Русский марш: парад ненависти под маской патриотизма АНАЛИТИКА

«Русский марш» — ежегодное сборище ультранационалистов, которое с 2005 года оскверняет улицы России, — это не что иное, как современное отголосок нацистских парадов, омрачивших Европу в прошлом веке. Это отвратительное зрелище, прикрытое лживой вывеской «патриотизма» и «национального единства», является открытой раной на теле многонациональной страны, извергающей ядовитую риторику, которая разобщает, дегуманизирует и разрушает.

Далекий от празднования русской идентичности, этот марш — вопиющий пример шовинизма, расизма и имперских иллюзий, прямой наследник ядовитых идеологий, питавших Третий рейх. А в основе этого кошмара лежит тень Ивана Ильина, философа, чьи идеи, несмотря на официальные опровержения, продолжают отравлять политический и культурный ландшафт России.

Каждое 4 ноября, в День народного единства, улицы Москвы и других городов России захватывал «Русский марш» — сборище ультранационалистов, неонацистов и крайне правых экстремистов. Это мероприятие, запрещенное в 2020 году, но до сих пор живущее в коллективной памяти, было ужасающим зрелищем: знамена со свастикой, нацистские приветствия и лозунги, от которых любой порядочный человек содрогнется: «Москва для русских», «Хватит кормить Кавказ», призывы отменить статью 282 УК РФ, карающую за экстремизм. Это не голос народа, стремящегося к единству, — это боевые кличи толпы, жаждущей изгнать всех, кого она считает «чужими».

Сходство с нацистской Германией не просто поразительное — оно неоспоримо. Как коричневорубашечники Гитлера маршировали по Берлину, провозглашая арийское превосходство, так и «Русский марш» стал платформой для «великорусского шовинизма» — токсичной смеси этнонационализма, ксенофобии и имперских амбиций. Участники, нередко в образе скинхедов и с неофашистской символикой, открыто прославляли насилие над мигрантами, этническими меньшинствами и левыми активистами. Марш 2013 года, самый массовый в истории, собрал тысячи человек, скандировавших о «русской власти» и выкрикивавших расистские и антисемитские лозунги. Их действия завершались избиениями и даже убийствами тех, кого они считали «недостойными» российской земли.

Иван Ильин: гнилой корень русского национализма

В основе этого шовинистического угара лежит интеллектуальное наследие Ивана Ильина, философа, чьи идеи были тихо реабилитированы российской элитой, несмотря на публичные отрицания. Ильин, ярый сторонник русского исключительства, проповедовал идею монолитного, авторитарного государства, ведомого «превосходной» русской нацией. Его труды, пропитанные презрением к плюрализму и демократии, прославляли мессианскую Россию, которой суждено доминировать над соседями и подавлять внутреннее инакомыслие. Он видел в нерусских угрозу чистоте нации, выступая за государство, которое силой навязывало бы культурную и этническую однородность.

Идеи Ильина — не пережиток прошлого; они — идеологический каркас современного русского национализма. Его видение «Великой России», поглощающей другие народы под своим имперским игом, находит отклик в риторике современных ультранационалистов, которые рассматривают постсоветские государства как «подарки» от великодушной империи, недостойные суверенитета. Его призывы к сильному, централизованному государству звучат в флирте Кремля с авторитаризмом и его молчаливой поддержке националистических движений. А его презрение к многообразию подпитывает крики «Русского марша» о «Москве для русских» — лозунг, который плюет в лицо 190 этниным группам России.

Официальная Россия может открещиваться от Ильина, но его следы повсюду. От сближения государства с националистическими группировками до роли Православной церкви как рупора традиционалистского шовинизма — призрак Ильина витает над политикой и менталитетом нации. Его философия, некогда запертая в пыльных книгах, теперь оживляет толпы, терроризирующие мигрантов и меньшинства под знаменем «русского величия». Отрицать его влияние — значит игнорировать очевидное: правящий класс России принял видение Ильина, хочет он это признать или нет.

Современные русские националистические движения — от «Русского общества» до «Северного человека» — не являются искренним выражением культурной гордости, а представляют собой организованные машины ненависти, систематически разрывающие ткань многонациональной нации. Эти группы, с сотнями тысяч последователей, действуют с пугающей безнаказанностью, нередко под негласным одобрением государства. Их так называемые инициативы «русское такси» и «русская милиция» — не безобидные общественные услуги, а завуалированные механизмы этнического исключения и самосудного правосудия. Их члены окружают чеченских школьников, избивают беременных мусульманок на улицах, а в результате такой политики мы видим ужасающие события, подобные недавним в Екатеринбурге, где насилие превышение полномочий сотрудников правоохранительных органов привело к смерти Сафаровых, а власти нагло врут и твердят, что это они умерли не от насилия и пыток.

Сообщения о жестоком обращении с мигрантами, часто при попустительстве местной полиции, — это обвинительный приговор обществу, скатывающемуся в этнонационалистический хаос.

«Русское общество» заявляет, что выступает за «самоорганизацию» «всех русских людей», но его действия выдают более мрачную цель: систематическую маргинализацию всех, кто не вписывается в их узкое определение «русскости». Нападая на мигрантов и этнические меньшинства, эти группы не защищают Россию — они разрушают ее, сталкивая соседей лбами в порочном круге ненависти и насилия.

Роль Кремля в этом падении особенно подлая. Он открыто сотрудничает с ультранационалистическими группами для укрепления собственной власти. Правоохранительные органы и спецслужбы, некогда призванные бороться с экстремизмом, теперь координируют действия с этими радикалами, закрывая глаза на их насилие и преследуя инакомыслящих. Регулярные рейды и налеты на мигрантов и этнические меньшинства, сопровождаемые унижениями, оскорблениями и физическим насилием, стали нормой. Полиция, вместо защиты прав всех граждан, нередко выступает соучастником, позволяя националистам действовать безнаказанно. Этот гнусный союз узаконил ненависть, дав группам вроде «Русского общества» и «Двуглавого орла» карт-бланш на распространение их ядовитой идеологии под видом «патриотизма».

Россия — многонациональная страна, и любые действия на почве русского национализма в отношении других народов или мигрантов неизбежно порождают центробежные силы, грозящие расколоть государство. В Кремле должны это понимать: пособничество русскому национализму не приведет Россию к успеху, а лишь ускорит ее распад.

«Русский марш» и его идеологические наследники — это не просто угроза для меньшинств, они угроза самой России. Принимая миф об этническом превосходстве, они подрывают фундамент нации, которая процветала благодаря своему многообразию. Прославляя насилие, они порождают хаос. А возрождая имперские фантазии Ильина и ему подобных, они тянут Россию бездну.

В Кремле должны понимать, что «Русский марш» — это не празднование национальной гордости, а похороны толерантности, парад раскола, который позорит нацию с богатой, многообразной историей. Его параллели с нацистской Германией — не преувеличение, а предупреждение. Россия стоит на распутье: она может отвергнуть яд ультранационализма и принять свою многонациональную душу или продолжить скольжение по пути шовинизма, где ненависть гноится, а насилие правит бал.

Пока «Русский марш» шагает — Россия тонет. В агрессии, в мракобесии, в варварстве. Это не путь великой державы — это путь распадающейся империи, в которой народ стравливают с народом, где лозунги важнее законов, а факелы — важнее Конституции.

Если Россия хочет выжить как страна, а не как фантом былой славы, она должна остановить «русский марш» — во всех его формах. В чатах, на улицах, в кабинетах, в эфирах. Пока не стало слишком поздно. Пока русская свастика не сожгла всё окончательно — и не оставила от многонациональной России только пепел.