Тактическое поражение Израиля. Стратегическая победа Турции первые выводы

Соглашение о прекращении огня между сирийским режимом и курдскими силами на северо-востоке страны, о котором объявил президент Сирии Ахмед аш-Шараа, стало одним из самых чувствительных геополитических событий на Ближнем Востоке за последнее время.

Фактически курды, являющиеся крупнейшим этническим меньшинством Сирии, были вынуждены подписать соглашение о капитуляции и утратить контроль над значительной частью территорий (в первую очередь нефтеносные районы), которые при поддержке США они удерживали в течение многих лет. Захват этих районов сирийским режимом стал сигналом о завершении целой эпохи - периода, когда курдский фактор рассматривался как один из ключевых элементов сдерживания в регионе.

Речь идет о системном переломе, который одновременно усиливает позиции Дамаска и Анкары, ослабляет курдов как фактор регионального баланса и резко сужает пространство для маневра Израиля

Роль США и фактор Турции

По мнению ведущих аналитиков по Ближнему Востоку, ключевая роль в этом соглашении принадлежит Соединенным Штатам. Американцы выступили посредниками, а значит, фактически санкционировали сделку, которая радикально меняет конфигурацию сил на северо-востоке Сирии. Это особенно болезненно воспринимается в Израиле, поскольку именно США в предыдущие годы были гарантом безопасности курдов и их главным внешним покровителем в борьбе против ИГИЛ.

Параллельно практически не вызывает сомнений роль Турции. Наступление на курдские районы было бы невозможным без прямой или косвенной поддержки Анкары. Турция последовательно рассматривала курдские автономные структуры в Сирии как продолжение Рабочей партии Курдистана и стратегическую угрозу своей национальной безопасности. В этом смысле нынешний исход воспринимается в Анкаре как крупная внешнеполитическая победа и личный успех президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

Вопрос о том, должен ли Израиль помочь курдам, сегодня в Иерусалиме все чаще рассматривается в прошедшем времени. Похоже, поезд уже ушел.

Соглашение курируется американцами, и именно у Вашингтона находится ключ к дальнейшему развитию ситуации. Израиль не является центральным игроком на этом поле и вряд ли заинтересован в том, чтобы вступать в прямое противоречие с США.

Лидер сирийских курдов Мазлум Абди на встрече с американским командованием и Томом Бараком. Американцы выступили посредниками, а значит, фактически санкционировали сделку, которая радикально меняет конфигурацию сил на северо-востоке Сирии

Схожую позицию, но в более жестких формулировках, заняли и израильские политики. Министр иностранных дел Гидеон Саар, ранее призывавший международное сообщество защитить курдское меньшинство как источник стабильности в Сирии, осудил действия правительства аш-Шараа, подчеркнув, что курды заплатили высокую цену в борьбе с ИГИЛ и их «кровопролитное подавление противоречит заявлениям о новой Сирии». По словам Саара, «молчание Запада лишь подталкивает сирийский режим к дальнейшей эскалации насилия».

Какая Сирия формируется на границе Израиля

Прямым следствием капитуляции курдов стало усиление турецкого влияния в Сирии. Израиль на протяжении последних лет последовательно выступал против закрепления турецких военных структур на сирийской территории, рассматривая Анкару как конкурента и потенциального противника. Теперь же, по мнению израильских аналитиков, именно Турция вышла главным бенефициаром происходящего.

Профессор Эяль Зиссер, один из ведущих израильских экспертов по Сирии, в комментарии порталу Ynet заявил, что наступление аш-Шараа на курдов было осуществлено при прямой помощи Турции и с одобрения Вашингтона, который ранее обеспечивал защиту курдским силам. По его оценке, битва еще очень далека от завершения: боевые действия могут распространиться на другие курдские районы, где сопротивление будет куда более ожесточенным.

Израиль практически нечем ответить на новую региональную ситуацию

Зиссер отмечает, что аш-Шараа делает очередной шаг к установлению полного контроля над сирийским государством, которое он стремится превратить в исламское, лишенное религиозных и этнических меньшинств, включая алавитов, друзов и курдов. Вопрос лишь в том, какой именно будет эта модель. Речь может идти о варианте, условно близком к Саудовской Аравии или Объединенным Арабским Эмиратам, либо о модели, схожей с Турцией как покровителем аш-Шараа.

Таким образом, последние процессы формируют качественно новую ситуацию в регионе: речь идет о системном переломе, который одновременно усиливает позиции Дамаска и Анкары, ослабляет курдов как фактор регионального баланса и резко сужает пространство для маневра Израиля на северном направлении.