Турция и членство в ЕС: стратегия четкая, перспективы туманные Экспертные мнения на

Стратегическое видение Турции стать членом Евросоюза остается в силе, но со стороны ЕС не видно политической воли вести такой диалог. Об этом заявил глава МИД республики Хакан Фидан. «Турция продолжает видеть свое будущее в Европе. Как ранее подтвердил наш президент, стратегическое видение Анкары насчет вступления в ЕС не изменилось. Нам, может быть, проще развивать отношения с отдельными странами ЕС, но развитие отношений с ЕС связано с принятием консенсусных решений. Это не всегда случается в нашу пользу. Для ведения переговорного процесса необходима политическая воля ключевых стран ЕС. Она была в 2004 и 2005 годах, но потом подверглась эрозии, уступив место иной политической позиции по отношению к Турции», — цитирует его ТАСС.

Министр напомнил, что в повестке переговорного процесса с Брюсселем остаются нерешенные вопросы, в частности расширение таможенного союза, торговые отношения, визовая либерализация, миграционная политика. «По этим темам нам нужно активно работать с ЕС, но, к сожалению, при нынешних условиях у нас не получается прорабатывать с Евросоюзом эти вопросы так, как мы бы этого хотели», — добавил Фидан.

Итак, по словам Фидана, Анкара всё ещё ждет, когда у ЕС снова появится воля вести переговоры о членстве. Настойчивость, с которой все правительства Турции продолжают поднимать эту тему, заставляет задуматься. Действительно ли Турция имеет стратегическое видение стать членом Евросоюза, невзирая на все прошлые и нынешние препятствия? Почему навстречу этому желанию не хочет идти именно сама Европа? Или дело в чем-то еще, в каких-то иных причинах? 

На эти вопросы Caliber.Аz ответили известные иностранные эксперты.

Турецкий аналитик, доктор политических наук, профессор Хайдар Чакмак напомнил, что Европейское экономическое сообщество было основано в 1957 году, а Турция подала заявку на членство в 1959 году.

«И во время холодной войны к Турции применялись обычные правила, ее особо не дискриминировали. Однако из-за того, что военный переворот 1960 года, военная интервенция 1971 года и военный переворот 1980 года не отвечали стандартам демократии, отношения между ЕС и Турцией оказались заморожены. Турции не удалось использовать 65-летние отношения нужным образом. ЕС не слишком сильно хотел принимать в свой состав Турцию, чья экономическая, социальная, демократическая и правовая системы на тот момент не соответствовали европейским нормам, и он воспользовался этой ситуацией», - считает профессор.

По его мнению, ЕС придерживается в отношении Турции определенной политики, согласно которой та не должна быть в его составе, но и не должна находиться слишком далеко.

«Ведь население Турции составляет 85 миллионов человек, а это значит, что она имеет большую потребительскую и покупательную способность, то есть является хорошей коммерческой площадкой. Кроме того, у нее сильная армия, которая является мощным щитом для европейской безопасности. То есть, ЕС хочет сохранять Турцию на своей стороне, при этом не включая ее в свой состав», - говорит Чакмак.

Одновременно он отмечает, что ЕС теряет свое значение после выхода из него Великобритании.

«Ухудшение отношений между Германией и Францией, которые управляют и поддерживают ЕС на плаву, а также проблемы, с которыми сталкиваются многие другие влиятельные члены ЕС, привели к потере престижа и влияния этого объединения государств. ЕС так и не смог создать собственную армию для обеспечения своей безопасности. Зависимость от США и НАТО также сохраняется. Сейчас ЕС борется со своими внутренними проблемами, и вопрос членства Турции не стоит в его повестке дня», - заявил Чакмак.

Грузинский дипломат и аналитик Мамука Гамкрелидзе полагает, что здесь мы имеем дело с обоюдоострым процессом.

«Несмотря на то, что Турция является одним из инициаторов создания Совета Европы в 1949 году, ассоциированным членом предшественников Европейского Союза с 1963 года и кандидатом в члены ЕС с 1999 года, к сожалению, вопрос о ее полноправном членстве в ЕС пока не стоит. Есть препятствия со стороны ЕС, но есть и препятствия в виде готовности Турции и ее законодательства к членству в ЕС. Думаю, кипрская проблема тоже добавляет дополнительные сложности.

Обе стороны уже проходили этапы охлаждения отношений из-за вопроса полноправного членства. Слова Фидана тоже можно понимать двояко. Есть желание объединения, но нет согласия в основополагающих вопросах, и, по-видимому, это состояние продлится до тех пор, пока у сторон не появится политическая воля изменить статус-кво», - сказал Гамкрелидзе.