод израильских войск из сектора Газа в 2005 году, блокада региона оставалась жесткой - с суши, моря и воздуха. Израиль полностью контролировал потоки товаров, поступающих в Газу и выходящих из нее, периодически меняя список разрешенной к ввозу продукции, что фактически исключало возможность полноценного экономического развития сектора. Оставались, правда, туннели на границе с Египтом, однако в период правления президента Абдель Фаттаха ас-Сиси большинство из них, по всей видимости, были уничтожены.

Откуда деньги и стройматериалы?

Благодаря расследованию, опубликованному изданием The Economist, стало известно, что ХАМАС представляет собой огромную корпорацию - бизнес-империю с шахтами и агрофермами в Судане, строительными компаниями в Абу-Даби и собственным финансовым сектором, вкладывающим средства в криптовалюту. При этом политическое руководство и управленческий аппарат организации находятся в Катаре.

Как уже говорилось выше, Израиль осуществлял блокаду сектора Газа, контролируя ввоз и вывоз товаров. Тем не менее десятилетиями двухмиллионная Газа получала все необходимое для строительства и развития местного производства: от стройматериалов и металлов до продукции химической промышленности и электроэнергии. Вопреки распространённым мифам, Газа платила за электричество Израилю, а не получала его бесплатно, хотя, как отмечала израильская пресса, периодически возникали задолженности.

Несмотря на то что Израиль периодически вводил ограничения на номенклатуру товаров, Газа продолжала закупать у израильских компаний многое из того, что необходимо для жизни современного города, включая стройматериалы и технику. Это было выгодно израильскому бизнесу, получившему два миллиона потребителей в лице жителей Газы, и его лоббистам.

Израиль не мог полностью прекратить поставки топлива, электроэнергии и металлов: в противном случае, и без того страдающее от нехватки питьевой воды и 45-процентной безработицы население Газы начало бы гибнуть. Это могло бы привести к ударам ХАМАСа по израильской территории. А на тот момент разрушение сектора не входило в планы Тель-Авива. Напротив, Израиль делал ставку на сотрудничество, включая примирение с арабскими странами в рамках соглашений Авраама - договоренностей о взаимном признании. В таких условиях полномасштабные столкновения с палестинским ХАМАСом могли осложнить процесс нормализации отношений с арабскими государствами.

Кроме того, и сам ХАМАС в последние годы вел себя относительно мирно, демонстрируя готовность к экономическому взаимодействию с Израилем. Торговые связи расширялись: 50 тысяч жителей Газы (примерно 6–7 процентов ее рабочей силы) получили разрешения на работу в Израиле - естественно, на условиях, худших, чем у граждан страны. Не имея израильского гражданства, они получали лишь временные рабочие допуски без социальных гарантий. Однако в условиях массовой безработицы, охватившей почти половину населения сектора, эти условия все же воспринимались как выход. Ситуация изменилась лишь после 7 октября.

Сегодня Газа получает основные товары в виде гуманитарной помощи. Однако до войны она была интегральной частью израильской экономики, при том весьма важной: даже сейчас в Израиле звучат жалобы на то, что палестинских рабочих некем заменить. Именно эта тесная экономическая связь и позволила ХАМАСу построить подземные города и заводы.

Помимо экономической выгоды, у сотрудничества между Израилем и ХАМАСом был важный политический аспект. Дело в том, что политически стабилизация режима ХАМАС в Газе была выгодна прежде всего премьер-министру Беньямину Нетаньяху и крайне правым националистам в его правительстве. Это позволяло избегать переговоров с палестинцами о создании двух государств, на чем время от времени настаивали США и Саудовская Аравия. Ответ Израиля звучал просто: «А с кем нам разговаривать? У палестинцев нет единого правительства: ПА (Палестинская Автономия на Западном берегу реки Иордан – ред.) одно, Газа и ХАМАС - другое. Они и между собой не могут договориться».

Только после 7 октября риторика изменилась, и Нетаньяху заявил о намерении уничтожить ХАМАС. Однако к тому моменту, благодаря экономическому взаимодействию с Израилем и поддержке со стороны Ирана, движение уже успело накопить значительный потенциал для ведения асимметричной войны.

Таким образом, до 7 октября Газа была фактически встроена в израильскую экономику как своего рода колониальный анклав, имевший для израильского руководства и экономическую, и политическую ценность. Поведение ХАМАСа оставалось умеренным, что позволяло ему получать многое из необходимого, в том числе напрямую из Израиля, для строительства укреплений и накопления ресурсов.

Роль Ирана. Асы асимметричной войны

Тем временем Иран бесплатно предоставлял ХАМАСу инженеров, военных специалистов, а также часть финансовых средств. Играя важную роль в финансировании сектора Газа, иранцы, разумеется, имели значительное влияние как на политическое руководство ХАМАС, так и на его военные операции.

Покровительствуя ХАМАС, Тегеран включил его в так называемую Ось сопротивления, коалицию проиранских группировок и ополчений, контролирующих значительную часть Ближнего Востока: от «Хезболлы» в Ливане до йеменских хуситов, иракского Хашд аш-Шааби и союзного Ирану режима Башара Асада в Сирии.

