Политическая паника в Иреване: когда решение проблемы увеличить хаос МНЕНИЕ

Создание новой панели на обломках рухнувшей конфигурации — широко распространенная практика. Но она возможна в случаях, когда в старой системе имелись какие-нибудь полезные компоненты. Если в основе канувшего были одни рудиментарные блоки, то пиши пропало.

Попытки некоторых армянских деятелей из стана бывших реанимировать обстановку в пользу Иревана напоминают историю незадачливого старателя, который усиленно повторяет одно и то же в надежде заполучить новый результат. Экс-министр иностранных дел Армении Вардан Осканян занимается неблагодарным делом, обвиняя руководство страны во всех грехах. Выгораживая себя, он отрицает очевидные истины.

Трагедия Иревана в том, что процесс распада старой политической системы продолжается, и в фиаско национальной дипломатии нынешнему премьеру Николу Пашиняну приходится отдуваться и за провалы предшественников. Но бывшие открещиваются от собственных ошибок как только могут, а заодно вешают всех собак и на Баку.

Экс-глава МИДа обвиняет Азербайджан в том, что победитель продолжает наращивать список требований. Ему кажется, что Армения итак пожертвовала многим, и теперь ей некуда отступать. В числе «уступок» В. Осканян называет Карабах и некоторые территории своей страны, на которых будто бы обосновались азербайджанские силы.

Или у бывшего министра память коротка, или же он, как истый шулер, блефует, чтобы воссоздать благоприятный фон для своих фантасмагорических расчетов. Ему ли не знать, что Карабах никогда не был вне состава Азербайджана?! А может, ему еще и невдомек, что когда между странами нет мирного договора, все физические диспозиции воспринимаются сугубо условно?!

Между правительствами Никола Пашиняна и его предшественников есть одно общее качество, что их роднит. Все армянские руководители абсолютно не приучены смотреть реалиям в лицо, они же не готовы выполнять данные обещания. Нынешний глава кабинета уж очень долго готовился к делимитации пограничной линии. Долго раздумывал, предпринял несколько безуспешных маневров, пока согласился на осторожную имплементацию.

Именно тогда глава Азербайджана Ильхам Алиев без обиняков заметил, что «если они не желают проводить делимитацию, мы будем пересекать границу там, где сочтем нужным». Императив азербайджанского лидера возымел эффект. Но духа армянской дипломатии хватило на одну драку. Около пятнадцати километров удалось отработать, но дальше дело не пошло. Если Иреван удосужится, процесс сдвинется с мертвой точки. Пока же Никол Пашинян заказывает бравурные военные марши.

А самый активный из бывших, неутомимый В. Осканян, печется о главном, чтобы Армения справлялась с напором Баку. Он мучительно ищет ответ на требование Азербайджана о размещении на исконных тюркских землях триста тысячной массы беженцев, которую армяне подвергли жестокой депортации в конце прошлого века. С другой стороны, ратует за то, чтобы отстоять нахождение так называемых гражданских наблюдателей от ЕС на территории Армении. Наконец, пытается найти оправдательные мотивы для своей страны, чтобы никто не мог помешать Иревану вооружиться, не говоря о том, чтобы вывести еще за скобки обсуждений требование об изменении конституции.

Для В. Осканяна вопрос Зангезурского коридора болезненный, хоть и его открытие способно вдохнуть новую струю в дыхание региона, оказавшегося в заперти по вине армянского политеса. Ему импонирует блокирование усилий внешних сил по диверсификации маршрутов. Что и говорить, сами не горят желанием сняться с тормозов и другим не дают поля для маневров.

В свое время команда Роберта Кочаряна, в которой одно из центровых мест оставалось за досточтимым В. Осканяном, сделало все возможное, чтобы заморозить регион и оставить за собой право на любые виды движений. Экс-министру иностранных дел слабо вспоминает об этом, вот и подводит базу сомнений под желание Баку об открытии коммуникаций.

Но во всех ипостасях азербайджанская сторона действует рационально и предусмотрительно. Президент Алиев позаботился о надежной альтернативе, и чтобы обойти вниманием маневренность спарринга, В. Осканян наводит тень на плетень, мол, Баку в нынешних условиях предпочитает не говорить об этом, поскольку считает, что решение данного вопроса для него не является проблематичным.

И какой же вывод у дипломата? А вот какой: «Азербайджан просто войдет и возьмет его… Пашинян обещал коридор, и это уже право Баку войти и взять. Так что это, действительно, повод для серьезного беспокойства».

Почему же экс-министр сильно беспокоится, ведь армянские власти зареклись, дескать, вопрос коридора является для них красной линией. Зачем же бузить?! В. Осканян нашел прямую корреляцию между судьбами коридора и Карабаха. Коль Пашинян ранее заявил, что Карабах — это Армения, а потом «подарил» его Азербайджану, то же самое произойдет с коридором.

Глубинно мыслящий экс-министр исходит из собственной логики отрицания реальности, называя линию поведения Иревана пораженческой. Он в упор отказывается признать, что обстановку в регионе до состояния изнеможения довели предыдущие правители страны.

Это они не оставили поля для дипломатических маневров, превратив силовое разрешение в единственно возможный вариант. Перестраховавшись, покинули политическое поле мнимыми победителями, но рвануло после них, когда у руля застывшей страны встал малоопытный Пашинян.

Теперь вместо того, чтобы отмолчаться, а молчание в дипломатии не менее важное умение, чем красноречие, экс-министр действует, как заправский болтун, промышляющий недвижимостью. Советует Пашиняну не оправдываться, а банально ударяться в шельмование. И не потому ли сетует, что «премьер за шесть лет так и не научился ничему новому по части дипломатии»? Называет его опыт «опытом неудач».

И в чем же этот, с позволения сказать, мастодонт дипломатии видит выход из положения? В том, что вопрос Карабаха должен быть возвращен в повестку, «чтобы появились возможности для решения с Азербайджаном разных вопросов».

Оставаясь верным хищнической морали эпохи «миацума», Вардан Осканян в упор не видит горькую реальность, в которой нет ни единой зацепки, чтобы реанимировать хоть что-то из убогого наследия минувших лет. Это он вместе с единомышленниками соорудил баррикады на пути к компромиссам, чем и довел положение до военного противостояния.

Ему бы молчать, а он читает нотации другим. Не лучше ли признать горькую правду о безысходности? Не зря говорят: если не можешь изменить положение, измени отношение к нему.