В случае с ХАМАС можно говорить об иранской технологии подземной войны, помноженной на местную инженерную смекалку. Иранцы помогали строить подземные комплексы и «Хезболле», хотя и не такие масштабные, как у ХАМАСа.

Но главное, Иран остается мастером асимметричной войны. Иранцы настоящие асы, когда речь идет о борьбе с более сильным в военном отношении противником. Например таким, как Израиль с его высокотехнологичными ВВС. Подземная война - важнейшая иранская инновация. Как и широкое применение дронов.

Начало войны, 7 октября 2023 года

Но почему, несмотря на столь тесную экономическую интеграцию с Израилем, возникла необходимость в подземных заводах, туннелях и, в конечном итоге, в атаке на Израиль 7 октября?

На это было несколько причин.

Во-первых, между Газой и Израилем периодически происходили столкновения, пусть и не такие масштабные, как нынешние.

Во-вторых, как бы не было, сектор оставался в блокаде. Это означало, что ХАМАС неизбежно стремился к ее прорыву и намеревался оказывать давление на Израиль с целью смягчения или полной отмены ограничений. Если бы Израиль оказался в блокаде с суши, моря и воздуха, он тоже начал бы войну.

В-третьих, спонсоры ХАМАСа – иранцы - требовали участия в «Оси сопротивления», большой проиранской коалиции, направленной в том числе против Израиля, как условие финансирования. В этих условиях ХАМАС готовился к большой войне, как впрочем делают все или многие страны на Ближнем Востоке. В этом регионе, если ты не готов к серьезной военной операции, можно потерять и власть, и жизнь.

Поскольку, находясь в израильской блокаде, ХАМАС не имел возможности закупать боевые самолеты и танки за рубежом, он готовился к асимметричной войне. Той самой, которую с относительным успехом ведет уже полтора года. Эта война включает в себя несколько компонентов: 1. Разветвленную сеть подземных бункеров, заводов по производству оружия, складов и коммуникаций; 2. Производство ракет для обстрела израильских городов с целью дестабилизации и парализации экономики; 3. Подготовку рейдов на территорию Израиля. Для этого был создан спецназ «Нухба», осуществивший атаку 7 октября. Подготовка к операции велась около двух лет.

За две недели до 7 октября Саудовская Аравия - самая богатая и влиятельная арабская страна - начала подавать сигналы о готовности присоединиться к Соглашениям Авраама, то есть признать Израиль.

Иран рассматривал потенциальный саудовско-израильский альянс как усиление региональных сил, соперничающих с ним и связанных с Соединенными Штатами. С точки зрения ХАМАС, растущее сближение между саудитами и Израилем означало, что арабский мир все больше отворачивается от палестинской проблемы - блокада Газы, продолжение израильской оккупации Западного берега реки Иордан – все это уходило на второй план.

Возможно, именно Иран инициировал атаку ХАМАСа на Израиль 7 октября, стремясь сорвать взаимное признание между Саудовской Аравией и Израилем. Цель была достигнута: пока идет война, а она продолжается уже полтора года, нормализация отношений между Эр-Риядом и Тель-Авивом невозможна. Руководство Саудовской Аравии, претендующее на роль лидера арабского мира, просто не может позволить себе такой шаг в условиях продолжающихся израильских бомбардировок Газы.

Последствия удара спецназа ХАМАС - подразделения «Нухба» - были катастрофическими. «Нухбасы», как их называют в Израиле, убили около 300 военных и 800 гражданских, захватили штаб одной из израильских дивизий и увезли в Газу 240 заложников (при этом часть гражданских, вероятно, могла погибнуть от дружественного огня). В течение трех суток бойцы «Нухбы» удерживали 22 населенных пункта на территории Израиля, после чего отступили обратно в Газу.

За ними последовала израильская армия. В результате массированных ударов, по данным Министерства здравоохранения Газы, число погибших палестинцев превысило 50 тысяч, и значительную часть жертв составляют мирные жители.

Битва корпораций

Эти события проливают свет на печальную реальность Ближнего Востока: большинству людей здесь по-прежнему ничего не принадлежит. То, что называют арабской или еврейской землей, де-факто не находится во владении 90 процентов арабов и 90 процентов евреев. Эти люди не управляют «своими» странами и городами, как в древних Афинах народное собрание управляло государством, а подотчетные ему советы можно было сменить в любой момент.

Реальная собственность - земля, банки, заводы, офисы и власть - сосредоточена в руках конкретных лиц и семей, тесно связанных с высшей бюрократией и партийной верхушкой. Так, в Израиле финансисты и владельцы крупного бизнеса, вроде братьев Офер или семьи Адельсон, играют значимую роль в политике. В Газе же ХАМАС превратился в бизнес-империю, которая не проводила выборов с 2006-го года. Почти два десятилетия.

Тем временем подавляющее большинство как палестинцев, так и израильтян, не имея ни власти, ни собственности, оставались частью единой экономической системы. В этом смысле сектор Газа лишь бедный рабочий пригород крупных израильских городов, расположенный в нескольких десятках километров от них и долгое время снабжавший их дешевой рабочей силой.

В этой битве двух корпораций - израильской и палестинской - пока нет явных победителей. ХАМАС, использовав возможности экономической интеграции с Израилем, построил подземный город и уже полтора года успешно сопротивляется более мощной израильской армии, применяя иранскую тактику асимметричной подземной войны.